Стивен.
Он высунул морду из-под стола, оценил ситуацию и сделал то, что посчитал нужным. Ну или считал эмоции окружающих. Короче, он молча подобрался, а потом одним прыжком вцепился тому самому Юре в яйца, повиснув, как бульдог.
— А-а-а-а-а-а! — пронеслось по набережной.
— Стивен! Фу! Они же жопу не моют! — воскликнул я, вскакивая со своего места.
Опоссум, внезапно, послушался, и отпустил хозяйство аристократа, не забыв напоследок злобно пошипеть на всю компанию. После чего в два прыжка залез мне на загривок, откуда пошипел еще разок, для верности.
— Это твоя тварь⁈ Она меня чуть не покалечила!
В следующий момент прямо над моим ухом пролетела ледяная сосулька, которая должна была прибить Стивена. Вот только мое тотемное животное так просто не взять! Опоссум просто увернулся от магического снаряда и перевернулся на другое мое плечо, повторно зашипев. Точно нахер посылает…
В этот момент со своих мест вскочили Мишаня с Валерой. В ход пошли заклинания! А значит, может начаться вообще что угодно.
— Мало того, что жопу не моет, так еще и косой… — с сожалением заметил я, всем видом показывая, как Юра меня разочаровал. — Я так понимаю, ты требуешь сатисфакции?
— Требую! — пропищал весь красный от боли дворянчик. — Я, Юрий Орлов, требую сатисфакции! Через дуэль!
— Мишаня… — кивнул я, совсем как лейтенант Альдо Жиду-Медведю. — Тут старшекурсник хочет получить пиздюлей… Уважь его…
Иванова дважды просить было не надо. Он почти мгновенно встал рядом со мной и потребовал второго секунданта. Вперед тут же вышел один из корешей этого Юры.
Схема была простая, и мы обсуждали ее ранее. Мы оставляем за собой формат, а время и место меня не волнуют.
— Завтра, девять утра! — воскликнул секундант, после того, как согласился на предложенный рукопашный бой без оружия и магии. — Главный стадион!
Вот тут я и понял, что все это — подстава. Одно из двух. Или я уклоняюсь от дуэли, или опаздываю на первый сбор в спецотряд Долгорукова. Пиздец. А был бы я аристократом, мог бы глаз на жопу натянуть за попытку убить меня или мое животное той ледяной сосулей. А так — только стой и молчи, потому что простолюдин, а Имперский Суд никогда не встанет на мою сторону в подобной ситуации, ведь пострадавших-то нет, а мне моральный вред нанесен не был. Ведь по логике этого мира, если ты не белой кости — то и чести у тебя, как бы, и не имеется.
Вон, как Орлов лыбится, падла. Мало того, что он считает, что сможет со мной справиться, так еще и срывает мне вступление в ряды элитных смертников! Небось еще и с Шереметевыми дружбу водит, скотина такая…
— Очень жду завтрашнего утра, — прошипел Орлов, но очень быстро передумал приближаться, когда в ответ на него зашипел Стивен. — Ты ответишь! Ответишь, Штерн!
Я ничего не сказал — просто вернулся за свое место. Время разговоров закончилось, завтра я буду полностью ломать Юрца.
А то, что я его сломаю, вопрос уже решенный. Если Шереметев просто был заряженным дурачком, который искал, до кого бы доебаться в первый же день, тот тут была скотина иного порядка. И все дело было во времени назначенной дуэли.
Мои грустные думы скрасил официант, который принес блюда. Точнее, одно огромное блюдо с еще шкварчащим шашлыком и овощами по периметру. А для Мишани отдельно принесли сразу двух цыплят с гарниром из печеных овощей — видимо, армянин что-то шарил за массанаборные трапезы.
Когда Миша увидел так необходимый ему белок, то буквально оттаял, и довольно быстро принялся за еду. Мы тоже порвали лаваш, проигнорировав приборы, и стали хватать с блюда еще горячие куски мяса. Мы же плебеи, а Валера — ебанутый, нам можно!
— Я сейчас умру… — пробормотал Мишаня, откидываясь на стуле и сосредоточенно жуя. — Как же вкусно!
— Нельзя бесконечно сидеть на вареной грудке, — покачал головой Валера, — надо хоть соль иногда добавлять…
— А ничего, что мы одни тут такие? — спросил я, оглядываясь по сторонам, чтобы никто не заметил, как я опускаю под стол руку с куском пожирнее, подкормить Стивена, который принял угощение с довольным хрюканьем.
Все прочие посетители заведения употребляли вполне стандартные европейские блюда. Вон, я видел стейк, вон — какой-то крем-супчик. Вполне себе помесь французской и какой-то американо-британской кухни. Недешевое место на набережной, между прочим.
— Ха! — сказал Валера. — А это, — он указал на блюдо, — строго для своих! Точнее, для тех, кто понравился дяде Сурену! Домашний рецепт идеального шашлыка!
И в подтверждение своих слов Воронцов отправил в рот кусок мяса, завернутый в лаваш, а следом — закинул печеную на углях помидорку, блаженно прикрыв глаза.
Но интереснее всего была реакция Лилит. Сначала она за нами понаблюдала, после — оторвала лаваша, выбрала кусочек мяса поменьше и, совсем как Валера, закинула в рот. Пожевала, а потом… зависла.
Все это время демонесса питалась рисом и курочкой из качковых запасов Мишани, и говорила, что это очень вкусно. Но вот, ей довелось попробовать настоящей еды, да еще какой! Сурен, походу, продал душу ее бате, чтобы готовить такой офигенный шашлык.
В итоге Лилит съела больше, чем мы с Валерой вместе взятые, а потом еще и загрузилась огромным куском чизкейка из «обычного» меню, который на десерт предложил ошарашенный официант в качестве комплимента от шефа. Видимо, дядя Сурен там чуть не прослезился, узнав, как стройненькая и миленькая Лилит набросилась на его мясо. А вот черный кофе ей не понравился, хотя кому он нравится в первый раз?
За все опять заплатил Валера, указав на то, что это он притащил нас в это место. Я не стал сопротивляться — пока у меня не было свободных финансов, так что можно поездить на горбу Воронцова. Встану на ноги, обязательно сюда вернемся уже за мой счет, только уже с вином и плотными посиделками. Завтра дуэль, надо нормально выспаться и придумать, как бы мне так извернуться, чтобы и Орлову лицо сломать, и из отряда самоубийц не вылететь.
* * *
Грузовик-кун сообщает:
Все женщины любят вкусно покушац, а Лилит в этот день открыла для себя главную причину, почему ей не стоит возвращаться к батяне.
Глава 20
Ночью мне снилась какая-то дичь. Сначала я ломаю Шереметеву руку, а потом оказывается, что я и есть Шереметев. Потом появился Орлов с телом Мишани и предложил сходить за шавухой, но по пути стало темно и изо всех щелей полезли демоны. Я обернулся, чтобы побежать, но вот, в моих руках автомат, а вокруг — кровь, огонь
