поло.
– Шансы на то, что мы сумеем отыскать четверть миллиарда долларов за два дня? Они невелики. Шансы на то, что мы найдем их раньше других, которые теперь открыли охоту еще и на нас? Они еще ниже.
Куинн пожимает плечами.
– Стало быть, нам нельзя расслабляться.
– Как вы думаете, почему они напали на меня? – спрашиваю я.
– Вряд ли дело в твоем куске карты, – замечает Куинн. – Дэйзи много о чем рассказала, но об этом она и сама не знает.
– Готова поспорить, что она выложила бы и это, если бы знала, – бормочу я.
– Это не важно, – говорит Калеб. – Но очевидно, что нам надо ускориться.
В парадную дверь громко стучат, и мы вздрагиваем. Охваченная паникой, я поворачиваюсь к Лео:
– Ты ждешь кого-то еще?
Он качает головой. Стук раздается снова, затем к нему добавляются новые удары кулаком. Там как минимум двое.
– Это они, – бормочу я, хотя даже не знаю, кто такие «они». Но я уверена, что это те же типы, которые охотились за мной минувшей ночью. Внезапно у меня появляется такое чувство, будто я снова бегу сквозь тьму, задыхаясь и спотыкаясь в лунном свете на цветочных клумбах. – Они нашли меня.
– Нам надо бежать, – шепчет Калеб.
Молниеносным движением Куинн достает из волос нож с выкидным лезвием и открывает его.
– Я их не боюсь! – рявкает она.
– А я боюсь! – Голос Калеба делается на октаву выше.
Он опускается на корточки за барной стойкой, и я падаю на колени рядом с ним, заметив, что Лео вышел из комнаты. Он что, бросил нас, чтобы смыться через заднюю дверь?
Но тут я снова вижу его, держащего в руках хоккейную клюшку так, словно это бита. Куинн отпирает замок на двери, затем берется за ручку. Мы с Калебом выглядываем из-за угла стойки, едва дыша от паники. Лео дергает подбородком, делая знак Куинн открыть дверь, и, когда она распахивает ее, заносит над головой клюшку и…
– Эй, чувак, полегче, зачем тебе клюшка?
Мое тело обмякает от облегчения. За дверью стоят Джордан Бэнксон, Мория Филлипс и Кев Асани – друзья Лео и Дэйзи. Джордан откидывает слишком длинные светлые волосы, упавшие ему на глаза, и на его лице написано недоумение.
– Мы пытались связаться с тобой все утро, чувак. Мы сейчас едем в загородный клуб, чтобы весь день резвиться в бассейне. Ты с нами?
Джордан переводит взгляд с Лео на Куинн. Она стоит у дивана, по-прежнему держит в руках нож и с ненавистью смотрит на Кева. Затем, шаря глазами по комнате, Джордан замечает Калеба и меня, неуклюже выглядывающих из-за стойки. Мы медленно встаем на ноги.
– Что ты делаешь с ней? – спрашивает Мория Лео, показав подбородком на меня и прищурившись. – Ты ошиваешься не с той Роузвуд.
– Где Дэйзи? – спрашиваю я Кева. Я была уверена, что она все еще с ним, ведь если бы она вернулась домой, то наверняка увидела бы, что стало с моей дверью.
Он демонстративно игнорирует испепеляющий взгляд Куинн и пожимает до неприличия широкими плечами.
– Не знаю. Утром она уехала, сказав, что у нее дела.
Класс. Очевидно, она не вернулась домой, иначе бы не осталась равнодушной при виде моей разгромленной комнаты. По крайней мере, я на это надеюсь. Но если дома ее нет, то чем же она занимается?
– Отец зарезервировал для нас отдельный домик у бассейна, – объявляет Мория, как всегда, упиваясь статусом родителей, которые владеют загородным клубом Роузтауна. – Лео, ты с нами, да?
Повисает молчание, и в него впиваются шесть пар глаз. У меня странно екает сердце, и я вспоминаю наш ночной разговор. «Я всегда всем говорю “да”».
Он оглядывается на меня, как будто точно знает, о чем я сейчас думаю.
«Тебе вовсе не обязательно это делать», – пытаюсь сказать я взглядом.
– Нет, сегодня пас, – наконец говорит он. У меня против воли вырывается чуть заметный вздох облегчения. – Мы тут работаем над одним проектом, так что как-нибудь в другой раз.
– Как скажешь, чувак. Удачи с этим вашим проектом.
Джордан закатывает глаза, которые у него обычно полузакрыты, потому что девяносто процентов времени он находится под воздействием каких-то веществ, скорее всего, запрещенных. Он спускается с крыльца, бормоча что-то о пиве, которое тайком слямзил из заначки брата. Надо полагать, упоминание об этом пиве – последняя попытка соблазнить Лео, но, к счастью, он на нее не клюет.
– Мне будет не хватать тебя сегодня, Ле, – говорит Мория и смотрит на него, хлопая накладными ресницами.
Затем ее взгляд перемещается на меня и становится холодным и злобным. Она оглядывает меня с головы до ног и наверняка замечает, что я одета в худи Лео. Встряхнув блестящими черными волосами и презрительно усмехнувшись, она вслед за Кевом и Джорданом спускается с крыльца. Лео закрывает за ними дверь.
– Возможно, я бы предпочла похитителей, – бормочет Куинн, пряча нож обратно в узел волос.
Лео ничего не отвечает, но я чувствую, что ему неловко. Вероятно, он жалеет, что остался. Они наверняка доложат обо всем Дэйзи, и она сделает неверный вывод.
– Один парень как-то рассказал мне, как сильно ученики старшей школы Роузтауна любят выпендриваться, – замечает Калеб. – Я думал, что он преувеличивает.
– О! – Я поворачиваюсь к Калебу. – Ты говоришь о Майлзе, верно? Я и забыла, что на днях вы виделись. Как все прошло? Я так закрутилась, что забыла ответить на его сообщения.
Калеб внезапно начинает разглядывать гранитную столешницу барной стойки.
– Все прошло хорошо. – Он прочищает горло. – Перейдем к более важным делам – нам надо разгадать, где находится следующая подсказка. Я в деле, ребята, но я не позволю ему разрушить мою жизнь. У меня есть совершенно нормальная семья, у меня все готово для поступления в Йельский университет. Я не хочу, чтобы все это пошло псу под хвост, потому что какая-то старая дама, которую я почти не знал, отправила меня на поиски сокровищ, которые оказались смертельно опасными. Может быть, это урок, вы понимаете? В том смысле, что алчность может привести к смерти и все такое прочее.
– Вы завтракали?
Мы в недоумении поворачиваемся к Лео и видим, что он уже достал из кухонного шкафа сковороду, а из холодильника – упаковку яиц.
– Думаю, никто из нас сегодня не позавтракал, – поясняет Лео.
У меня, будто по команде, урчит в животе.
Он хватает кухонную лопатку и указывает ею на меня:
– А вот и доказательство. Нельзя принимать судьбоносные решения на пустой желудок. Это факт.
– И у тебя, наверное, есть этому научные доказательства? – подкалывает Калеб.
– Ага. И они состоят в том, что я готовлю вкуснейший омлет.
