всегда представляла демона сплошь из камня.
– Если бы не Адское пламя, Анна, которым напитывали тебя Асмодей и я, твое поведение не отличалось от обычного. И если бы не его воздействие, провоцирующее в тебе не самые лучшие человеческие качества, я бы был очень зол сейчас.
– Ты зол, – произнесла я несмело.
– Нет. Раздосадован, – признался он. – Раздосадован, что не предусмотрел подобный исход. И что увлекся игрой с тобой, – я хотела возмутиться. – Не нужно, – он прервал меня. – Уж очень вкусны твои эмоции, Анечка. Куда вкуснее равнодушия и нежелания быть рядом.
– Я… – я попыталась вновь сказать о том, как сожалею, и увеличить расстояние между нами. Такая близость казалась опасной. Всего несколько сантиметров между нашими телами.
– Хочу свидание, Анна.
– Сви…
– Да. Настоящее. Пригласи меня. И я забуду обиду.
Как же путались мысли. Слова не складывались в предложения, а удары сердца, кажется, были слышны всем.
– Угу, – я кивнула, не в силах ответить что-то нормальное.
– Жду приглашения, – шепнул Сеар на ухо. – Пусть наша следующая встреча будет вне договора. И, – он коснулся губами моей щеки, – у твоей матери терпение на нуле. Я слышу ее недовольное дыхание. Если желаешь, помогу ей примириться с действительностью, что дочь выросла.
– Не надо! – шепнула в ответ. – Я сама.
– До встречи, Анечка, – аккуратно взяв меня за подбородок, демон смотрел в глаза.
– До встречи, – прошептала я, ожидая второго поцелуя. Но его не последовало, только легкая улыбка на красивых мужских губах.
Сеар ушел, а я продолжала стоять как загипнотизированная, смотреть перед собой, стараясь усмирить все, что происходило внутри. Настоящее сумасшествие. Круговорот из эмоций. И он мне нравился.
– Доброй ночи, Наталья. Я был рад знакомству.
– И я была рада.
Разговор звучал, словно я находилась где-то далеко-далеко. Была наблюдателем. Даже когда мама влетела на кухню и посыпались очередные, ничем не подкрепленные упреки.
– Он не подходит тебе. Анна, я категорически против, чтобы ты продолжала общение с этим мужчиной. Он не из нашего мира, – мама стояла прямо передо мной и активно размахивала руками.
Тут мама не ошибалась. Сеар действительно был из другого мира.
– Хорошо, – ответила я в попытке избежать скандала.
– Нет, не хорошо, дочь. Я слышала почти все. Вы ссорились. Вы занимаетесь сексом? – спросила она прямо. – Конечно, занимаетесь. Мужчины не ждут.
– Ждут.
– Не нужно меня пытаться успокоить. Я что, не была молодой?
– Мам, ты не понимаешь, что происходит.
– Да неужели?!
Ох, зря я так сказала. Очень зря!
– Я не так выразилась.
– Все! – мама взмахнула рукой перед моим лицом, призывая замолчать. – Все! – повторила она еще более эмоционально. – Завтра же нужно подобрать таблетки.
Стыд ушел на второй план, а на первый вновь вышла злость.
– Мне не нужны таблетки! – рыкнула я.
– Конечно. Вспомни соседку с первого этажа. В сорок два стала бабушкой. Да в таком возрасте еще собственных детей рожают.
Как же я ненавидела принца Преисподней в данный момент. Складывалось впечатление, что он разворошил осиное гнездо и оставил меня в самом эпицентре.
– Та-а-ак, – протянула мама, слыша звонок в дверь. – Я сама поговорю. Что он вообще себе позволяет? Десятый час.
Глава 24. Сеар
– Моя госпожа растеряна, – иллюзия обращалась ко мне каждые секунд тридцать, подробно рассказывая обо всем, что происходило в квартире пары. – А теперь у моей госпожи неприятный разговор с матерью, – доложила чуть позже.
– На какую тему? – спросил я, сидя в темноте и медленно выдыхая струю дыма. Я ведь обещал не вмешиваться в жизнь Анны, технически я этого и не делал, это все иллюзии. Будем считать, что по собственной инициативе.
– На тему вашего визита.
– А точнее.
– Мать моей госпожи не считает вас, хозяин, достойной партией.
– Как неожиданно, – ответил я, прокручивая в пепельнице окурок и подкуривая следующую сигарету. – Было бы странно, если она пришла бы в восторг, учитывая ее диктаторские замашки и сложившиеся планы на жизнь дочери.
– К моей госпоже гости.
– Моя госпожа, – сказал я с нажимом. – А твоя – хозяйка. Кто? – спросил я, поднеся сигарету к губам и ожидая ответа.
– Юная волчица, – ответила иллюзия.
– Недоволчица, – поправил я. – И ей не быть по масти своей стае. Что просит?
– Пока ничего. Просит прощения. А почему вы сделали вывод, что Алия пришла с просьбой?
– Я готов поставить на это половину своих легионов, – хмыкнул я. – Поздние визиты не несут ничего хорошего, – сказал я, затягиваясь терпким дымом. – Вернись, – приказал я. – Я сам буду присутствовать при их разговоре, – распорядился, отбрасывая недокуренную сигарету в пепельницу. – Приведите здесь все в порядок. И распахните окна, не люблю посторонние запахи в доме.
Иллюзия тут же проявилась передо мной, пощелкивая челюстями и осматривая гостиную. Полупустые фужеры, золотистое конфетти, карты, стулья в хаотичном расположении.
– Будет сделано, – отозвалась она, и я направился к Анне. Не стал проявляться, остался на границе миров, наблюдал.
Недоверие. Первое, что я почувствовал и увидел.
Оно было и у Анны, и у Алии.
– Ну! – моя истинная нервничала. – Ты хочешь пригласить меня куда-то, подруга?
– Обижаешься, – сделала вывод Алия и присела на кровать.
– А ты бы не обижалась?
– Обижалась.
– Ну вот, – Анна присела на стул у письменного стола. – Что ты хочешь? Ты же не извиняться пришла.
Проницательна.
– Ты не брала трубку.
– Как-то не очень хотелось.
– Прости. Я поступила подло. Мне правда очень стыдно, – сказала недоволчица и сложила ладони в умоляющем жесте.
Анна молчала. Я чувствовал в ней сомнение и злость.
– Прощаю, – произнесла недовольно. – Все же вы не сделали мне и Сеару ничего плохого.
А это рассуждение мне понравилось. В голове Анны закрепилось “мы” – это прекрасно.
– Мир? – недоволчица протянула правую руку с оттопыренным мизинчиком.
– Мир.
В комнате повисла тишина. Аня выжидающе смотрела на подругу. Та не уходила, продолжала нервно перебирать в руках ремешок сумочки.
– Я пришла попросить о помощи.
– О какой?
Недоволчица не торопилась говорить.
– Я пойму, если ты откажешь…
– Тебе нужен Сеар, – Анна сделала правильный вывод. – Он говорил, что придет время и мы окажемся по разные стороны правды.
– Я не знаю, о чем была речь. Если ты считаешь, что я хочу вас предать – ошибаешься. Я просто хочу знать, когда во мне проснется волчица.
“Никогда!” – захотелось прорычать во все горло. Как мало в людях терпения. Ты обещаешь им, что их желание сбудется, а после они начинают надоедать. Не прошло и месяца!..
– Если вы заключили сделку, он мне ничего не скажет.
– Ты его пара, ему трудно тебе отказать.
Фу. Ну что за мерзкая манипуляция?!
– Аль, – Анна осеклась, взглянула
