Я перестал чесать ухо и внимательно посмотрел на него.
— Я разговаривал и с этим русским пьяницей, и со столь же ненормальным валлийцем по дороге домой из паба, однажды ночью, замаскировавшись под загулявшего коммивояжера. Я беседовал с цыганами, с твоими соседями, со всеми основными действующими лицами, участвующими в предполагаемом метафизическом противостоянии — да, мне о нем известно, — и я наблюдал множество вещей, которые позволили мне при помощи дедукции нарисовать мрачную картину.
Я грубо зевнул, как это иногда делают собаки. Он улыбнулся.
— Не выйдет, Нюх, оставь свои дурные манеры. Я уверен, что ты понимаешь каждое мое слово, и тебе, наверное, любопытно узнать, насколько глубоки мои знания о той церемонии, которая должна здесь состояться в Канун Дня Всех Святых, и каковы в связи с этим мои намерения.
Великий Детектив сделал паузу, и мы внимательно посмотрели друг на друга. Он ничего еще не выдал, даже на уровне обоняния.
— И вот я подумал, что пора проявить добрую волю, — наконец сказал он. — Кроме того факта, что я только что, возможно, спас тебя от смертельной опасности, есть еще многое, что я хотел бы сказать, и кое-что, что мне нужно узнать. Мне кажется, это будет выгодно нам обоим. Если ты будешь любезен подтвердить, что понял меня, я продолжу.
Я отвел взгляд. Я ждал этого с того момента, как только он обратился ко мне со своими рассуждениями. Я все еще не решил, как мне реагировать, когда он наконец потребует от меня того, что должно послужить залогом веры. И именно к этому все и свелось… к вере в профессиональную цельность этого человека, хотя я не был уверен, что он одобрит происходящее здесь, и не имел представления, чему он останется верен — закону или справедливости; и понимает ли он до конца, что поставлено на карту.
Все же я действительно хотел узнать, что ему известно и каковы его намерения, и понимал, что он потом никак не сможет проверить свои предположения на мой счет, даже если я дам ему то подтверждение, которого он добивается. Поэтому я несколько долгих секунд смотрел ему в глаза, потом один раз кивнул.
— Очень хорошо, — отозвался Великий Детектив. — Продолжаю. Большое число преступлений, очевидно, совершено почти каждым, кто участвует в Игре, как вы ее называете. Многие из них невозможно было бы рассматривать в суде, но у меня нет клиента, который требует, чтобы я нашел способ передать дело в суд, и нет желания заниматься этим ради собственного развлечения. Фактически я нахожусь здесь только в качестве друга Скотленд-Ярда с целью расследовать предполагаемое убийство полицейского. И этим делом я займусь в свое время. Однако с момента моего прибытия на меня все большее впечатление производили необычайные события, до тех пор пока — в большой степени благодаря странному состоянию мистера Тальбо и того, кто известен как Граф, — я не убедился, что здесь происходит нечто действительно неестественное. Хоть мне и не нравится такой вывод, личный опыт последних дней заставил меня принять его истинность. Исходя из этого, я вынужден вмешаться в вашу Игру по истечении двух дней.
Я медленно покачал головой из стороны в сторону.
— Нюх, тот негодяй, что только-что ушел, планирует убить свою падчерицу в Канун Дня Всех Святых?
Я кивнул.
— Ты одобряешь такое поведение?
Я отрицательно покачал головой, потом повернулся и отошел от него к тому месту, где пыль лежала толстым слоем на досках пола. Лапой провел четыре линии в пыли: ЛТ.
Он последовал за мной и внимательно смотрел. Потом медленно произнес:
— Лоренс Тальбо? Я кивнул.
— Он планирует предотвратить убийство? Я снова кивнул.
— Нюх, мне известно о нем больше, чем он думает, и я сам уже много лет экспериментирую со всякими снадобьями. Я знаю, что он намеревается спасти Линет в ночь церемонии, но не верю, что он достаточно точно отмерил дозу, которая позволит ему миновать фазу лунного безумия в его болезни. И в любом случае викарий Робертс знает, что в Игру вмешается некто подобный, и он растопил один из серебряных предметов церковной утвари и отлил пулю для пистолета, который собирается взять с собой той ночью.
Великий Детектив замолчал и изучающе поглядел на меня. Я ему поверил, но не знал, что же делать.
— Единственная роль, которую я предвижу для себя во всем этом деле, будет заключаться в спасении девочки, если мистер Тальбо потерпит неудачу. Чтобы выполнить это, мне от тебя кое-что нужно: я должен знать, где состоится церемония. Тебе это известно?
Я кивнул.
— Покажешь?
Я снова кивнул и посмотрел на дверь. В какое-то мгновение его рука дернулась к моей голове, потом он опустил ее и улыбнулся. Великий Детектив подошел к двери и открыл ее. Мы вышли наружу, я посмотрел в сторону Гнезда Пса и один раз гавкнул. Потом двинулся вперед. Он последовал за мной.
30 Октября
Сегодня работы немного. И, похоже, завтра будет то же самое. До ночи. Те из нас, кто еще остался, сойдутся на вершине холма в полночь. Мы соберем хворост и вместе разожжем большой костер. Он будет служить для освещения, и в него будут бросать все кости, травы и другие ингредиенты, которые мы заготавливали весь месяц, чтобы приумножить свои силы и добиться победы над врагами. Костер может отвратительно вонять, а может и чудесно благоухать. Различные силы будут сражаться в нем, играть вокруг, окружая его многоцветным ореолом, время от времени исторгая из него звуки музыки и жалобные стоны, смешанные с шипением и треском. Затем мы встанем полукругом перед тем предметом, который нашими предсказаниями определен как место появления Врат, в данном случае — камнем с надписью. Открывающие и их друзья станут на одном конце полукруга, Закрывающие — на другом. Все принесут с собой орудия, которыми собираются воспользоваться. Некоторые из них нейтральны, например кольцо, магическая чаша, икона; они приобретают свои свойства — открывающие или закрывающие — в руках тех, кто ими владеет; другие — две волшебные палочки, одна для открывания, другая для закрывания — будут, естественно, держать сторонники этих убеждений. У Джил — Открывающая Волшебная палочка, у хозяина — Закрывающая.
Нейтральные предметы поддержат усилия той стороны, которая ими владеет, что может создать впечатление, будто успех зависит от простого численного перевеса. Но это не так. Сила отдельной личности очень много значит; и еще — эти события, по-видимому, порождают странные побочные эффекты, которые влияют на общее распределение сил.
И потом дело еще и в опыте. Теоретически все должно происходить на метафизическом уровне, но в реальности так бывает редко.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
