государству под силу. А государство за такую находку что?
— Что за такую находку?
— По головке не погладит, перетряхнет всю твою подноготную. Будет выяснять, как ты его нашел, не украл ли пушки пулеметы. Еще и срок впаять может. Не-е. Нам такой хоккей не нужен. Спасибо. Сыты, кушайте сами.
— Жаль, очень жаль, — я сделал паузу, — мне казалось, что такая важная информация может тебя заинтересовать. Танк-то немецкий.
Я наблюдал за ним из-под тишка, краем глаза.
Зерно попало в нужную почву. Слава заерзал. «Ну ничего мой маленький друг-копатель, сейчас ты начнешь из кожи вон лезь. Сейчас у тебя пукан-то и подорвет, как сказали бы в моей прошлой жизни»
— Я в этом плохо разбираюсь. Но насколько я понял, это машина из остатков танковой дивизии «СС», Мертвая голова — Тотенкопф. Или Викинг. А может и Лебштандарт. Там этот, командир экипажа дважды награжден железными крестами. По моему полковник, если не генерал. Ну и дневники, фотографии и так по мелочи у экипажа.
— Врешь! — Слава подался вперед, в его глазах блестел не огонь — целый вулкан любопытства.
— А что? Тебе разве интересно? У тебя три своих таких танка есть, — я улыбался. Он мой.
За информацию о местонахождении танки он продаст всё. Душу, тело, Родину. Родственники в Германии готовы были платить баснословные деньги за документы, награды и любую информацию о высокопоставленных фашистах пропавших без вести на просторах СССР.
Существовали подпольные каналы и посредники занимающиеся подобным бизнесом. Найти такого немца считалось самым успешным успехом. Судя по всему у Славы существовал канал передачи находок на Запад.
— Скажи, что ты не шутишь и это правда. Пожалуйста.
Слава почти взмолился. Теперь наступила моя очередь молчать. Я довольно улыбался.
Тёма из-за спины Славы обескураженно смотрел на меня непонимающими глазами и разводил руками показывал, что он в полном недоумении.
— Ты мне не тот вопрос задал, Слав.
— В каком смысле? Что значит не тот вопрос?
— Ты даже не спросил, что я хочу за информацию о фрицевском танке.
Глава 18
— Скажи, что ты не шутишь и это правда. Пожалуйста.
Слава почти взмолился. Теперь наступила моя очередь молчать. Я довольно улыбался.
Тёма из-за спины Славы обескураженно смотрел на меня непонимающими глазами и разводил руками показывал, что он в полном недоумении.
— Ты мне не тот вопрос задал, Слав.
— В каком смысле? Что значит не тот вопрос?
— Ты даже не спросил, что я хочу за информацию о фрицевском танке.
* * *
— А, ну хорошо. Какую ты хочешь информацию?
— Слав, ты только прежде чем отвечать внимательно подумай.
— Ну… — он замер в ожидании. В глазах его светилась надежда на получение большого куша.
— Примерно два месяца назад ты участвовал в перевозке и погрузке-разгрузке склада уважаемой семейной пары Солдатенко.
— Не знаю о чем вы говорите.
— Не валяй дурака, себе дороже выйдет.
— Не понимаю.
— Слав, ты ночью выгружал и возил товар вместе Федором. Он за рулем был, ты рядом.
— Ну допустим, но я ничего не утверждаю.
— Прекрасно. Скажи нам где склад, если мы находим его по указанному тобой адресу. В этот же вечер ты получаешь координаты и карту, на которой отмечено месторасположение танка.
— А не не пойдет. Я ничего не знаю. Спрашивайте у Федора или Солдатенко. Грузить помогал, выгружать нет, — Слава отвернулся. Было понятно, что он врет, — я встану. Холодно.
— Ну то есть Федор сам выгружал? Один? Весь грузовик?
— Меня попросили помочь загрузить, дали подзаработать. Больше ничего не знаю.
— Ну ты же сел в машину вместе с Федором?
— Вместе с Федором сел, но он меня до дома подбросил и уехал.
В разговор вмешался Тёма.
— Вот ты с ним сел, а можешь лечь вместе с ним рядом.
Слава вытаращил глаза.
— Ты что? Угрожаешь?
А остановил Тёму жестом ладони.
— Послушай, Слава. Никто тебе не угрожает. Но как ты знаешь, Федора вчера похоронили. Солдатенко с женой сидят под стражей. Ты единственный, кто знает место склада на который всё перегрузили. Милиция на тебя не вышла по чистой случайности.
Он встал и отряхнул свою одежду.
— Пока угрожают не тебе, а нам. Нам нужно знать адрес склада и всё. Больше ничего. Тебя никто никуда не сдаст.
— Я подумаю.
— Э нет, дружок. Думать раньше надо было. Сейчас у тебя два варианта: плохой — мы рассказываем про тебя людям из Одессы. Есть такой Борис Михайлович, на самом деле его зовут Борух Мойшевич, так вот фильм про Дон Корлеоне смотрел?
— Ну смотрел.
— Слышал имя Борис Михайлович или Борух Мойшевич.
— Тогда Борух Мойшевич — это примерно тоже самое. У тебя вариант «подумать», а завтра мы его людям рассказываем про тебя. Не потому что ты плохой парень. А потому что от этого зависит жизнь наших близких.
— А хороший.
— Ты нам говоришь адрес склада, получаешь фашистский танк и два железных креста с командирским планшетом, письмами карточками. Безумно богатеешь, купаешь девочек в ваннах с шампанским, хотя нет не делай так, это вредно. При этом ты больше знать не знаешь ни про нас ни про склад.
Он обдумывал предложение. Он колебался. Я решил дожать его.
— Если ты думаешь, что про Борух Мойшевича это блеф, то мы можем сделать звонок при тебе и дать просто послушать. Солдатенко фактически украл товар у этих товарищей.
— Нет. Не нужно я верю. Но я поеду на склад вместе с вами.
— Хорошо, когда выдвигаемся?
— Сейчас, только мне нужно домой смотаться переодеться и взять ключи от замка.
— Ни хрена себе, у тебя еще и ключи от замка есть?
— Место там такое, что лучше ночью приезжать.
Мы с Тёмой переглянулись, он тайком показал большой палец вверх и улыбнулся.
По дороге я позвонил бабушке и предупредил, что останусь ночевать у Тёмы.
Через пятнадцать минут мы снова были во дворе Славы.
— Слав,без обид. Но один из нас пойдет с тобой. Вдруг ты опять рванешь.
Он спокойно согласился.
Я стоял у беседки и рассматривал свет в окнах, когда от широкого ствола тополя во дворе отделилась темная фигура и приблизилась ко мне.
Из тени на свет выступило лицо Анатолия, который тихо
