то что о спасении спартанок, о собственном выживании даже заикнуться не получится!
Монстры оказываются прямо у нас на пути, широко растопырив лапы и скаля морды. Знают, что, если выпустят сейчас, мы легко уйдём.
Да и приказ босса нужно как-то да выполнять.
Вот сразу с десяток тел бросается на нас.
Резкий выдох, и их сносят деревяшки от бочек, которые я также прихватываю с собой телекинезом.
Магия закручивает огрызки древесины, сдирая кожу и плоть с кобольдов и вынуждая тех захлёбываться в болезненных воплях.
Пирра резво добивает копьём тех, кто ещё стоит на ногах, а Базальт создаёт своим мечом целые просеки в рядах макаков для нашего дальнейшего продвижения.
Сам я на ходу сбиваю кобольдов с ног. Маны на это действо уходит жуть, но иного выбора просто нету.
Убивать каждого — это, опять же, тратить столь драгоценное время.
А вот задержать и устроить столпотворение — вполне себе рабочий вариант.
Нырнуть под очередной замах макака, рукоятью ударить по лбу следующему, прописать с ноги в грудь третьему.
С каждым вздохом мы становимся всё ближе к клеткам. И тем ожесточённее становится сопротивление кобольдов.
— Не дайте им приблизиться! Остановите их, кому сказано! — грохочет здоровяк на стене, ударяя своей лапой по парапету.
Да с такой силой, что на последнем появляются отчётливые трещины.
Времени у нас становится всё меньше и меньше.
А сопротивление кобольдов и не думает утихать, наоборот, к нам уже подбираются через толпу сородичей те самые трудяги. Стоит им вступить в бой, и мы окончательно увязнет в толпе.
Чего я допустить никак не могу.
Глаза мечутся из стороны в сторону в поисках подсказок или хоть каких-либо лазеек.
Что можно применить? Что может пойти мне на пользу?
Ничего дельного так и не находится. Разве что…
Я опускаю взгляд себе под ноги, а именно на раскинутый всюду гравий.
И чего я сразу не додумался⁈
— Освободите пленниц, — приказываю я Пирре и Базальту и, не дожидаясь их ответа, отправляю своих бойцов телекинезом в непродолжительный полёт до клеток.
Резерв маны вновь неприятно проседает.
Уклонившись от очередного выпада кобольда и совершив ответный удар клинком, я откупориваю тыкву и залпом допиваю её содержимое.
Королевский сидр ускоряет восстановление маны, и как раз вовремя.
Потому что уже через секунду я убираю цзянь в ножны и выставляю перед собой ладони.
Глубокий вздох, выдох…
Монстры несутся на меня со всех сторон. Вот-вот меня завялят под тяжестью десятка с небольшим тел. А там и разорвут на куски своими когтями.
Но как бы не так…
Резкий вздох. Гравий под моими ногами расходится в стороны, кобольдам не удаётся сохранить равновесие, и они валятся на землю.
Секунда, вторая, третья… небольшое мельтешение щебня уже превращается в настоящее броуновское движение. А затем весь этот хаотичный поток закручивается вокруг меня, взлетает в воздух.
От ворчания и недовольного гомона десятки кобольдов переходят к болезненному шипению и визгу.
Камушки уже не катятся по поверхности земли, о нет, они теперь летают вокруг меня, образуя смертоносный град.
И этот град становится всё убийственней и разрушительнее по истечении времени.
Если по началу снаряды оставляли одни только шишки и синяки, то сейчас нескольких особо удачных «каменюк» было достаточно, чтобы прибить полноценного кобольда.
Даже трудяги не избежали незавидной участи.
Как раз и поддерживая образовавшийся вокруг меня смерч, я пробираюсь к Пирре и Базальту, которые как раз ломают замки на клетках.
Им вовсю помогают уже спасённые спартанки. Они также хватают кирки, копья и ножи, вставая плечом к плечу против монстров.
Когда на кону стоит твоя жизнь, то под действием адреналина и не на такое пойдёшь.
Да и среди пленённых кобольдами девушек не все представляли из себя хрупких гражданских, с десятка полтора оказываются молодыми валькириями.
Как-никак некоторых из них монстры захватили без сознания или оглушёнными после обрушения Спарты.
Создав в разрушительном торнадо проход для моих соратников, я убеждаюсь, что те всем скопом заходят под прикрытие моего телекинеза.
— И что дальше, Лорд Шурик? — интересуется Пирра. — Спасти-то вроде как спасли, а как дальше быть?
Базальт не говорит ни слова, но по его хмурому выражению лица становится и так ясно, что он, собственно, думает.
И ведь действительно.
До клеток мы добрались. Я обеспечил нам необходимую передышку, но что теперь?
Под две сотни кобольдов никуда не делись, да и босс сейчас скрылся где-то в форте, явно спеша на наш праздник.
— А что дальше? — усмехаюсь я. — А дальше мы следуем нашему плану.
— Прямо сейчас? — ахает рыжая.
— Прямо сейчас, — киваю я.
И тут же отдаю команду Малому, мол, пора.
* * *
— Подержи, — произнёс Малой.
— Побольше уважения, — фыркает Мирантис, — Я — богиня, а не носильщица!
— Если хочешь, чтобы Лорд Шурик и мы все вернулись в Спарту, то лучше делай, как я сказал, — проворчал парень.
Богиня красоты какое-то время ещё посверлила разведчика своими глазками, но всё-таки сдалась и протянула руку.
В которую Малой положил неизвестный ей предмет.
— А это ещё что? — спросила Мирантис.
Малой же хмыкнул, закончив с первой закладкой.
— А на что похоже? — задал он встречный вопрос. — Динамит это.
— Что-что? — моргнула глазками Мирантис.
— Большой ба-бах, — ухмыльнулся парень, — Одно неловкое движение, лишний чих и всё. Мы с тобой помрём на раз два. Даже твоя божественность не спасёт.
— И ты так легко дал его мне в руки⁈ — завизжала Мирантис. — А если он реально взорвётся⁈
— То нам от этого будет уже
