оставить. Ты для меня слишком дорогой человек, чтобы рисковать тобой.
– А что же делать?
– Придется позвать на помощь Алексея, хотя очень не хотелось бы его тревожить.
Беги в дом, объясни все Леше, пусть одевается и выходит.
Когда Галя с Алексеем вернулись, Игорь протянул Галиному брату пистолет.
– Пользоваться умеешь?
– Умею, я ведь служил в Армии. Я так понял, что моя миссия охранять вход в подвал.
– Да, Леш, только будь осторожен. Ты должен находиться там, откуда видны все подходы к подвалу, но тебя не было бы видно.
– А если он сейчас видит наши приготовления, и как только мы скроемся в подвале, он появится и застрелит Алешу? – Галя смотрела испуганными глазами на Игоря.
– Нет, шум он поднимать не станет, какой ему резон. Выстрелы услышат. А нанести удар каким-то другим оружием или тяжелым предметом ему не удастся. Незамеченным он подойти к тебе не сможет, – Игорь обращался к Алексею. – Зато ты его увидишь. Увидишь и выстрелишь. Сначала предупреждаешь, затем стреляешь в воздух, а уж потом по ногам. Понял?
– Да. Но неужели он так опасен, что надо стрелять?
– Леш, ты чего. Он убил троих. Это разве не опасность? – Галя схватила Алексея за руку и изо всех сил и дернула. – Очнись, до тебя до сих пор не дошло, с кем мы имеем дело?
– Я понял, понял. Куда же мне спрятаться?
– Вот, смотри, какое укромное местечко, – Игорь показал на одинокий куст сирени, росший поблизости. – Тебя внутри не будет видно, зато у тебя хороший обзор. Ну-ка, иди под куст.
Алексей залез под куст, продрался к стволу, поломав при этом не одну ветку, покрутился вокруг себя, выискивая положение поудобнее.
– Ну, как, обзор хороший, – Игорь шагнул к кусту.
– Да… Видно вокруг все отлично. Если кто-то попытается пробраться к подвалу, я замечу его задолго до его появления у подвала. И ко мне ему незамеченным подойти не удастся. Ну, идите. Работайте спокойно. Ах, как сиренью-то пахнет. Нанюхаюсь на всю жизнь. – Алексей хохотнул и замер.
Игорь отошел к подвалу, оглянулся на куст.
– Не видно совершенно, что внутри стоит человек.
Лестница в подвал оказалась длинной, и когда они оказались внизу, Игорь проговорил:
– Двадцать две ступеньки, – Галя засмеялась.
– И я посчитала. И загадала: если ты так же станешь считать ступеньки, значит, у нас с тобой все будет хорошо.
– И я загадал, только другое. Если ты станешь считать ступеньки, значит, мы скоро поймаем этого урода и станем готовиться к свадьбе.
– Почему другое – ведь в конечном итоге мы хотим одного и того же. Я права?
– Естественно ты права, тысячу раз права, – Игорь прижал Галю к себе, осторожно чмокнул ее в губы, – ну, а сейчас давай работать. Игорь посветил вокруг себя. Помещение было большим, продолговатым.
– Интересно, свет тут есть или нет, – он стал искать фонариком по стенам выключатель. – Так, выключатель есть и там, где он и должен быть. – Протянув руку, Игорь щелкнул выключателем. Но чуда не произошло, и свет не загорелся. – Так, видно свет от подвала отрубили. Во избежание неприятностей, кои могли возникнуть вследствие пожара. Это чье-то решение совершенно правильное.
– Правильное-то оно правильное, только как мы сейчас тут в темноте будем ориентироваться.
– Не расстраивайся, Галчонок, нам не привыкать, привыкай и ты. Зачем же мы взяли с собой столько освещающих предметов? – Игорь, светя фонариком вокруг себя, огляделся. Затем, подойдя к ближнему от двери углу, начал внимательно рассматривать все, что лежало и стояло на пути светового луча. В углу стояла большая деревянная бочка, почерневшая от времени. Игорь заглянул в нее. Она на треть была заполнена песком. Луч света пополз по стене вверх от бочки.
– Так, понятно, пожарный щит. И, кстати, полностью оснащен. Правда, чуть-чуть покрылся ржавчиной и плесенью. Но это ерунда. Давай поищем какие-нибудь тряпки и приведем в порядок это орудие.
Тряпки нашлись быстро – они висели на краю бочки. Это было какое-то старое тонкое покрывало. Игорь снял со щита топор и лопату, подал Гале.
– Оботри, – а сам стал светить дальше. Дальше был верстак, заваленный всякой всячиной. Тут были тиски, молоток, рубанок, несколько банок с гвоздями и много-много всяких мелочей. Ближе к стене стоял бидон литров на десять. Бидон был закрыт крышкой, но все равно было понятно, что в бидоне керосин.
– Странно, – задумчиво сказал Игорь.
– Что странного?
– Пчелы и керосин. Ты говорила, что этот подвал – омшаник. Там где пчелы не должно быть резких неприятных запахов.
– Возможно, керосин оставили тут уже после того, как вывезли отсюда пчел навсегда.
– Возможно, – повторил Игорь, – ну, орудие приведено в порядок? – Игорь взял из рук Гали топор, осмотрел его, затем просунул ручку топора за брючный ремень. – Туговато, правда, но ничего. Авось пригодится.
– Где он может нам пригодиться? Вот в этой маленькой комнате? Но зачем нам тут топор?
– И не только топор, но и лопата может пригодиться?
– Где? Тут? – Галя вопросительно поглядела на Игоря.
– Галь, а ты внимательнее посмотри вокруг. Ничего не замечаешь? – и Игорь пробежался фонариком по периметру комнаты, освещая по очереди одну стену за другой.
Галя бежала взглядом вслед фонарику и вдруг резко схватила Игоря за руку.
– Стой, стой, остановись, вернись чуть назад, ближе вон к тому углу, – Галя показала рукой в противоположный от входной двери угол. – Что это там? Дверь? Или мне показалось?
– Нет, тебе не показалось. Там действительно дверь. Я сразу ее заметил, как только первый раз посветил фонариком в тот угол. Но сначала давай дойдем до нее.
– О, Господи. Да что до нее идти-то, пять метров или шесть.
– Не в том дело. Я хотел сказать, что мы должны как следует осмотреть эту комнату. А потом уж пойдем дальше. – Они шаг за шагом тщательно осматривали каждый метр площади. Наткнулись на сундук, большой деревянный, обитый по углам железом.
– Ой, Игорь, смотри, я помню этот сундук. Он стоял у нас в доме. Это, кажется, сундук бабушки, маминой мамы. После смерти бабушки он еще долго стоял у нас в доме, но когда сделали ремонт, он стал портить интерьер и его куда-то дели. Но девали его куда-то в мое отсутствие, поэтому я думала, что его выбросили на помойку, а он вот где, живой. Давай посмотрим, что в нем. – И Галя схватилась за крышку, пытаясь открыть ее. – Ой, тяжелая, не могу поднять.
– Конечно, не можешь, и не сможешь, – смеясь, ответил Игорь, – посмотри, он же закрыт.
Галя наклонилась над сундуком, туда, куда светил фонариком Игорь.
