Читаем без скачивания Ярость неба - Сергей Зверев

– Оксана, – Ястреб взглянул на Фею, – сколько там было дисков?

– Один. Этот самый, – она кивнула на тот, который держал в руках Чироев. – Коробка, где, по его словам, лежала заархивированная копия, была пуста.

– Послушай, Чироев. От этого сейчас зависит чрезвычайно много. Где материалы? Кто-нибудь еще имел доступ к сейфам? Сейчас или раньше?

– Нет, я держал у себя только один комплект... – пояснил Чироев и вдруг замер на мгновение, видимо, вспомнив какой-то недавний эпизод. – Один раз я оставлял ключи аль-Бируни, когда уезжал на два дня в Трабзон. Это было пару месяцев назад. Тогда сейф был абсолютно пуст, информацию я держал в ноутбуке, который все время возил с собой. Но аль-Бируни попросил, чтобы во время моего отсутствия он имел возможность пользоваться сейфом. Хотел положить туда какие-то секретные документы. Видимо, опасался за их сохранность. Там, на базе, не всем можно было доверять. И, судя по всему, как я теперь понимаю, сделал запасной комплект ключей.

– Да, он заходил в дом перед самым взрывом, – сказала Оксана, пристально смотря на чеченца. – Перед этим он, как мне помнится, о чем-то говорил с тобой. О чем? Может быть, ты приказал ему забрать диски с собой?

– Я не мог ему приказывать. Аль-Бируни пользовался особым доверием у тех, кто снабжает деньгами нашу организацию. И мне он не подчинялся. Самостоятельный персонаж. Красть диски ему не с руки. Если только... – Чироев на мгновение задумался. Потом медленно проговорил: – Мне, правда, говорили, что он может работать на американцев. Информация, конечно, левая, но я почему-то убежден в ее правдивости.

– В ее истинности, Чироев, – поправил Ястреб. – Правдивостью обычно называют нечто иное.

– Я не специалист по русскому языку! – Чеченец гордо вскинул голову. На какое-то короткое мгновение в его глазах полыхнула укрощенная после психологической ломки ненависть. Но, видимо, бизнесмен очень быстро победил в нем воина. Спустя всего несколько секунд Чироев заговорил спокойным глухим голосом: – Этот араб вполне мог вбить себе в голову, что легко продаст мои материалы своим хозяевам. Хотя для янки они, по-моему, не представляют никакой ценности.

– Как сказать. – Ястреб опустился на траву, кинул взгляд на циферблат японских водонепроницаемых часов. – Пора двигать. Ты, Чироев, пойдешь с нами. Если у тебя не отшибло память, самые важные сведения ты хранишь в собственной башке. Я прав?

– Картотека не очень большая. Там меньше тридцати фамилий. У меня в мозгах нет компьютера. Но кое-что я помню. Процентов за семьдесят могу отвечать.

– Уже неплохо. В путь!

Ястреб резко поднялся и, не оборачиваясь, двинулся по каменистой тропе, которая вела вдоль побережья в сторону Трабзона.

Глава 18

Яхта «Галатея» была пришвартована на некотором отдалении от других судов. Вместительная белоснежная моторная модель типа «Fеrrеtti» длиной около двадцати трех метров слегка покачивалась на волнах в гордом одиночестве.

В списочный состав экипажа яхты входили четыре человека. Но сейчас на судне находился только один человек. Он исполнял одновременно функции сторожа и капитана.

Невысокий смуглый турок лет сорока пяти, в белой рубашке с коротким рукавом и парусиновых штанах, с самой настоящей традиционной феской на голове, которая вполне подошла бы члену тюркского национального общества «Туран», если бы оно занималось в реальности тем, что было зафиксировано в его уставе...

В этот утренний час он сидел на палубе, подставив солнцу обветренное темное лицо, курил сигарету и, прищурившись, смотрел на берег. Осман, а именно так звали человека, которому выпала честь охранять собственность эфенди Хайрулы, считал, что получил очень выгодное место. Ему никто не мешал хорошо отдыхать и загорать, втихаря отгонять яхту на довольно приличное расстояние от берега, чтобы немного порыбачить. Можно было надеть свой единственный приличный костюм и отправиться в Трабзон, познакомиться там с какой-нибудь иностранкой и, пустив ей пыль в глаза, пригласить прокатиться на своей посудине. Два раза Осману улыбнулась удача – первый раз он «склеил» двух московских студенток, которым представился известным коммерсантом, торговцем табака, щедро угостил их в кафе и потом на арендованной машине отвез к «Галатее». Девицы, впервые выбравшиеся за границу, были поражены красотой моторной яхты, лихо рассекающей морские волны у побережья, поэтому, немного выпив терпкого местного вина, расплылись и по очереди оказались на кожаном диванчике в кают-компании, где Осман сполна удовлетворил свою похоть. Второй жертвой стала экстравагантная итальянка, которая разгуливала вдоль причала и остановилась напротив «Галатеи», с явным восхищением изучая эту модель.

– Эй, на яхте! – крикнула она на довольно приличном английском. – Какова скорость этой посудины?

Осман появился эффектно, словно вырос из-под земли, прямо около иностранки.

– Не кричите, – сказал он тоже по-английски. – На яхте никого нет. Я отпустил команду на несколько дней.

Она перевела свои карие глубокие глаза с «Галатеи» на капитана:

– Вы капитан?

– И капитан, и владелец этой прекрасной моторной яхты. И приглашаю вас отужинать на палубе моего корабля.

Вскоре итальянка узнала, что яхта может развивать максимальную скорость тридцать четыре узла, а еще что ее капитан способен достигать схожих с кораблем результатов в постели...

Сейчас Осман отдыхал. Он сидел на палубе в плетеном кресле, покуривал длинную глиняную трубку и лениво рассматривал очертания других судов, сгрудившихся около пирса. Яхта находилась от них на значительном расстоянии, гордо покачиваясь на волнах метрах в пятидесяти от берега.

Вид отсюда открывался великолепный. Рощи апельсиновых деревьев медленно поднимались по склонам, за скальными выходами наверху выглядывали сосновые рощи, зеленым покрывалом окутывающие отроги невысоких гор. У горизонта виднелись бесчисленные селения, разбросанные по черноморскому побережью.

За чистым галечным пляжем открывался вид на асфальтированную дорогу, украшенную рядом величественных кипарисов. Время от времени по шоссе передвигались легковые автомашины, рейсовые автобусы, «долмуши» – маршрутные такси, пикапы и вместительные грузовики. Движение тут было не очень интенсивным, поскольку выше по склону располагалась другая магистраль, идущая от Гиресуна в сторону Трабзона.

Людей здесь тоже было немного. Отдыхающие в это место почти не заходили, а местные жители предпочитали более удобные участки побережья. Около стоянки частных яхт, круглосуточно охраняемой вооруженным отрядом с собаками, делать им было нечего. Как и рядом с металлической сеткой-заграждением, поскольку «Галатея» находилась вне охраняемого пространства.

Тем более странным показался Осману вид шести человек, неожиданно появившихся на берегу. Одетые как на подбор в майки и полотняные штаны, они показались ему похожими на членов спортивного клуба. Но это первое предположение Осман тут же отверг: дело в том, что среди этой группы он неожиданно увидел своего хозяина – эфенди Хайрулу. Это было чрезвычайно неожиданно. Осман резко вскочил и бросился к трапу.

– Спускай шлюпку! – громко приказал хозяин, сделав из скрещенных ладоней рук некое подобие рупора. – Да побыстрее! Моим гостям срочно нужна яхта!

– Но команда сейчас в городе! – крикнул в ответ Осман. – Они появятся только завтра утром. Я ведь ничего не знал, эфенди.

– Наплевать на команду! Мои гости сами справятся. Они заправские яхтсмены! – Если бы Чироев говорил по-турецки несколько лучше, то Осман, наверное, уловил в его словах ноты сарказма. Однако акцент скрыл эти интонации.

– Как скажете, хозяин! – Осман нажал на механизм, закрепляющий кронштейны шлюпки, и она медленно опустилась на воду.

После чего сбросил веревочный трап, перелез через борт и ловко слез вниз. Взялся за весла и спустя несколько минут пришвартовался около невысокого дощатого причала, на котором тесно стояли гости хозяина и он сам. Выглядел эфенди неважно – щеку пересекал свежий шрам, а на белоснежной шелковой рубашке остались бурые пятна крови. Как же такое случилось? Хозяин всегда безукоризненно одевался и всегда следил за своим внешним видом. Странно...

Осман невольно перевел взгляд на гостей и тут обнаружил, что среди них есть женщина, правда, одетая в точно такую же одежду. И еще одно... Только один из гостей хозяина был турок, остальные же – явные европейцы. Откуда они? Впрочем, Османа это не касалось. Он был капитаном этого суденышка, получал от владельца довольно неплохие деньги, отдыхал и расслаблялся тут в свое удовольствие, так что в те редкие дни, когда должен был выполнять свои непосредственные функции капитана, старался поступать так, чтобы со стороны хозяина к нему бы не было никаких претензий.

Сначала эфенди Хайрула, затем все его гости легко забрались в шлюпку, сели на сиденья. Осман уже хотел садиться за весла, когда хозяин остановил его коротким жестом: