останется в роду Нагибиных при любых обстоятельствах. И да, прекратите мелко пакостить, барон, а то я очень обижусь. Вам-то потом будет пофиг — чего пеплу станется, а я, когда буду принимать ваше уцелевшее имущество, могу испачкаться.
— Угрожаете?
— А если и да, то что? — опять крутанулся в кресле и чуть с него не свалился. Черт, пить надо меньше! Меньше надо пить.
— Да ты понимаешь, щенок, с кем говоришь⁈ — взорвалась трубка гневным воплем.
— Ага, с господином бараном, -неприлично заржал я. Ну а чего, смешно же? — Который хочет стать шашлыком. А давай ты мне объявишь войну — вот прям сейчас? Скажи — род Биде объявляет войну роду Нагибиных. Я приду, убью тебя, все заберу — и мы счастливы!!! Чего молчишь и кряхтишь? Ты там не помер еще? Не вздумай раньше времени!!!
— Да ты!.. Да я тебя!..
— Слушай сюда, баран, — пропустив по телу эфир, я протрезвел. Дело касалось денег, а тут нужна чистая голова. — У тебя есть час, чтобы прибыть ко мне в поместье с извинениями на сумму не менее десяти миллионов рублей. Если твоя жопа по истечении этого времени не окажется в моем кабинете, то к тебе приду я и заберу все, что у тебя есть, включая рыбок в аквариуме. Включаю таймер, время пошло, — и разорвал соединение.
После чего полез в сеть посмотреть их активы и некоторые мне очень даже понравились. Особенно сеть ресторанов, в одном из которых я как раз ел. Ну да, они стоили чуть дороже, но я не мелочный — разницу могу и выплатить. Ну, или могу обидеться еще сильней, тогда и разницы никакой не будет.
Это я удачно в город заехал! Может, отстегнуть Агате денюжку малую, за такой подгон? Хотя нет, обойдется. Я вон ее от жениха избавил и торговый центр им оставил — пусть ценит мою офигенную щедрость.
Так, я опять трезвый. Столько хорошего напитка зря перевел. Включить его в общую сумму, что ли, в виде компенсации? Опять крутанулся на кресле — не, эффект уже не тот. Неинтересно.
Встал размял ноги, выглянул наружу — Катя усиленно общалась по телефону, что-то чиркая в тетради. Не буду отвлекать человека от зарабатывания денег для меня — это один из непрощаемых грехов у нашей семьи.
Мы потому и платили всегда много, чтобы они, то есть, наши сотрудники ни на что не отвлекались, зачастую просто сажая их на процент, дабы простимулировать. Тут, конечно, не тот случай, но премию обязательно выпишу, если все сделает правильно.
Походил по кабинету — скучно. Глянул на часы — всего двадцать минут прошло. От нечего делать прилег на диванчик, стоявший тут же. Глаза сами закрылись.
— Ямир Ярославович? — донёсся до меня сквозь сон нежный голос.
Открыл один глаз, который сразу уперся в пикантный вырез платья на груди. Настроение сразу пошло вверх, и сон слетел, как его и не было.
— Я это… все уже продала — можно снять объявление? А то звонками замучили.
— Прям все? — резко сел я, прикинув, что мы, не напрягаясь, сегодня заработали миллион.
Проверил счет — да, действительно, деньги поступили. Круто, чего. Порылся в зарплатной ведомости и нашел, куда перечисляют Кате деньги, и недрогнувшей рукой перевел ей пять тысяч — просто огромные для нее средства. Считай, зарплата у нас за пять месяцев.
Ее телефон тоже пиликнул, сообщая о поступивших средствах. И пока она ошарашенно переводила взгляд с него на меня, я зашел на сайт, написал сообщение, что как только, так сразу выложу новую партию, после чего закрыл объявление.
— Курьеры, как я поняла, прибудут в течение пары часов — все им отдать?
— После идентификации — отдавай. У каждой банки свой уникальный номер?
— Конечно. Я его сообщила покупателям.
— Ну вот, по доверенности и по нему и отдавай.
— Ямир Ярославович, — появился как из-под земли Саныч.
— Чего?
— К вам там это… Из полиции в общем приехали. Вас требуют.
— И что им нужно?
— Не знаю, но ругаются, в поместье пытаются войти. Охрана не пускает.
— Ладно. Сейчас выйду. Посмотрим, что они мне скажут. Барон не появлялся?
— Мне не докладывали. Но, видимо, нет.
— Хорошо. В смысле, плохо. Разберемся.
Накинув пиджак — на улице явно посвежело и было чуть прохладно, я пошел на выход.
— Ты куда? — появилась Амалия.
— Куда-то туда, — махнул я рукой в сторону двери.
— Я с тобой!!!
— Незачем. Это мои дела. Кстати, мы все продали, и, как я и обещал… — ее телефон блимкнул сообщением о переводе.
Пока она тупила, считая нули у суммы, высветившейся на экране, я аккуратно обошел ее и все-таки вышел на улицу.
Улица встретила меня отдаленными голосами, которые становились все громче по мере моего приближения к воротам. Кто-то ругался, спорил и что-то доказывал. Слышался крик и часто мат. Интересно.
— Что тут происходит? — грозно нахмурив брови, я вышел за ворота.
— Граф Ямир Нагибин? — служака с большими погонами сразу подскочил ко мне. Его друзья в количестве пяти морд стояли поодаль и явно понимали, какую свинью им подложил начальник. Ну, по крайней мере, у них на лицах читалось стойкое желание сбежать. А я порядком охренел от подобного обращения, только и смог, что кивнуть.
— Вы арестованы, по обвинению в незаконном использовании и продаже частей тел животных из Проклятого леса! Вытяните руки, дабы мы могли надеть на них адамантиевые наручники.
— Даже так⁈ — впал в культурный шок я. — И у вас, конечно же, есть свидетели и доказательства.
— У полиции славного города Льена все есть, — самодовольно усмехнулся он. — Пойдете с нами добровольно или нам применить силу?
— Ой, топишь ты себя, служивый, ой, топишь!!! Ты понимаешь, кто я?
— Граф Нагибин. Преступник. Иного знания мне не надо. У меня приказ, и я его выполню.
— А кто его отдал, позвольте спросить? — градус сюрреализма зашкаливал, и мне стало по-настоящему любопытно. — У вас вообще есть ордер на мой арест? И разве делами аристократов занимается простая полиция, а не Третий отдел Тайной канцелярии?
— Вы обо всем узнаете в участке, куда к вам может приехать и ваш адвокат. Так что, пойдете добровольно?
— А пошли, — холодно улыбнулся я. — Вяжите
