не менее 14 542 войн. В результате войн в XX веке из каждой тысячи человек погибло 90, а в прошлом веке — только 15.
Другой американский ученый, Айвэн Геттинг, сопоставил число войн и число убитых в различные исторические периоды. Цифры навели его на мысль о некой закономерности: число убитых лихорадочно возрастает по мере роста населения и развития цивилизованности. Он назвал ее раскручиванием «спирали смерти».
По подсчетам Геттинга, процент убитых на войне по отношению к населению Земли возрастает в каждые полстолетия в 4,5 раза. Западные социологи, обеспокоенные демографическим взрывом, подсчитали, что к концу столетия население Земли почти удвоится и достигнет 7 миллиардов человек. «Спираль смерти» должна, по-видимому, их успокоить: военный взрыв перекроет демографический. Через 80-130 лет, как пишет Геттинг, в войнах будет уничтожено 100 процентов теперешнего населения.
Ученые заметили также, что существует цикличность возникновения крупных войн. Американские исследователи Фрэнк Дептон и Уоррен Филлипс пришли к выводу, что существует 25-30-летний цикл, в котором пять лет занимают войны. Вот данные о военных периодах на протяжении последних ста лет: 1840–1844 годы; 1865–1869; 1890–1894; 1914–1918; 1939–1945 годы.
Социологи по-разному объясняют эту закономерность. Большинство из них связывают ее со сменой поколений. По такой логике, каждая новая война становится возможной, когда забывают о старой.
Надо ли обреченно мириться с этим или пора наконец остановиться над пропастью? И начать пусть трудный, но необходимый поворот к новой системе отношений между народами? Именно за новую систему отношений между народами с неослабевающим упорством борется наш народ, знающий, что такое война.
Атомные взрывы в Хиросиме и Нагасаки заставили мир содрогнуться. Все ощутили, что столкнулись с чем-то чудовищным, неслыханным, непредвиденным. Однако очень скоро западные политики стали действовать так, будто термояд не принес ничего нового в мировую политику.
Наиболее яркий представитель западного политического мышления того времени, Уинстон Черчилль, предпринял попытку связать традиционное представление о международной политике с ядерным оружием. Это ему принадлежит сомнительная честь быть автором идеи о том, что термоядерное оружие является гарантией против возникновения мировой войны, поскольку делает ее бессмысленной. В своей речи в Фултоне он выступил против запрещения ядерного оружия и призвал западные державы форсировать его производство.
Соединенные Штаты Америки первыми вступили на этот путь, вкладывая огромные средства, материальные и человеческие, мобилизуя лучшие интеллектуальные силы. Шанс остановиться был упущен. «Ядерный щит», «ядерный зонтик», «равновесие страха», «ядерное превосходство» — на Западе было придумано немало формул, суть которых все та же: не надо бояться гонки вооружений, она служит гарантией против мировой войны.
Новая ли это идея? Быть может, она представляет собой оригинальное изобретение, специфичное для ядерной стратегии, которое обыкновенный человеческий ум не в силах осмыслить? Ничуть не бывало. Во второй половине XIX столетия А. Нобель изобрел динамит, и вот что он заявил в этой связи: «Может быть, мои заводы покончат с войной скорее, чем ваши конгрессы. В тот день, когда два крупных армейских соединения смогут мгновенно уничтожить друг друга, все цивилизованные нации придут в ужас и распустят свои армии». Вскоре произошла Франко-прусская война, а через 43 года — Первая мировая война. Сейчас человечество каждый день приносит в жертву молоху войны 5 миллиардов долларов.
Наиболее сильный довод сторонников «ядерного сдерживания» состоит в том, что прошло уже более 50 лет после Второй мировой войны, а третьей мировой войны, несмотря на острые международные конфликты, перманентную напряженность, локальные войны, удалось избежать.
Анализ факторов, которые привели к такому результату, позволяет наметить следующие гипотезы:
1. Мировая война не разразилась, поскольку она стала бессмысленной в результате угрозы взаимного уничтожения или взаимного нанесения непоправимого ущерба.
2. Мировую войну удалось предотвратить благодаря существованию биполярной международной системы (США, союзники — СССР, союзники), два блока которой обладали равной мощью, что делало сомнительной (или невозможной) победу одного из них в мировом конфликте.
3. Мировую войну удалось предотвратить в результате превосходства сил мира над силами, заинтересованными в развязывании термоядерной войны.
Мы полагаем, что все эти три фактора сыграли свою роль, но решающим является третий — превосходство сил мира над силами войны. Борьбу СССР и братских социалистических государств за всеобщий мир и международную безопасность поддерживал рабочий класс и прогрессивная интеллигенция западных стран, Китай, неприсоединившиеся страны Азии и Африки.
Однако все новые достижения в военной технике (в области наступательного и оборонительного оружия) сказываются на соотношении сил; биполярная международная система постепенно размывается попытками создать «третью», «четвертую» силу, как в Азии, так и в Европе, со своей системой ценностей и ориентации; возможные научно-технические и социальные взрывы и катаклизмы (экономические и политические кризисы, появление тоталитарных диктатур, усиление влияния военно-промышленного комплекса в США и др.) — все это может усилить тенденцию к международной анархии и усугубить военную опасность. Отсюда вытекает необходимость поиска кардинальных решений.
Серьезную роль в укреплении всеобщего мира, несомненно, сможет сыграть дальнейшее развитие ООН. В то же время нужно учитывать, что угроза термоядерного конфликта может потребовать принятия самых быстрых и оперативных решений. Практически их будет принимать ограниченное число лиц. По этой причине ООН сможет стать важным орудием планирования всеобщего мира при условии достижения предварительного согласия, по крайней мере между теми, кто располагает наибольшими ракетно-ядерными потенциалами (прежде всего между СССР и США).
Существуют различные варианты развития системы международных отношений, основанной на равновесии сил. Один из них прогнозирует дальнейшее развертывание системы блоков. По прогнозам Г. Кана и А. Винера, возможно появление Китайского, Западноевропейского, Латиноамериканского, Африканского, Арабского, Индийского и других блоков.
Но экстраполяция в будущее нынешней международной системы означает усиление гонки термоядерных и иных видов вооружения уже в рамках блоков и союзов, обладающих достаточной автономией в своих действиях. Появление системы блоков усилит действие факторов, способствующих мировому термоядерному конфликту, и, в сущности, ввергнет мир в новую безостановочную гонку вооружений.
Какова же конструктивная альтернатива системе равновесия сил, той системе, которая лучше или хуже, но, несомненно, содействовала сохранению всеобщего мира на протяжении последней четверти века? Такой альтернативой является осуществление всеми народами и государствами связанных между собой акций, в том числе коллективных, через ООН, многосторонних, двусторонних, целенаправленных, гарантирующих предотвращение термоядерной войны и развитие плодотворного международного сотрудничества. Цель состоит в том, чтобы шаг за шагом укреплять основы устойчивых, стабильных, долгосрочных отношений, которые не могли бы поколебать спонтанно возникающие то там, то здесь политические конфликты. Это и есть планируемый мир, который в конечном счете должен привести к изменению всей системы международных связей на мировой арене.
Состояние планируемого мира основывается на реалистическом прогнозе сохранения идеологических и политических разногласий между двумя основными мировыми социальными системами.
