по низким ценам; красной Финляндии было продано таких товаров на 30 млн. рублей. Нужно ли добавлять, что все это предоставлялось Финляндии отнюдь не потому, что в России это некуда было девать! Наоборот, истощенная войной Россия крайне нуждалась во всех этих товарах; но с революционной Финляндией делились последним.
В марте из Петрограда в Финляндию было послано два санитарных поезда с оборудованием и медицинским персоналом[43].
Моральной и политической поддержкой для революционной Финляндии явился договор с РСФСР об укреплении дружбы и братства. Сознание общности борьбы и чувство искренней бескорыстной дружбы побуждало к сближению эти две социалистические республики, окруженные враждебным капиталистическим миром, который стремился их задушить.
В начале февраля 1918 г. Совет Народных Уполномоченных Финляндии предложил Совету Народных Комиссаров РСФСР начать переговоры о заключении договора. Вскоре была назначена комиссия, в которой каждая из сторон была представлена равным числом членов. С советской стороны в нее вошли А. Л. Шейнман, В. М. Смирнов, А. В. Шотман и К. Шишко, с финской — Э. Гюллинг, Э. Валпас, О. Токой, Арьянне[44]. Комиссия подготовила проект договора, после чего он был внесен на рассмотрение Совета Народных Комиссаров и Совета Народных Уполномоченных. Активное участие в обсуждении и формулировании статей договора принял В. И. Ленин.
Со стороны Советской России не было и тени навязывания небольшой Финляндии каких-либо не выгодных для последней условий. Советское правительство внимательно и доброжелательно относилось ко всем пожеланиям финнов, в том числе и к тем, которые касались территориальных изменений в пользу Финляндии. В то время как империалистические державы вели ради захвата новых территорий разбойничью войну, первые в мире социалистические республики решали вопросы о взаимных территориальных претензиях в духе дружеского взаимопонимания, без каких-либо затруднений.
Так, 25 февраля СНК принял следующее написанное Лениным постановление: «Признать в принципе справедливость желания финских товарищей о передаче Финляндской Социалистической Рабочей Республике указанной в финском добавлении к § 6 проекта договора части территории. Поручается Согласительной Комиссии разработать способы практического осуществления этой передачи».
28 февраля СНК, рассматривая вопрос о границе между Финляндской и Советской республиками, постановил вернуть проект договора в Согласительную комиссию для добавления, что «Лапландия присоединяется к Финляндии, если население, свободно опрошенное, выскажется за таковое присоединение».
Когда в ходе переговоров возникали разногласия о проведении границы, то неизменно принималось предложение финской стороны. Участвовавший в переговорах Токой пишет, что между русскими и финскими представителями возникло разногласие о том, по какому берегу пограничной реки должна проходить, граница. «Вопрос был доложен самому Ленину, который разрешил его характерным для него образом, сказав, что граница должна проходить так, как этого хотят финские товарищи». В другом случае разногласия касались границы по фиорду Муоткавуоно, богатому рыбой. Русский эксперт по вопросам международного права проф. Рихтер защищал один вариант, финны — другой, гораздо более для них выгодный. Вечером 1 марта вопрос был представлен на решение СНК. Как передает Токой, Ленин решил его просто, сказав: «Если финские товарищи так упорно требуют, чтобы граница проходила так, как говорится в их проекте, то пусть так и будет». Вопрос был исчерпан, и договор был подписан в тот же вечер. Ленин делом доказал, что его цитированные выше замечательные слова о том, что рабочие не разойдутся между собой по вопросу о границе, не были фразой с его стороны.
В этой готовности советской стороны пойти навстречу территориальным пожеланиям народа, в прошлом угнетавшегося Россией, большую роль сыграло отмеченное и Токоем личное влияние Ленина. Некоторое подтверждение этому можно увидеть в следующем высказывании самого Ленина на VIII съезде партии: «С красным финским правительством... мы заключили договор, пошли на известные территориальные уступки, из-за которых я слышал немало возражений чисто шовинистических: «Там, дескать, хорошие рыбные промыслы, а вы их отдали». Это — -такие возражения, по поводу которых я говорил: поскрести иного коммуниста — и найдешь великорусского шовиниста».
По предложению Ленина в проект договора был внесен ряд поправок политического характера. Так, название «Финляндская Республика» было заменено на «Финляндская Социалистическая Рабочая Республика»; это должно было указывать на то, что целью рабочей власти в Финляндии являются социалистические преобразования и построение социализма. Правда, по свидетельству представителя финляндской стороны Э. Гюллинга, «Совет Народных Уполномоченных был не совсем доволен этим переименованием, так как оно не подходило к находившемуся встадии разработки и принятому впоследствии проекту государственного устройства Финляндии» [45].
Договор об укреплении дружбы и братства между РСФСР и Финляндской Социалистической Рабочей Республикой был подписан в Петрограде 1 марта 1918 г. Это был первый в истории договор между социалистическими государствами, но в нем уже были те особенности, которые характерны для всех последующих договоров между социалистическими странами: он был равноправным и взаимно выгодным и он закреплял отношения дружбы и братства, которые связывают социалистические страны.
Первые семь статей договора[46] касались передачи каждой договаривающейся стороне расположенного на ее территории имущества другой договаривающейся стороны (хотя в находившееся в Финляндии русское имущество был вложен неизмеримо больший капитал), а также передачи Российской Федеративной Республикой Финляндской Социалистической Рабочей Республике в интересах содействия национализации торгового флота Финляндии всех кораблей, принадлежавших финляндской казне, обществам или частным лицам, но реквизированных русским правительством до или во время войны. Слова о том, что это делается в интересах содействия национализации финляндского торгового флота, были внесены в текст договора по предложению Ленина; это должно было подсказывать финляндским революционерам правильный путь социалистических преобразований [47].
Ст. 9 предоставляла судам каждой договаривающейся стороны право свободного пользования морскими, озерными и речными гаванями, якорными стоянками и лоцманскими учреждениями другой стороны и право свободной и беспрепятственной погрузки и разгрузки товаров. Ст. 10 предусматривала установление между российскими и финляндскими железными дорогами постоянного беспересадочного и бесперегрузочного сообщения, а ст. 11 — заключение особого соглашения о пользовании телеграфом, почтой и шоссейными дорогами на территории друг друга. Эти статьи договора создавали условия для оживленных экономических связей между Финляндией и Россией, которые всегда имели важное значение для обеих стран.
Поскольку между Россией и Финляндией исторически сложился обмен рабочей силой (один Петроград, как крупный промышленный центр, притягивал обычно около 30 тыс. финляндских рабочих и некоторое количество русских рабочих было занято в Финляндии), договор предусматривал урегулирование вопроса о политических правах трудящихся одного государства на территории другого. Ст. 13 гласила, что РСФСР предоставляет все политические права российских граждан финляндским гражданам в России, принадлежащим к рабочему классу или крестьянству, не пользующемуся чужим трудом, если они проживают на территории России для трудовых занятий. Со своей стороны
