Читаем без скачивания Ярость неба - Сергей Зверев

Но вот со стороны далекого мола показался силуэт вертолета. Загибая неровные виражи, он прошел над полосой прибоя и, резко развернувшись, полетел прямо в сторону яхты. Стали заметны опознавательные знаки турецкой береговой охраны.

Это была разведывательная машина. Меньше минуты, сильно крутя мощными лопастями, он нависал прямо над палубой яхты, потом, красиво накренившись, ушел в сторону и полетел к берегу. А спустя буквально две минуты взревел мотором патрульный катер и, рассекая волны, стремительно полетел к «Галатее».

– Будешь разговаривать сам. – Ястреб подтолкнул Чироева к выходу на палубу. – И сам понимаешь... Если хочешь жить... Не допускай ошибок...

– Вам моя жизнь теперь нужна больше, чем мне, – усмехнулся Чироев. – Такой «язык», как я, стоит очень дорого. Так что сами понимаете... Не допускайте ошибок...

Ястреб промолчал. В каком-то смысле они сами стали теперь заложниками этого чеченского бандита. Ведь действительно довезти его в Россию целым и невредимым – это задача номер один. Живой банк данных, единственный носитель сверхсекретной информации. Если потерять Чироева, вся операция становится бессмысленной...

Катер, сделав резкий поворот, поднимая белую пенистую волну, заглушив мотор, пришвартовался к правому борту «Галатеи». Офицер береговой охраны в сопровождении двух вооруженных автоматами солдат приблизился к ограждению.

– Эй, на яхте! – крикнул он, держась рукой за леер. – Береговая охрана. Прошу предъявить документы.

Ястреб вытолкнул Чироева на палубу:

– Ты все понял? Смотри, чтобы...

– Не беспокойся. У меня тоже нет вариантов. – Чироев сплюнул на пол и медленно поднялся вверх.

– Подойдите к ограждению! – скомандовал офицер. – Документы на судно! И побыстрее!

– Одну минуту! – Чироев приблизился к борту, вытащил из кармана кожаное портмоне коричневого цвета. – Но я не понимаю, в чем дело?

– Вы гражданин Турецкой Республики? – уловив акцент хозяина яхты, быстро спросил офицер.

– Естественно.

Чироев тянул время. Рано или поздно «погранцы» поймут, что здесь не все в порядке. Тогда у них появится вполне значимый повод провести широкомасштабный шмон «Галатеи». Его результаты очевидны. Но попытку усыпить бдительность береговой охраны предпринять все-таки необходимо. Хотя бы для очистки совести.

– Эфенди Хайрула, – заявил офицер, ознакомившись с бумагами, – мы вынуждены произвести досмотр вашей яхты. Дело в том, что в этом районе укрывается отряд опасных диверсантов. Прошу пропустить нас на судно.

Чироев, нахмурившись, смотрел на лицо старшего пограничного отряда. Обычный служака. Лет сорока, достаточно опытный, знающий свое дело. Простое обветренное смуглое лицо, небольшие черные усы, на кончиках загнутые вверх. В глазах застыла ухмылка. Мол, знаем мы вас, таких хозяев...

О том, что произойдет здесь спустя всего лишь минуту после начала досмотра, Чироев предпочитал не думать. Он стоял около ограждения, сложив руки на груди. Если офицер отнесется к своим обязанностям формально и не полезет со своими бойцами во все помещения яхты, то у «спецов» есть шанс скрыться. Только вот Чироеву это не совсем на руку. Что, если сейчас сдать отряд Ястреба? Заявить, что они захватили его яхту и силой удерживают в заложниках хозяина «Галатеи», эфенди Хайрулу? Стоит офицеру спуститься вниз, начать обшаривать яхту метр за метром... Эти ребята из России не оставят неповоротливым туркам из береговой охраны ни малейшего шанса остаться в живых. Скорее, скорее! Остановить их здесь или пропустить на яхту? Турецкие «погранцы» или русские диверсанты? На кого поставить в этой непростой игре? Пятьдесят на пятьдесят. Орел или решка...

Офицер, видя колебания хозяина, нахмурился:

– Вынужден вас предупредить, что в случае вашего отказа мы имеем все полномочия для проведения силовой акции против тех, кто оказывает нам сопротивление.

«Пусть все решит случай», – решил про себя Чироев.

– Проходите, – наконец произнес он, демонстративно сделав шаг в сторону.

Офицер и двое бойцов с автоматами по узкому пластиковому трапу перебрались с борта своего патрульного катера на палубу «Галатеи», остановились на мгновение, оглянулись по сторонам.

Чироев стоял недвижимо, сложив руки на груди. Но сердце стучало отчаянно, будто подтверждая этим, что иногда легче сделать выбор самому, чем переложить ответственность за будущее самой судьбе...

Глава 19

На катере турецкой береговой охраны остались караульный из состава патрульного соединения и два матроса. Видя, что начальник отряда и четыре бойца отсутствуют слишком долго, они стали проявлять нервозность. Караульный даже поднялся по пластиковому трапу на борт «Галатеи», внимательно оглядываясь по сторонам. На палубе было пустынно и тихо. Создавалось впечатление, что яхта, словно легендарный «Летучий Голландец», давно покинута экипажем.

Караульный постоял на самой границе трапа, потом неуверенно сделал шаг вперед, точно пересекал государственную границу. В каком-то смысле так оно и было...

Поскольку когда он, существенно осмелев, быстро преодолел короткое расстояние, отделяющее его от края борта до надпалубных построек, и осторожно заглянул за дверь, где за узкой площадкой располагалась крутая лестница, уводящая на нижний ярус, то смог убедиться в том, что зря пересек только что некий незримый рубеж. Кто-то сильно ударил его по шее, лишая на короткие мгновения возможности передвигаться и, казалось, даже дышать, после чего караульный неожиданно легко, словно складной деревянный метр, сжался на полу, задыхаясь и судорожно хватая ртом воздух, собрался крикнуть, но тут почувствовал у виска холод металла.

Тихий голос произнес две короткие фразы:

– Не двигаться! Если, конечно, хочешь жить.

Через пару минут караульный, крепко связанный пеньковой веревкой, лежал в кают-компании на полу у стены, скрипя зубами в бессильной злобе. В других каютах за закрытыми дверями, также лишенные возможности передвигаться, коротали время еще четыре бойца патрульного соединения и офицер, так глупо попавшийся в ловушку, устроенную диверсионной группой из России.

А «спецы», не медля больше ни мгновения, рванулись к ограждению яхты.

Бокс, запрыгнув на пластиковый трап, сразу нацелил «кедр» на двух безоружных матросов. Они, с ужасом глядя на грозного бойца, словно материализовавшегося из призрачной морской дали, подняли вверх руки. После чего сложили их на затылке и по команде нападавшего отошли к стене рубки.

Следом за Боксом спрыгнули с трапа Бабай, Фея и Дьяк. Последним на палубе патрульного катера оказался сам Ястреб, подталкивающий впереди Чироева.

– Ты знаешь, сколько отсюда до границы территориальных вод Грузии? – спросил он чеченца, показав рукой своим бойцам, что пора заводить двигатель.

– Километров сто, не больше, – буркнул Чироев.

– Значит, идем к своим, – сам себя убедил Ястреб. – Час у нас есть.

Спустя несколько минут патрульный катер, резко развернувшись, поднимая белые пенистые буруны, стремительно пошел в открытое море, оставив яхту «Галатея» одиноко покачиваться на волнах.

Песков застал Макарычева уже у выхода из здания.

Генерал спускался по лестнице, направляясь к своей старенькой черной «Волге». Эта машина, некогда являвшаяся гордостью любого советского чиновника, символом его высокого социального статуса, превратилась теперь в некий раритет исчезнувшей эпохи.

«Волга» Макарычева притулилась на окраине служебной стоянки. В сравнении с роскошными иномарками, блестевшими лакированными боками, таинственно глядевшими на мир темными экранами тонированных стекол, этот динозавр отечественного автопрома выглядел скромно и непритязательно. Но генерал, привыкший к старым традициям и верным вещам, которые, подобно древним друзьям, не способны на предательство, никогда не согласился бы променять свой видавший виды автомобиль на новомодные шедевры престижных западных фирм. Не говоря уже о том, что стоили эти шедевры совсем не в масштабах генеральской зарплаты...

– Дмитрий Константинович! – Песков тяжело дышал. Ему пришлось бежать по длинному коридору управления, а потом стремительно скатиться по лестнице, как курсанту, спешащему в увольнение. – Только что получено сообщение от Ястреба. Он был вынужден захватить патрульный катер турецкой береговой охраны. На всех парах отряд движется к нашим территориальным водам. Просят срочно выслать какое-либо судно или воздушный транспорт. Чироева они взяли с собой как держателя банка данных...

– Информационного пакета, полковник, – машинально поправил Макарычев, за последние дни свыкшийся с нелепым определением, рожденным где-то в недрах Совета безопасности; он стремительно, как это и полагается опытному руководителю спецслужб, переваривал только что полученные данные, собираясь принять единственно возможное решение в новых обстоятельствах, которые менялись буквально на глазах.