Тем временем второй снорк, совершив стремительный рывок по радиусу закругляющейся кверху стены, прыгнул, сбоку обрушившись на Инока, едва не сбив его с ног, полосуя когтями грудные бронепластины защитной экипировки.
Инок подался назад, резко развернулся, пытаясь стряхнуть с себя снорка, но тот держался крепко, – нижними конечностями обхватил жертву, а верхними рвал неподатливую броню на груди противника. Рефлекторным движением сталкера отбросил бесполезный автомат, левой рукой врезал в морду твари, а правой выхватил пистолет, приставил его к голове снорка и выстрелил несколько раз подряд, пока вцепившееся в него тело не выгнулось в предсмертной судороге.
Отодрав от груди подыхающего снорка, Инок с силой отшвырнул его в сторону и присел, поднимая с пола автомат. Резкая боль в ребрах заставила его сжать зубы.
Где же второй?
Дым мешал детальному восприятию – раненый снорк появился внезапно, попытался прыгнуть, но неудачно. Инок заметил его в последний момент, но все же успел отпрянуть в сторону, вспоров распластавшееся в прыжке тело мутанта выпущенной в упор автоматной очередью…
Кровь и холодный пот заливали лицо. Дыхательная маска сбилась, горло уже пощипывало от едкого дыма, в голове гудело после яростной скоротечной схватки, системы бронекостюма, похоже, оказались сильно повреждены, потому что автоматика никак не отреагировала на травмы.
Немного придя в себя, Инок взглянул вверх. Над головой зиял огромный провал, но самое неприятное заключалось в другом: фрагменты рухнувших перекрытий блокировали тоннель, отрезав его от подземных коммуникаций, ведущих к Припяти. Гурон со Штопором не отзывались. Голова разламывалась от боли…
Инок присел на обломок вертолета и вдруг отчетливо осознал, что остался один.
На поверхности по-прежнему бушевал бой: звуки ураганной перестрелки, тяжкие судороги разрывов, ритмичные, звонкие очереди крупнокалиберных пулеметов БТРов, стрекот вертолетных двигателей, – все сливалось в единое ощущение непримиримой схватки.
«Схватки за что? – внезапно подумал Инок, дрожащими пальцами активируя погасший во время взрыва ПДА. – За счастье, даруемое мифическим Исполнителем Желаний? За строчку победного рапорта – „Зона зачищена“?
Он ждал включения ПДА в смятении души. Если Гурон погиб, то ни один Исполнитель Желаний уже не вернет ему верного боевого товарища. И он сам станет другим. Так, по частичкам, медленно и незаметно, в череде потерь погибает рассудок.
Дисплей, наконец, осветился. Зеленый, обведенный кружком, маркер ПДА Гурона то появлялся, то исчезал, взмаргивая по ту сторону серой, изломанной линии, обозначившей завал. Инок не отрываясь смотрел на трепетную точку, пытаясь понять, движется она или нет.
«Похоже, что сигнал статичен…» – Мысль прошла на грани отчаянья. Маркер ПДА Штопора вообще не просматривался, но это еще ничего не означало. Только персональный детектор Гурона, оснащенный мощным передатчиком, был способен сгенерировать характерную метку. Завал, перегородивший тоннель, существенно осложнил связь, но радиомаяк, работающий попеременно на нескольких частотах (ПДА Инока был настроен именно на них), позволял достаточно точно позиционировать товарища.
Он на самом краю осыпи по ту сторону…
Инок долго и неотрывно смотрел на экран, погрузившись в горестное оцепенение, как вдруг… маркер чуть сместился!
На душе мгновенно потеплело.
Крохотная засечка некоторое время слегка подрагивала, смещаясь едва ли на миллиметр то в одну, то в другую сторону, затем мерцающий маркер начал медленно удаляться,
Гурон жив!.. Жив и движется к Припяти, продолжая начатый маршрут!
Правильно сообразил, что разбирать завал – бессмысленная трата времени. Молодец! Лишь бы прорвался… В городе у них была заранее оговорена точка встречи, на случай если вдруг придется разойтись, – в Зоне ведь всякое бывает.
«Да при любом раскладе отыщу его по радиомаяку…»
Инок встал, ощущая, что внезапно отпустившее нервное напряжение оглушило, еще более усугубив последствия контузии.
Надо двигаться. Идти к цели. Нечего сидеть…
Отогнав гложущие мысли о судьбе товарищей, он осмотрелся. Теперь для него оставался лишь один путь, один способ прорваться на другую сторону неожиданной преграды, – идти боковым тоннелем, который выведет его если не на окраину города-призрака, то хотя бы в тыл позиций монолитовцев, обороняющих Чернобыль-2.
Сменив автоматный магазин, он включил фонарь и шагнул в плотный мрак бокового ответвления. Большинство электронных систем, интегрированных в бронекостюм, так и не перезагрузились после взрыва рухнувшего под землю вертолета, но действовать по старинке, используя ПДА, фонарь, зрение и интуицию Иноку было не привыкать.
Все внимание сталкера сосредоточилось сейчас по ходу движения, и он не заметил, как вслед за ним, сохраняя приличную дистанцию, в тоннель проскользнула загадочная тень.
Это был тот самый незнакомец, что накануне вечером проник в лаз, расположенный на территории Свалки.
Глава 5
Компонент
Гурон пришел в сознание от частых отрывистых звуков автоматных выстрелов. Муть, плавающая в голове, не давала сосредоточиться, понять, где он находится и что произошло. Он помнил лишь ярчайшую вспышку и упругий вал взрывной волны, подхвативший его, будто щепку.
С трудом открыв глаза, он застонал. На разбитых губах запеклась кровь, бронированное забрало шлема покрывала мелкая сетка трещин. Боль в голове пульсировала, подавляя мысли, вокруг царил плотный мрак, разрываемый вспышками одиночных выстрелов.
Оружие…
Он с трудом повернул голову, выпростал руку, освободив ее из-под бетонного щебня, вслепую пошарил вокруг, но толком ничего не добился, лишь спровоцировал очередную вспышку багряной боли.
– Гурон, ты живой?! – Голос в коммуникаторе прозвучал, будто раскат грома.
– Не ори… – едва шевельнув разбитыми губами, прошептал сталкер. – Меня засыпало. Помоги…
Взрезая мрак, метнулся луч фонаря, в его свете промелькнуло нагромождение бетонных обломков и карабкающийся по ним крысиный волк – тварь величиной с собаку, но более злобная, опасная и сообразительная.
Коротко прогрохотала автоматная очередь, пули взвизгнули, высекая искры в каком-то метре от головы Гурона, одна из них угодила в крысиного волка, оторвав ему лапу. Брызжа кровью, тварь покатилась вниз, исчезнув из поля зрения.
– Попали мы с тобой! – Из тьмы возник силуэт Штопора. Свет фонаря он приглушил, изменив фокусировку, теперь режущий глаза луч превратился в рассеянный конус, освещавший фрагмент тоннеля от стены до стены.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
