воде место не могу точно указать. А на берегу я вешки оставил. По ним могу определить точнее. Как в геометрии, знаете. По двум точкам, если их совместить, можно продолжить линию в открытое море, а расстояние от берега я знаю. Вон видите, на берегу стоит обугленный телеграфный столб? К нему плывите. Я покажу вторую вешку.
– Если вы попробуете сбежать в результате этого вашего хитрого плана, то имейте в виду…
– Господи, да вы что? Не верите мне? – возмутился Буторин. – Да я вам докажу, что я честен с вами. Я даже на берег не сойду. Идите одним катером сами. Когда за столбом встанете, найдите на берегу у самого уреза воды шест. Их там несколько – для просушки сетей. Я все сломал и выбросил, оставил один, как раз он и будет второй точкой. Понимаете?
– Хорошо, – неохотно согласился лейтенант. – Вы, трое, не спускать с него глаз. Ждите нас здесь.
Отдав приказ морякам на катере, где находился Буторин, Аккарди с двумя другими своими подчиненными направился к берегу. Виктор спокойно ждал, зная, что нет там никакого шеста на берегу. Обгоревший столб есть. Возле него сейчас топтался итальянский лейтенант и его матрос. Третий оставался с автоматом на изготовку в катере.
Наконец, терпение Аккарди лопнуло, он стал призывно махать рукой, чтобы к берегу подошел второй катер с пленником.
– Давайте его сюда! – со злостью крикнул лейтенант.
Двое моряков вытащили Буторина из катера и по колено в воде погнали к берегу.
– Да ну вот же, вот же, – пытался возмущаться Виктор, тыкая пальцем в каменистый берег. – Ах ты, незадача какая. Это кто же мой шест сломал? Сейчас я найду, где он стоял, минуточку, господин лейтенант!
Виктор нашел подходящее углубление, в котором якобы недавно торчал шест. Ему повезло даже найти обломки шеста, который он выдал за свою метку. Заставив одного из моряков взять обломок шеста и присесть на корточки, удерживая его в вертикальном положении, Буторин бесцеремонно схватил за рукав Аккарди и потащил его к обгоревшему телеграфному столбу.
Это был сигнал: когда Виктор поднял руку и резким движением опустил ее, указывая в море, с двух сторон ударили выстрелы.
Итальянец, сидевший на корточках с обломком шеста, был убит первым. Он повалился лицом на камни и остался лежать, поджав колени. Рулевому на катере пуля угодила в висок. Он отпрянул, пытаясь схватиться за борт, но рука уже не слушалась, итальянец рухнул спиной в воду. На втором катере рулевой успел поднять автомат, но так и не понял, откуда стреляли. Он замешкался всего на пару секунд, – этого хватило, чтобы пуля ударила его в плечо, потом в колено. Третья угодила в затылок. Моряк упал на дно катера, заливая его кровью.
Аккарди все понял и попытался рвануть из кобуры пистолет, но Буторин не дал ему этого сделать. Он схватил лейтенанта за запястье, второй рукой пережал ему горло. Они топтались так, пытаясь справиться друг с другом.
Когда упали четвертый и пятый итальянские моряки, сраженные выстрелами партизан, Аккарди сделал то, чего Виктор от него никак не ожидал. Он выпустил из руки пистолет. Буторин машинально попытался перехватить оружие, которое вот-вот упадет на камни. Бояться было уже нечего: все итальянцы были мертвы.
Аккарди этим воспользовался: он резко ударил локтем, вывернулся из-под руки Буторина и бросился к берегу. Не к катерам, а к чистой воде. В последнюю секунду Виктор понял, что сейчас итальянец нырнет, и тогда его не достать. Все же он – тренированный пловец, аквалангист.
Кричать, чтобы стреляли, было поздно, перехватить лейтенанта на берегу было некому. Да и сам Буторин не успел бы его догнать. Тем более в воде. Он поднял пистолет, целясь в ноги. Звук выстрела совпал с тем моментом, когда Аккарди нырнул. Виктор выругался и поспешил к берегу.
Так и есть. Тело лейтенанта покачивалось на поверхности в трех метрах от берега, а вокруг расплывалось кровавое пятно.
К катерам бежали партизаны во главе со Степаном. Кто-то на ходу собирал оружие убитых.
Степан вместе с Боцманом подошли к Буторину. Постояли немного у самой воды, помолчали.
– Ну и зачем ты это сделал? – спросил Степан, угрюмо глядя на труп Аккарди. – Он нам живой был нужен.
– Ушел бы, – вздохнул Виктор. – Я и так в последний момент стрелял. Угораздило его нырнуть, когда я ему в ноги целил.
– А чего ты вообще стрелял? Куда бы он делся? Пустынный берег, открытое море. Катера наши.
– А ты знаешь, как они плавают? – хмыкнул Буторин. – Намаялись бы мы с ним, а времени нет. И вообще я стрелял в ноги, а он нырнул. И что ты меня отчитываешь?
Буторин вспылил, представляя, как на него посмотрит Шелестов и как ему придется оправдываться перед своими ребятами. А оправдываться Виктор не любил и не умел.
Партизаны быстро вытащили из катеров снаряжение, затолкали в большие мешки и унесли к разбитым позициям Веселовского плацдарма.
– Что с трупами делать, командир? – подбежал один из партизан. – Далеко в поле таскать. Надорвемся.
– А может, притопим, а? – предложил Боцман. – Натолкаем под одежду камней, отойдем от берега – и в море их. Кто там искать станет? А если и найдут, нам уже все равно будет.
– Давай, – неохотно согласился Степан. – Только быстро, у нас по графику шесть минут осталось.
Когда все трупы были сброшены в море на расстоянии двухсот метров от берега, Степан снова посмотрел на часы.
– Все, мы свою часть выполнили. Уходим, братва! Все помнят? Уходить тремя группами, каждая идет своим маршрутом. Боцман, стопори рули у катеров и направляй их в море. Пусть идут от берега, а там, кто хочет, пусть найдет. Будет гадать, что за бесхозные корыта!
Две группы партизан побежали от берега. Одна в сторону Веселовки, другая – в обход лимана. Степан и Буторин оглянулись на Боцмана, который копошился возле катеров. Когда его окликнули, чтобы поторопился, тот выпрямился, вытер пот со лба и покачал головой:
– Тросик перебит, – заявил он. – Пуля угодила в борт, вода набирается, и руль не слушается. Не починить быстро.
– Ну и хрен с ним, оттащи на буксире подальше от берега и брось. Может, сам утонет.
– Нельзя, – Боцман посмотрел по сторонам. – Место оживленное, немецкие посудины часто ходят. У них в Анапе база морская.
– Вот что, Степан. – Буторин вышел вперед. – Я сделаю. Уводи людей, сообщи, что акваланги взяли и в условленном месте спрятали. Это сейчас самое главное. А я с катерами разберусь.
– Э, нет! – засмеялся Боцман. – Видел я, какой из тебя моряк. Рыбачили вместе на баркасе, забыл? Уводи людей, командир, а
