было малолюдно, всё-таки сейчас день, народ же традиционно собирается к вечеру. Дризз быстро снял комнату, одну на всех, заплатив пять медных монет — что означало «без ужина». Хотя может вместе с ним? Но почему тогда так дёшево? Хах, нет уж, если за пять медных дадут ещё и ужин на пятерых, то там, очевидно, будет такая дрянь, что я и сам не стану подобное жрать.
В очередной раз посетовав, что не понимаю их чёртова языка, вместе с остальными добрался до комнаты, которая располагалась прямо на первом же этаже. Хм, думал, пойдём на второй. Но нет, всё рядышком.
— Ждите, — бросил Хродбер, — и помните о том, что я говорил про беглых.
На этом моменте он развернулся и покинул нас, напоследок хлопнув дверью.
— Пиздец, — буркнул Ресмон, бросив свою похудевшую сумку возле одной из двух кроватей.
— Коротко и ясно, — едва заметно хмыкнул я, а потом поступил аналогично. — Каратон, можешь посмотреть меня? Тут урод ни хрена не лечил, а скорее делал видимость. Кажется, сучонок тупо «перекрасил» мне кожу, не убирая сам факт синяка.
— Раздевайся и ложись, — с долей хорошего такого недовольства выдал наш лекарь. — Ресмон, ты тоже. Люмия?.. — оглянулся он на девушку.
— Меня подлечили хорошо, — задумчиво ответила та. — Но давай ты лучше проверишь?
Парень согласно угукнул.
— А сам что? — спросил я его. — Вряд ли тебя подлатали лучше, чем нас.
— Нормально, — всё с таким же настроем выдал он.
Что же, в душу лезть не буду, в первую очередь нужно прийти в себя и восстановиться. Остальное потом.
— Кстати, мальчики, — слабо улыбнулась Люмия. — Офицер Хродбер ведь говорил, чтобы не применяли магию без его ведома. Может, стоит лучше подождать?
На ней сошлись взгляды всех троих, отчего девушка заёрзала.
— Да я так, — тут же отвела она взгляд. — Уверена, он всё поймёт и не будет создавать проблем…
Поймёт, куда там! Впрочем, когда Каратон закончил с моим лечением, я блаженно потянулся. Хорес, как же хорошо, когда ничего не болит! Каждый раз повторяю себе это в момент получения исцеления, но ведь всё именно так!
Поблагодарив лекаря улыбкой и кивком головы, поднялся на ноги, быстро оделся и присел на вторую кровать, рядом с Люмией. Девушка едва уловимо растянула губы в улыбке и положила мне голову на плечо.
— Тебе надо бы ополоснуться, — спустя минуту произнесла она. — Я чую запах пота и мочи.
— Спасибо, милая, — фыркнул в ответ. — Поверь, ты тоже не цветами пахнешь.
— Сейчас бы какой таз, да? — чуть шире улыбнулась девушка, но взгляд ясно показывал, что та шутит.
— Лохань, может и организую, — задумался я. — Хотя знаешь, мы же маги, почему не можем организовать всё своими силами? Ресмон создаст каменную ванну, с крепкими бортами, я наполню…
— Чтоб её всю размочило? — буркнул здоровяк. — Затопим тут всё к херам, потом прилетит как от трактирщика, так и от Хродбера. Штраф ты платить за всех будешь? Или снова в тюрьму прогуляемся?
Очевидно, настроение Ресмона (как и Каратона) находилось на уровне дна, так что даже не стал ему отвечать, сосредоточившись на разговоре с Люмией. Обсуждая то одно, то другое, мы старались держаться подальше от самых неприятных тем. От тех, которые нужно было обсудить, но никто не решался делать это первым. Никто… до определённого момента.
— Я закончил, — раздражённо произнёс Каратон.
— Что-то случилось? — спросила девушка. — Ты такой…
— Кхм, — вклинился я, обратившись к целителю. — Давай теперь мы тебя полечим? Всё-таки ты натаскивал нас, так что с мелочами справимся без проблем. Тем более, Люмия сказала, что чувствует себя просто отлично, поэтому…
Лекарь рассмеялся, прерывая меня. Смех звучал с долей хорошо заметного горя, тоски и злобы, приправленной щепоткой безумия.
— Это твоя вина, Кирин! — громогласно заявил он. — Твоя!
— О чём ты? — хмуро скрестил я руки на груди, уже понимая, в какую сторону пойдёт разговор.
— Ты предложил тащиться к страже, — начал Каратон загибать пальцы. — А до этого избил и запугал Матоса. И вообще, куда ты спешишь? На войну⁈ Быстрее сложить голову⁈ Мы могли спокойно вернуться в Таскол, а там, Хорес знает, может нас вообще не стали бы отправлять на фронт повторно, поскольку от наших двух лет прошло почти полгода времени! Нам осталось не так уж и долго жить, а специальности, — ударил маг себя в грудь, — у всех, кроме Ресмона, как раз мирные. Понимаешь? — его голос начал затихать. — Теперь… они… мертвы. Вот так просто. Взяли и… — махнул он рукой, — и всё… Из-за тебя…
— Нельзя было по другому, — сходу заявил я, уверенно подавшись вперёд. — Найди нас не в казарме, а где в другом месте, так вообще никто бы не поверил! И так едва-едва сумели…
— Её изнасиловали перед смертью, Кирин, — зыркнул он на меня. Глаза парня будто бы сверкнули огнём.
— Видел, — отвернулся я, подаваясь назад.
— Что бы ты сказал, — Каратон, напротив, наклонился ближе. — Если бы так поступили с Люмией⁈
Скрипнув зубами, я открыл было рот, но… остановился. Мыслей не было. Я… не знал.
— То-то и оно, — целитель тоже отвернулся и уселся возле стенки, поджав ноги. — Я в порядке, не нужно меня лечить.
— Кирин не при чём, — заявила Люмия, спрыгнув с кровати. Её светлое платье было вымазано в тюремной грязи. Впервые я заметил на нём следы чьих-то рук. — Он даже выступил в защиту Костона и Вивиан!
— А у меня антимагический амулет забрали, — упрямо и обижено высказал Ресмон. — Забрали! — повторил он, будто бы кто-то усомнился. — А у Кирина — нет! — и ткнул пальцем в мою сумку. — Это нечестно!
— Было бы лучше, если бы у нас забрали вообще всё? — злобно рыкнул я в его сторону. — Радуйся, что вообще живыми вышли! А амулет ты всё равно хотел продать!
— Может, я передумал! — здоровяк подскочил на ноги, но это не вызвало у меня и тени страха.
— Значит не судьба, — только и ответил на это. — Сразу всем говорю, — махнул я рукой. — Если кто-то
