все решила за нас.
Сначала сзади послышался характерный звук. Кто-то громко и смачно икнул. Зинаида Стефановна подскочила прямо к нам, растолкав в разные стороны. Рядом с ведром, "копилочкой", но при этом покачиваясь из стороны в сторону, сидела счастливая Лизка. Не знаю, умеют ли кошки улыбаться. Эта улыбалась.
Заметив хозяйку, она икнула ещё раз. Громко. С выражением. Потом очень нетвердо встала, перебирая лапами, развернулась и уставилась задумчиво на школьное окно, которое находилось напротив.
В голову Лизке явно пришла какая-то мысль. Она вообще в данный момент напоминала мне "шальную императрицу", которая после принятых горячительных напитков решила, что ей море по колено.
Судя по дальнейшим событиям, мысль была интересной, и где-то даже увлекательной, как и поведение кошки.
Для разогрева публики, наблюдающей представление, она раза три пыталась попасть в прыжке в раскрытое школьное окно, но каждый раз промахивалась. Натурально вхерачивалась в стену, прямо рядом с оконной рамой, а потом с урчанием, сползала по ней, как цветное пятно. Наконец, Лизка попала… В форточку… Вообще не понимаю, каким образом. Повисла. Повисела минуту, затем ухитрилась извернуться и как-то осоловело уставилась на нас громадными глазами.
Зинаида Стефановна наблюдала все это непотребство таким же обалдевшим взглядом. Молча. Мне кажется, у бабы Зины был стресс.
Мы очень сильно, искренне, хотели исправить ситуацию. Ну, как хотели… Чувство самосохранения никто не отменял. Попытались достать кошку — безрезультатно. Честно сказать, пытался Федька. Как только кто-то из нас троих, я, дед Мотя или Андрюха, делал шаг в сторону окна, Лизка начинала орать, как потерпевшая. Приблизиться смог только Отелло. И то, был бы толк.
Вместо того, чтоб благополучно выбраться в заботливо подставленные руки, Лизка вдруг в прострации стала что-то напевать. Отвечаю. Реально мявкала мотив, сильно напоминая мне одну звезду из современного времени. Так же противно и так же не в ноты.
Федька понял, что кошка даже не собирается участвовать в процессе собственного спасения, матернулся, взял пустое ведро перевернул его и забрался сверху. С трудом он смог отцепить Лизку от форточки.
Что делает нормальная кошка после особождения? Правильно. Ноги. Она делает ноги, причем очень быстро. Но Лизка оказалась не из таких. Кремень, а не кошка. Она взбрыкнула задними лапами, при этом, походу, поцарапав Федьку, и с противным скрежетом сползла по окну. Судя по всему, досталось Отелло не меньше, чем братцу. То есть, сильно. Потому как Федька отчётливо, очень конкретно, сказал, что думает о кошке.
— Едрит твою в рот ноги!!!
Он отдернул руку и прижал ее к груди.
Лизка же не твердой походкой переместилась по подоконнику за раму, встала на задние лапы, прислонился к стеклу, уставилась отчего-то прямо на меня и… начала мне периодически подмигивать левым глазом! Почему объектом ее внимания стал я, затрудняюсь ответить. И даже, в некотором роде, боюсь предположить. Как говорится, рыбак рыбака… Психованная кошка выбрала близкого себе по духу. Круто.
Стало очевидно, дело пахнет керосином. Зинаида Стефановна пока в ступоре. Но это — пока.
Зато Андрюха и Федька активно принялись спорить, сходят ли кошки с ума. Самое подходящее время.
— Лизонька… — Отмерла, наконец, баба Зина, взволнованная ещё больше предполагаемым диагнозом, — Что эти изверги с тобой сотворили?
Кошка, услышав свое имя, отлепилась от стекла, снова обошла по подоконнику открытую раму, но теперь в обратную сторону, а затем прыгнула вниз. Прыгнула, да … Но в полете, видимо, забыла о начатом действии и шваркнулась о землю с каким-то обреченным мявом. Растопырив все четыре лапы. С трудом поднялась, покачиваясь, потом вдруг снова посмотрела на меня с выражением «Мужчина, Вас тут не стояло» и как-то бочком начала пятится в сторону ведра. Не иначе решила догнаться.
Баба Зина, глядя на свое блаженное животное, ещё раз ласково позвала Лизку по имени… Кошка, с диким воплем, это был именно вопль, встала на вытянутые лапы, выгнулась дугой и замерла…
А далее… Наверное, никогда не смогу это забыть. Хочешь, не хочешь, а снова пришла в голову мысль сначала о проклятии Зеленух, потом об экзорцистах. На манер заводной игрушки Лизка на прямых лапах, подвывая, двинулась в сторону ближайшего угла школы.
Добралась до намеченной цели, опять развернулась и, вернувшись в привычное для кошек состояние, а именно, встав, наконец, на четыре лапы, в несколько прыжков оказалась возле дерева. Не успели и глазом моргнуть, как она уже сидела на самой высокой ветке, высунув морду из густой листвы.
Зинаида Стефановна резко повернулась к деду Моте. Явно виновный во всем случившемся был бабой Зиной уже назначен.
— Лизка, слезай, кис-кис…
Матвей Егорыч, здраво рассудив, что спасти его можно только живая — здоровая кошка, причем у хозяйки в руках, взметался рядом с деревом, задрав голову кверху.
Как только он ее не называл. Лизку само собой. На Зинаиду Стефановну дед старался вообще не смотреть. Каждая фраза Егорыча сопровождалась злым кошачьим ором, доносящимся из листьев. Мы бестолково топтались рядом, не зная, чем помочь. А помочь хотелось.
Баба Зина замерла рядом, сложив руки на груди, испепеляя нас всех гневным взглядом. Что было страшнее всего, она делала это молча.
В какой-то момент у деда Моти кончилось терпение. В сердцах, чуть ли не криком, он выдал.
— Ну тогда, млять, не ори! Вей гнездо, ложись спать!!!
Все. Это был тот самый рубильник, который привел механизм в действие. Не успел Матвей Егорыч договорить, как Зинаида Стефановна ожила.
— Гнездо? Гнездо, Мотенька?
Она медленно наклонилась, не сводя глаз с мужа, подняла палку, валявшуюся рядом, а потом выпрямилась и сделала шаг в его сторону.
— Зинаида…
Матвей Егорыч отступил назад.
— Матвей…
Баба Зина продвигалась к своей цели не торопясь. Маленькими шажочками.
— Зина…
Не знаю, что конкретно хотел добиться Матвей Егорыч, повторяя имя супруги. Наверное, у него имелся какой-то план, но он сто процентов не работал.
— Беги, дед Мотя. Беги…— Я не выдержал накала и ляпнул первую, пришедшую в голову фразу.
Надо отдать должное. Не знаю, откуда у Егорыча столько сил и прыти. Стартанул он так, что пыльный столб взметнулся. А на школьном дворе, вообще-то, росла трава. Откуда пыли взяться?
И это, между прочим, при том, что мы с ним бо́льшую часть ночи провели сначала без сна, а потом в очередных гонках. Мне кажется, я начинаю понимать значение того самого выражения, которое любили повторять пожилые люди в моем прошлом. Типа, раньше и трава была зеленее, и небо чище, и деды резвее. Ясное дело!
