чем я успевала занять комфортное положение.
Уходил всегда на рассвете, старательно выхаживая до самой двери, чтобы меня не разбудить. Подглядывать за тем, как этот большой грозный мужчина крадется мышью было весьма очаровательным зрелищем. Благодаря ему я с легкостью поднималась с кровати навстречу новому дню.
Первый делом я выбрала себе служанок, которые поначалу были крайне осторожны и холодны. Очень скоро я выяснила причину тому. Леди Вита — как постоянно поправлял меня Илай, искренне не понимая, почему я не зову простолюдинку на аристократический манер, могла меня не устраивать по многим причинам. Но все же нельзя было отрицать, что рядом с Аслаханом не могло стоять человека с черной душой.
И пусть со многим в ее управлении я была несогласна — в чем тоже по сути не было ее вины, нельзя было сравнивать меня, получавшую необходимое образование у лучших учителей королевства во благо становления кронпринцессой, и девушку, на которую скинули обязанности лишь из-за стойкости убеждений — женщина — хранительница домашнего очага. В том, что касалось слуг замка, я была на ее стороне.
Не каждый хозяин с достатком создаст такие условия, что уж говорить о герцогстве с плачевным финансовым положением. Но разруха и голод на землях, где столько лет буйствовала война, диктовали свои условия. А потому штат был очевидно раздут, многим, кому не положен был кров, он был предоставлен, а так же их семьям и детям.
Появление эрцгерцогини было для них угрозой, многие на моем месте привели бы этот пункт в бумагах в надлежащий вид. Я никого не знала, для меня это были лишь имена, но как новая хозяйка этих земель собиралась взять на себя ответственность за их жителей.
Дни, когда я впервые пришла в пристройку для слуг с намерением оценить состояние жилья, еды и одежды, были суматошными. От меня пытались спрятать детей, лишние рты и утварь, кажущуюся им излишней. Чувствовала себя настоящей злодейкой, от которой не ждут пощады, и это несколько обескураживало меня. Все же я привыкла к другому, в моему родном герцогстве слуги всегда были приветливы и милы.
— Приветствуем эрцгерцогиню.
Они склонялись, их лица серели, а единицы осмеливались посмотреть исподлобья с плохо скрываемом враждой.
— Эрцгерцогиня! — Вита ворвалась в двери, будто бежала на пожар. На светлом лбу проступила испарина, а дыхание сбилось, и она не сразу смогла его восстановить.
— Леди Вита, — дежурно улыбнулась я. — Что тебя сюда привело?
— Я слышала, Вы изволили лично посетить пристройку…
— И решила лично меня сопроводить? Очень мило с твоей стороны, но я не смею отвлекать тебя от дел.
— Эрц…
— А-агу-у! — вдруг раздался звонкий детский голосок, и я почувствовала как край юбки потянуло.
Обернулась, встречая широкую беззубую улыбку и ясные глаза мальчугана, который незаметно выбрался из своего укрытия и подполз ко мне.
— Боже! Бенджи! — воскликнула одна из женщин, подбегая и подхватывая малыша на руки, а затем низко кланяясь вместе с ним. — Прошу, простите эрцгерцогиня! Простите меня…
— Поднимись, — тихо выдохнула я.
Она послушалась, с опаской глянув мне в глаза.
— Какой славный малыш, — протянула руку. — Можно?
Служанка несмело кивнула, и я погладила румяную щечку пальцами. Мальчуган задорно улыбался. Он выглядел опрятно, хоть одежда на нем была заметно изношена и велика. Должно быть ее не раз передавали из рук в руки, пока не оказалась на нем.
— Я здесь, чтобы узнать о том, есть ли в чем-то острая необходимость. У меня нет намерений никого обездолить. — я обернулась к остальным. — Ваш быт не изменится, можете быть спокойны. Если вы в чем-то нуждаетесь, подойдите к Рите, моей личной служанке, она все запишет, а после передаст мне. В будущем эта обязанность будет возложена на главную горничную, как только я определю кого-то на эту должность.
Разумеется никто не мог сразу же поверить моим словам, но легкий вздох облегчения все же раскатился по комнате. В ней словно стало легче дышать.
— Госпожа, позвольте мне сопровождать вас. — настаивала Вита, и я не могла отказать.
Слишком много глаз. И для них она лучик света, рука, что привела их сюда. Да и во взгляде голубых глаз я видела, что она не собиралась так просто отступать.
— Не сочтите за грубость, госпожа, — заговорила она, едва я махнула своему сопровождению. Рита и два рыцаря, приставленные Асланом, тут же отстали от нас на несколько шагов. — Могу ли я дать вам искренний совет?
Я удивленно вскинула бровь, но быстро совладала со своими эмоциями. Не могла представить, что же за совет, она хотела мне дать, но интересно было послушать.
— При всем уважении, я надеюсь, что эрцгерцогиня не тот человек, что дает ложную надежду. Я могу понять ваше нежелание сопроводить вступление в должность хозяйки увольнениями людей, но если в запасе у них лишь месяц-два спокойной жизни, то подобное еще сильней навредит вашему положению.
— А ты довольно прямолинейна, — сдержанно ответила я. — Не отрицаешь, что создала довольно зыбкую ситуацию в герцогстве.
— Я не могла оставаться в стороне, госпожа! Вы бы видели…
— Нет причин для волнений, — оборвала ее я, одаривая мягкой улыбкой. — Трудные времена для этих земель прошли, мы с эрцгерцогом позаботимся об этом.
Моя уверенность не была простой бравадой, но Вита могла думать, как пожелает. Лишь время и результат расставят все по местам. И, признаюсь вам честно, герцогство смогло бы выстоять, даже не будь тут меня.
В моей первой жизни Аслахан был вычеркнут из реестра королевской семьи и понижен на три ступени до титула графа, и то лишь благодаря своей роли в защите королевства. Будь воля Маркуса, он бы и самого низшего титула баронета не получил. К тому же Аслан не воспользовался узами брака, чтобы упрочить своего положения, но Исларские земли он поднял с колен. Сам, своими силами и упорством.
А что же теперь? Когда я оказалась рядом? С моими знаниями, ресурсами и желанием вернуть мужу все то, чего он был несправедливо лишен в двух линиях жизни? О, королевской семье стоило приготовиться. Ферзь может и самая сильная фигура шахматной доски, но две ладьи, что работают слаженно, имеют все шансы поставить мат королю, если
