Рай ждет нас впереди. О, как часто я об этом забываю! Как легко опуститься до мысли «сейчас или никогда», до представления о том, что если я не получу чего-то в этой жизни, то не получу уже никогда. Жизнь, для которой я был создан, грядет. Все, что я сейчас делаю, все, чего мне не хватает, все, что я ищу сейчас в окружающем меня мире, абсолютно все будет у меня в будущем. Именно так я трактую обетования, о которых мне напоминают благие и прекрасные дары этой жизни. Когда вы поднимаете бокал вина, поднимайте его за пир, который нас ждет; когда вы видите что-то красивое, чем бы вам хотелось обладать (как, например, стекло Бетани), скажите себе: «В скором будущем это станет моим навсегда»; если вы любите кого-то, помните, что это лишь репетиция великой истории любви. Если вы будете так поступать, ваше сердце не окажется в ловушке. Мне вспоминаются последние строки романа Макдоналда Phantastes: «Великое благо близится — близится — близится».
Битва и путь. Мы находимся на войне, и кровавая битва разворачивается прямо в нашем сердце. Меня поражает, как некоторые христиане относятся к этому, как мало они заботятся о защите своего сердца. Мы ведем себя так, как будто наша жизнь протекает в сонном маленьком городишке в мирное время. Это не так. В духовном смысле мы находимся в «горячей точке», такой, как Босния или Бейрут. Надо вести себя с учетом этого. Охраняйте свое сердце. Не открывайте его для всех подряд, не отпускайте его в незнакомые места. Что это принесет моему сердцу? — такой вопрос я задаю себе в любой ситуации.
Представление о жизни как о пути удерживает меня от того, чтобы разбить лагерь и назвать его своим домом. Это позволяет мне воспринимать жизнь как процесс, который завершится на каком-то этапе. Поэтому я свободен от ощущения неудачи, когда мне не удается что-то завершить, у меня появляется надежда, что я завершу это, когда мой путь подойдет к концу. Я жажду приключений, и это напоминает мне, что именно сейчас я переживаю приключение. Жизнь — это не задача, которая требует решения, это — приключение, которое надо прожить.
У меня записано еще много разных мыслей и образов, но, возможно, они будут лишены для вас всякого смысла. Я избавлю вас от необходимости читать записи, которые могут напомнить вам просмотр домашних видеозаписей. Боюсь, что уже и так немного злоупотребил вашим вниманием. Но позвольте поделиться с вами еще одним наблюдением, которое можно выразить двумя словами: полевой жаворонок.
Полевой жаворонок. Я уже давно считаю полевого жаворонка своей любимой певчей птицей. Можно предположить, что для многих людей это всего лишь обыкновенная птичка, не очень яркой окраски, чей полет нельзя назвать эффектным. Но я люблю ее песни, потому что они напоминают мне о летних днях, которые я провел в полях и на реках запада Америки. В связи с историей моей жизни эта птичка кажется мне очень романтичной. Ее песня означает для меня лето, аромат скошенного сена, длинные беспечные дни, рыбалку. Она стала для меня символом надежды. Полевые жаворонки возвращаются в Колорадо ранней весной, и, как я уже говорил, как раз в это время на наш штат обрушиваются снежные бури. Какая смелость! На их месте я бы точно ждал до июня и вернулся бы лишь с приходом тепла. Но, несмотря на снег, они прилетают, рассаживаются на столбы, верхушки маленьких деревьев и начинают петь. Радостная песня жаворонка сбивает вас с толку, потому что в этот же самый момент вас засыпает снегом. Но именно в этот момент она бывает как нельзя кстати.
Однажды холодным и ветреным весенним утром я снова услышал пение двух жаворонков, которые перекликались друг с другом. И в их пении я услышал голос Божий. Он убеждал меня сберечь мою собственную летнюю песню, несмотря на то, что зима жизни пытается заморозить мою весну, занести ее снегом. «Не сдавайся, — сказал Он. — Не улетай со своей жердочки, а продолжай петь свою песню, полную летней радости и уверенности в том, что Я забочусь о тебе. Не по твоей воле приходит весна, дитя Мое; поэтому не тебе следует заботиться о том, чтобы за ней пришло лето. Они наступают по воле Отца, и они обязательно наступят». Я подумал о словах Клайва Льюиса, которые он написал в своем эссе The Grand Miracle:
Безусловно, мы по-прежнему ощущаем зимний холод: но так бывает в самом начале весны… именно так медленно приближается весна, и огромная радость заключается в том, что начинаются перемены. Конечно, тут есть и отличие: когда в природе наступает весна, крокусы не выбирают, просыпаться им или нет. Но мы можем. У нас есть выбор: противостоять весне и вернуться снова во вселенскую зиму или отправиться навстречу «великолепной роскоши середины лета», где обитает наш Владыка, Сын Человеческий, Который зовет нас присоединиться к Нему. Выбор остается за нами: последовать за Ним или нет, умереть в том зимнем холоде или пойти навстречу весне и лету.
Брента похоронили днем в четверг. Когда мы все, его родственники и друзья, собрались у могилы, Крейг прочитал такие слова: «Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет. И всякий, живущий и верующий в Меня, не умрет вовек» (Ин. 11:25–26). Он закрыл Библию, и мы остались стоять в тишине, не зная толком, что сказать или что сделать, никто не хотел уходить, но никто не хотел и оставаться. Казалось, что будущего нет. В этот момент запел жаворонок.
Эта книга — моя ответная песнь ему.
