всегда крутился чуть быстрее. А тогда он внезапно остановил его своими губами. Мы скользили руками по телам друг друга, а когда Картер принялся целовать меня в шею, я вцепилась в коричневую столешницу. Колени задрожали, когда Картер очертил губами контур моего декольте без бретелек и стал нежно покусывать у груди.
– Боже мой, – вздохнула я и откинула голову назад.
Я выгнулась, чтобы быть еще ближе, и, почувствовав на колене прикосновение Картера, которое поднималось все выше и выше к трусикам, полностью отключила здравый смысл.
Я хотела этого.
Я хотела его.
– Черт, Скай. Ты уже такая влажная, – произнес он с запинкой, проведя пальцами по моим трусикам.
Картер большим пальцем погладил пульсирующий клитор, и мое тело захотело еще. Больше Картера. Больше нас.
Через несколько секунд я почувствовала легкое трение под мочкой, потому что Картер зарылся лицом в мою шею. Он дразнил меня, целовал чувствительную кожу и медленно сдвигал в сторону тонкие трусики.
– Я тоже буду по тебе скучать.
От его слов я почувствовал себя так, как никогда прежде. И когда он вошел в меня двумя пальцами, стало ясно: я уже давно любила своего лучшего друга. Гораздо дольше, чем готова была себе признаться…
27 Скайлер
– Давай сходим куда-нибудь?
Картер нежно подталкивает меня за плечи во время прогулки по ботаническому саду, и мы нежимся под лучами солнца. Насколько это возможно в сложившихся обстоятельствах. С позавчерашнего дня все мои мысли заняты Меган и ребенком. Смогут ли выжить наши отношения под этой огромной эмоциональной лавиной? Проветрив голову от новостей верхом на «Харлее», Картер прилег рядом в постель и просто обнял меня. И эти объятия были красноречивее тысячи слов. Он не хочет меня терять, я знаю. И я не хочу его терять, поэтому мне придется как-то примириться с вопросом о ребенке. Как-нибудь.
– Ты хочешь на тусовку? – недоверчиво спрашиваю я. – Не хочу тебя разочаровывать, но в прошлый раз для меня все закончилось так себе.
В воспоминаниях до сих пор иногда мелькают лица тех двух типов, но, к счастью, с тех пор я их больше не встречала. От одной мысли, что они ошиваются где-то рядом с общежитием, у меня до сих пор сводит живот.
Картер преграждает мне дорогу, наклоняется, берет в ладони мое лицо и прислоняется лбом.
– Да не в клуб, Скай-Скай.
Его не волнует, что мы мешаем прохожим, и он пристраивается рядом со мной. Пожилые недовольно бурчат, проталкиваясь мимо. Кто-то называет нас милыми, кто-то считает, что мы ведем себя дерзко и нагло. Как бы то ни было, я околдована чарами его взгляда.
– И что ты предлагаешь?
Уголки губ ползут вверх, и на лице появляется ослепительная улыбка. Несмотря на близость, мне кажется, я теряю с ним связь. И это предчувствие не может не пугать.
– Ужин. Только ты и я. В каком-нибудь роскошном месте, куда бы мы раньше и носа не сунули.
– Может, ты забыл, но вообще-то я все еще бедная студентка, – подтруниваю над Картером, хватая за черный лонгслив.
– А я больше не нищеброд, так что позволь мне пригласить куда-нибудь свою малышку.
Потом мы вместе идем по той части сада, которая всегда была моей любимой, потому что мне так нравятся вишневые деревья.
– Звучит здорово.
Кто знает, может, сегодня за ужином нам удастся в непринужденной обстановке поговорить об этом беременном слоне в комнате. И это я не о Меган. Меган по-прежнему выглядит изящно и сногсшибательно. Она будет одной из тех мамочек, от которых невозможно оторвать взгляд, потому что они становятся лишь краше.
– Идеально. Давай в семь?
– В семь было бы супер.
Вдвоем мы шатаемся по саду, и, пока я любуюсь зеленью, аккуратно подстриженными деревьями и экзотическими растениями, Картер уже несколько минут не отрывает глаз от мобильника. Рассердившись, я останавливаюсь на мостике в одном из павильонов и выжидающе поглядываю на него. Заметив мой взгляд, он засовывает телефон в джинсы и делает щенячьи глазки. Он всегда этим пользуется, когда провинится.
– Прости, Скай. Это от Меган. Сегодня у нее первый серьезный осмотр, и она там наводит панику в комнате ожидания.
– Что-то не так? – обеспокоенно спрашиваю я.
– Нет, все у нее нормально. Похоже, она только сейчас понимает, что это реально происходит. Я пытаюсь ей как-то помочь, но не хочу пялиться в телефон, пока я с тобой, – извиняется он.
Все больше прохожих ворчат, что мы загораживаем путь, и желание оставаться здесь улетучивается с каждой минутой. Как-то не очень, когда Картер постоянно отвлекается.
– Так давай к ней поедем? – предлагаю я.
Картер хмурится, но я замечаю, что мое предложение приносит ему облегчение.
– Что? Прямо сейчас?
– Да, сейчас. Похоже, ты нужен Меган, и тебя точно пустят на осмотр.
– А как же наш день? – угрюмо спрашивает он.
– Мы же собираемся на ужин, Картер. Я как-нибудь переживу. Я вас подожду, пока не закончите. Вообще никаких проблем.
Картер станет отцом, и ему нужно пройти весь этот путь. Разумеется, ходить на УЗИ с Меган, пока она в Техасе, он тоже должен. А потом он будет следить за развитием событий только по телефону. А может, она вообще сюда переедет? В голове накопилась уйма вопросов, но сейчас не самое подходящее время для того, чтобы в этом всем разбираться.
– Ты просто лучшая, знаешь?
– Ага, – отвечаю с ухмылкой.
Вместо ответа Картер целует меня. Не бегло, не нежно, а безудержно и решительно. Он держит в ладонях мое лицо, и когда касается языком моих губ, я просто счастлива. Поцелуй с ним способен остановить хоровод мыслей мгновенно.
* * *
Эти двое уже двадцать минут сидят в кабинете гинеколога, а я пытаюсь отвлечься, листая журналы с новостями из мира женского здоровья. Я читаю статью о вреде противозачаточных таблеток, и с каждым новым предложением радуюсь, что мне все равно нельзя их принимать. Учитывая обстоятельства, у меня и так повышенный риск тромбоза даже без препаратов.
В приемной сидят две пожилые женщины и оживленно болтают о своих мужьях. Помещение милого персикового цвета от пола до потолка залито солнечным светом, и повсюду стоят комнатные растения.
Я в ожидании поглядываю на часы и начинаю волноваться. Приемы всегда так долго длятся? Или что-то не так с ребенком? Не в состоянии сосредоточиться на журнале, я закрываю его, кладу на маленький столик и вглядываюсь в коричневую дверь врачебного кабинета. Все будет хорошо.
Через тридцать пять минут Меган и Картер появляются в двери бок о бок. От этого вида у меня колет в животе. Она, как всегда, очаровательна.
Картер кладет руки ей на плечи и что-то шепчет, но на расстоянии мне не слышно.
– Ой, посмотри, Маргарет. – Одна из бабушек толкает свою собеседницу в бок. – Будущие родители. А ты помнишь, когда ходила беременной в первый раз?
– Как же не помнить? Эдвард постоянно вспоминает, как впервые увидел ребенка на УЗИ. А сейчас, я слышала, малышей можно даже в трехмерном изображении рассматривать, – отвечает женщина с седыми волосами до плеч.
И вот мы втроем пристально смотрим на моего парня, который гладит живот Меган и выглядит при этом неимоверно счастливым.
Для него это важно. Он пообещал мне, что ничто не изменит нашей любви. Но чем дольше я сижу и разглядываю этих двоих с заднего ряда концертного зала, тем больше сомневаюсь в сказанном. Пока я захлебываюсь в жалости к себе, Картер возвращает меня в реальность. Обе дамы поздравляют его, на что он отвечает широкой улыбкой и обворожительным «спасибо». Затем он садится рядом со мной, а Меган уходит в регистратуру к медсестре.
– Быть на УЗИ – это улет. Спасибо, что поспособствовала, Скай-Скай.
Губами он касается моего виска, и я замечаю сердитые взгляды двух дам, сидящих напротив нас.
– Ты должен присутствовать на каждом обследовании.
Я нежно улыбаюсь ему.
– Ты лучшая, ты в курсе?
– Где-то я это уже слышала сегодня. Но никак не вспомню, от кого…
Картер берет меня за руку и целует кончики пальцев, а затем игриво покусывает большой палец. Я выхватываю у него ладонь и хихикаю.
– Меган чувствует себя так себе, токсикоз ее совсем
