вот детишек там не оказалось. Лишь успели мы рассмотреть нескольких малявок, которых уносили спешно в дальние проходы их мохнатые опекуны. Нас испугались? Или у них в это время «тихий час»? А ведь у меня была задумка хоть немного пообщаться с детишками «старшей» группы, которые уже всё вспомнили о своей прежней жизни и вели себя как взрослые особи.
«Ничего, мы и сами отдохнём, - размышлял я, направляясь к самому большому фонтану в центре площади. – Еще лучше, если искупаемся! Не всё же время себя магией очищать…»
К сожалению, мечты о купании в прохладной водичке, пришлось отставить на неопределённое время. Причина этому: колонны йети выходящие изо всех проходов. Причём все они без исключения оказались вооружены копьями с широкими лезвиями, вместо простых наконечников.
Мы попали на учения местных сил самообороны? Или сразу на войну? И с кем это конкретно собрались воевать аборигены?
И куда это Грейя с Займой подевались? Даже спросить не у кого…
глава двадцать вторая
СРАЖЕНИЕ БЕЗ ИТОГОВ
Конечно, воевать не хотелось. Вся агрессивность у меня пропадала, стоило только вспомнить цифру здешнего населения в восемьдесят тысяч. Ладно, пусть в двадцать. Всё равно много. Ко всему, ещё и смотрело это население на нас волком. Или по-волчьи? Но в любом случае к нам симпатий не испытывало. Оставалось только удивляться, почему до сих пор не принимались экстренные меры по нашему пленению?
И почему именно сейчас всё-таки решились?
Мы их достали своим наглым и независимым поведением? Обиженные, побитые нами особи потребовали мести? Или мы нарушили некий священный обычай? Например, неправильно повели себя на мосту?
- Вот сейчас всё и выяснится! – пробормотал Найдёнов, вместе со мной пятясь к одному из самых массивных обелисков. Мысли у нас роились одинаковые: - Будем сдаваться?.. Или запеваем песню «Врагу не сдаётся наш гордый Варяг!»?
Своевременный вопрос. Потому что нас окружило тройным кольцом около сотни копьеносцев, наставив на нас оружие явно не с целью им покрасоваться. Опущенные копья смотрелись эффектно и устрашающе поблескивали. Этакая фаланга против нас получилась.
Но раз сразу железом кидаться не стали, значит, убивать не собираются. Но и переговариваться не станут, нам их мычание, как для слона стрекот кузнечиков. И не трудно догадаться, что подобный силовой прессинг для нас устроен только для фиксации в одном месте и…
Сейчас посмотрим, что предпримут их маги, шаманы или учёные. Леонида ведь как-то усыпили незаметно для него, во время первого захвата. Теперь станут меряться силами со мной. Точнее, уже стали!
Высоченные йети своими телами не давали нам рассмотреть, что у них за спинами. Но именно оттуда прилетела большая, прозрачная простыня, которая попробовала опуститься на наш оборонный редут. Леонид опасность не рассмотрел, но свой участок внутреннего силового щита держал на максимальных параметрах. Тогда как я, создал целый каркас силовых структур по внешнему периметру. Ну и приготовил к работе артефакт Акиус, который мне достался в мире Мёртвого моря. Здесь как раз для него предстояла работёнка. А опускавшуюся простынку легко сжёг жёстким излучением «Горчичника», который являлся разновидностью тринитарного всплеска и во время лечения помогал ускорять регенерацию живых тканей. Потому что знал, как отлично подобная регенерация сжигает все неживые магические образования.
Само сжигание прошло легко, для меня, а вот последствия рассеивания простыни, оказались неожиданными. Она не просто испарилась со звуком сработавшей мощной петарды, но и вспышку синего цвета дала, неслабо так ударив по глазам окружающих. И вдобавок выпала вниз противной, зеленоватой слизью. Вследствие этого фаланга непроизвольно отпрянула на полшага назад.
Здешних шаманов неэффективность первой атаки не разочаровала. Следом за простынёй тут же на нас стали опускаться облака разного цвета и разной степени насыщенности. Какие-то развеивались беззвучно, другие – с шипением, третьи – с выделением массы тепла или с громкими звуковыми эффектами. Получилось настоящее шоу с грохотом и салютами, не хуже чем во время праздников на Красной площади.
Напоследок облака и всякие атакующие структуры трансформировались в решётки, лезвия, сети или огромного вида градины. Не скажу, что совсем уж небрежно я от них отмахивался, но и сложностей особых не испытывал. Сродни тренировке получалось, или развлечению. И сил личных уходило ничтожно мало.
Может меня так специально расслабить пытались? Потому что явно отвлекли меня на отражение именно магических атак, и я фактически прошляпил атаку тривиальными средствами: на нас набросили натуральные сети, которые глупо было развеивать тринитарными всплесками. Вот и оказались мы плотно прикрыты сразу несколькими слоями мерзкой «путанки», пытающиеся прорваться сквозь щиты и прилипнуть к одежде. Тут же, пяток йети из первого ряда, оставив свои копья в лапах соплеменников, бросились к нам с намерениями завершить задуманное насилие и повязать наши тушки обычными верёвками. Конечно, существующие вокруг нас силовые структуры не давали сетям сковать наши движения напрочь, да и прожигать мы сети начали простейшими, но до предела раскалёнными светляками. Но срочно требовалась действенная контратака.
Пришлось включать Акиус. А он, такой, масштабного свойства. При необходимости воздействует по всей площади вокруг носителя и валит с ног всех, кто не имеет особой метки. Хотя и были у меня громадные сомнения. Сработает или не сработает? Ведь вокруг каждого йети некая магическая защита имеется, просто распыляющая в пространстве те же эрги’сы.
Найдёнов метку имел, соответственно. Он и остался на ногах. А вот вся фаланга копьеносцев рухнула наземь, словно молодая трава под косой рачительного хозяина. Так и хочется добавить: к моему огромному удовлетворению! Всё-таки местных аборигенов можно не только кулаками отправлять в нокаут.
Тут же нашему взору открылись иные действующие лица проходящего спектакля. Раньше загораживаемые спинами, они теперь открылись во всей красе: восемь местных шаманов и четыре особи женского пола. Три из них были отлично знакомы не только по именам: Займа, Грейя и Кали. Но если эти три выглядели как молоденькие и очень красивые девушки, то четвертая, несомненно, относилась к категории «ведьма старая, жуткая и страшная». Крючконосая, горбатая, вся в морщинах и со стандартным атрибутом в руках, изогнутой клюкой, на которую она упиралась с трудом. Отрицая постулат «Старость всегда благородна и нуждается в снисхождении», на каргу смотреть было противно – она вызывала омерзение.
Догадка о её возрасте промелькнула соответствующая:
«Если остальным дамам под двести лет, то этой старушенции – не меньше тысячи!»
Удар невидимыми лучами Акиуса, то ли не достиг этой кучки особей, крайне заинтересованных в нашем пленении, то ли у них оказалась должная по уровню защита. Но и они поняли, что мы так просто не сдадимся, и не факт, что чего-нибудь более страшное не применим. Поэтому наши противники перестали колдовать и выглядели довольно растерянными. Ибо следующим шагом оставалась только вульгарная
