тупо хотелось снова услышать её звонкий и мелодичный голос, от которого по коже пробегают пьяные мурашки.
Забыть, вычеркнуть, заменить.
Только так, да.
Погрузился в работу.
Благо дел навалилось столько, что хоть лопатой их разгребай. Метался между семейным и собственным бизнесом. Плюс на мне грузом повис мамин журнал, где я по понятным причинам не имел желания лишний раз появляться.
О, чудо! Сестра наконец-то завязала со своим клубом, так как он отнимал очень много сил и нервных клеток. Собственно, оно и понятно, бежать решать проблемы посреди ночи не самое приятное на свете дело, тем более, когда у тебя маленький ребенок. В общем, Глория соизволила помочь и вяла на себя управление издательством.
Так что я мог со спокойной совестью окунуться в свое извечное состязание с Райским. Влад словно всерьез собирался потопить и меня, и отца. Действовал все более жестко, практически лишив нас выгодных сделок. Я всегда знал, что мой враг – достойный конкурент и выиграть эту борьбу будет очень непросто.
Нам удалось спастись от разорения и банкротства и взять первыми крайне удачный тендер, пока Райский отсутствовал в Москве. А дальше уже дела пошли в гору. Насколько я осведомлен, у моего бывшего лучшего друга сейчас проблемы с органами власти и он вынужден вести свои дела ювелирно. Стал практически честным предпринимателем. Ходят слухи, что один из работников его службы безопасности слил в прокуратуру данные о его махинациях и угрозах деловым партнерам. И вишенка на тортик – Влад промышлял контрабандой оружия. В основном, краденного.
В последние месяцы, ему вообще не до нас. Как бы самому сухим выйти из воды. Даже, если это у него получится, то он либо потеряет очень много, либо лишится практически всего. В худшем случае – попадет в тюрьму. Впрочем, принимая в расчет его методы, то это нисколько не удивительно.
С отцом отношения у меня стали весьма натянутые. Старик сильно рассчитывал на договорной брак с Можайскими. Видимо, они с отцом Ольги заранее спланировали из всего этого выгодное сотрудничество. Когда же все пошло не так, как они хотели, то о партнерстве и речи больше не было. Можайские разорвали с нами все ранее действующие договоренности. Я полагаю, там и моя бывшая ручку приложила.
А мне всё больше начинало казаться, словно у меня есть всё и в тоже время нет ничего. Жизнь напоминала бесконечный день сурка. Словно я ем каждый день одно и тоже яблоко. Которое, казалось бы, яркое, сочное, зеленое с насыщенным вкусом. Но на самом деле оно жутко пресное, обычное. И я уже не чувствую ни аромата, не ощущаю своими рецепторами сладко-кислого вкуса. Не понимаю, жую я его или просто глотаю. Моя собственная временная петля.
Где свобода, за какой я так долго гнался? Вот она прямо передо мной лежит! На блюдечке с золотой каемочкой. Красивая, роскошная, дорогая и абсолютно бесполезная. Хоть соли ей, хоть маринуй, хоть мажь на булку и посыпай сахаром. Делай, что хочешь!
Вот только я…
Я не хочу.
Неужели я так сильно залип на этой девчонке? Пусть она живая, умная, настоящая. С искренними чувствами и эмоциями. С улыбкой, что могла бы согреть даже холодной зимой. Но ведь это не повод хоронить себя?
Талдычу себе, будто заветную мантру – нужно время, просто нужно время…
Тщетно пытаюсь её забыть. Выкинуть из свой больной и одержимой башки. Но нет, Алиса все время возвращается. Причем в самые неподходящие для этого моменты. Тогда я чувствую себя каким-то эфемерным существом, неспособным на адекватные действия.
Заставляю себя что-то делать, что-то думать, что-то хотеть. Чистый робот. У меня все получается легко. С бизнесом, с семьей, с друзьями, с партнерами. Всё так же любая женщина мечтает быть со мной. С таким вот сломанным Кеном. Я охмуряю их, влюбляю в себя, пробую с каждой забыть Алису. Легкий флирт, ужин и… всё.
На большее я не способен. Лишь пару раз у меня был какой-то техничный половой акт. На чистой механике. Никакой страсти, огня, удовольствия. Лучше бы в зале себя загонял, честное слово, а не вот это все.
Где-то там я и понял, что не могу без неё.
Нужна мне Алиса Стрельцова и доказывать здесь нечего. Как факт, как гребаный закон физики, как теорема Пифагора. В сторону нелепые обсуждения. Я залип на ней, завяз в неё. Окончательно и бесповоротно. И сам же просрал единственную женщину, с которой хотелось быть по-настоящему.
Что могу сказать – прирожденный талант портить лучшее и превращать это в проклятую и беспросветную тьму. Как теперь из неё выбраться? Как вернуть её?
Я знал, что Алиса в Москве. Труда не составила узнать все её данные, явки и пароли. Но я предпочитал наблюдать издалека, потому что боялся быть отвергнутым. Тем более, в её положении нельзя нервничать.
Купил для НАС коттедж в том же поселке, где жила Глория и в рекордные сроки обустроил его для комфортного жилья. На первом этаже – кухня, гостиная, ванная и туалетная комнаты, на втором – спальни, гостевые комнаты, детская и гардеробная, а на третьем – терраса под стеклянным куполом.
Во дворе бассейн, сад с беседкой и небольшая площадка для ребенка. Качели, горка, песочница. Не знаю… наверное, Он или Она будут ещё слишком маленькими для такого. Я надеюсь, что вместе с Алисой мы продолжим делать тут что-то НАШЕ. Уютное, семейное, общее.
С одной стороны, очень страшно вдруг осознать, что я хочу связать свою жизнь с одной единственной женщиной. Только с ней. Любить её, защищать, делать всё для неё. Но с другой, был еще больший страх – никогда её не увидеть. Не иметь возможности обнять, поцеловать, назвать своей.
Я точно идиот.
Просто невыносимый тупица.
Мне нужно было подхватить её на руки в тот самый день, когда она ушла, а я взял и отпустил Алису.
Столько время зря потеряно. Мы могли быть уже счастливы и строили бы совместные планы, но я всё испортил.
— Привет! — в мой рабочий кабинет зашла Глория. Сестра сдержанно улыбнулась и кивнула на стопку бумаг. — Занят?
— Не особо. А где Глория?
— Ждет в приемной.
Странно. Ну да ладно.
— Ты по делу?
— Ага, — она подошла совсем близко
