Из Африки поступили сообщения о том, что определенные виды клещей, от которых гибнет скот, выработали невосприимчивость к инсектицидам. Один из ученых писал об этом: «Если бы люди до конца понимали значение подобного рода явлений, обсуждаемых лишь в научных кругах, то эти сообщения были бы напечатаны под такими крупными заголовками, как если бы в них шла речь о новом термоядерном оружии».
Первые вести с фронтов борьбы с малярией были обнадеживающими. Комары садились на стены, обработанные ДДТ, и погибали. Появилась надежда, что победа над малярией уже близка. В Греции anopheles sacharovi тоже реагировал на отраву должным образом, и результаты противомалярийной акции, проводимой в течение трех лет, подтверждали оптимистические предсказания.
В конце 40-х годов комары представляли собой еще грозную силу. Было установлено, что под действием ДДТ не подпадают взрослые особи, гнездившиеся под дорожными мостами. Малярийных комаров обнаружили и на апельсиновых деревьях, где они «приходили в себя» после ДДТ, а затем вновь летели к людям и заражали их.
Состязания за жизнь миллионов
Иммунитет малярийного комара против инсектицидов — угроза для тех мест, где малярию уже победили: у человека уменьшилась сопротивляемость организма. Иными словами, если предположить, что болезнь вернется, она будет протекать более тяжело. Поэтому Всемирная организация здравоохранения коренным образом изменила стратегию: вместо покорения малярии она приняла решение о полной ее ликвидации.
Речь идет не об уничтожении малярийного комара, а о ликвидации самой болезни. Если за три года после укуса малярийным комаром не наступит повторного заражения, то это будет говорить об исчезновении малярийных паразитов из крови человека. Комар может распространять болезнь, только перенося ее с больного человека на здорового.
Новая стратегия Всемирной организации здравоохранения основывается, следовательно, на том, чтобы бросить на фронт борьбы с малярией огромные количества инсектицидов. Если удастся уничтожить как можно больше комаров и приостановить тем самым развитие эпидемий, то каждого заболевшего можно будет лечить современными антималярийными препаратами. Речь идет о том, чтобы очистить кровь человека от паразитов прежде, чем устойчивые особи сумеют пополнить свои поредевшие ряды.
Существуют профилактические таблетки от малярии; одни принимаются ежедневно, другие — раз в неделю. Химики пытаются создать так называемые таблетки «retard» — долговременного действия, рассчитанные на полгода. Такие таблетки необходимы кочевникам, жителям джунглей и других труднодоступных районов, которые невозможно держать под постоянным наблюдением. Однако и туда можно добраться раз в полгода, чтобы уговорить местное население принять лекарство. Уже изготавливают и бесплатно раздают поваренную соль с добавлением антималярийного препарата. По крайней мере гарантирует более легкое течение болезни.
История, несомненно, оценит драматизм состязаний, от которых зависит здоровье человечества. В чем же их суть? Во время массового уничтожения малярийного комара в том или ином районе несколько сот особей все-таки выживают. У них появляется потомство, и, следовательно, естественным путем возникает устойчивый вид. Как утверждают ученые, на это требуется от пяти до семи лет. В этих состязаниях на карту поставлена жизнь миллионов людей. Кто выйдет победителем? Человек, вооруженный наукой, или комар?
Проблема борьбы с малярией стоит перед учеными всего мира. Тщательно собираются все данные о передвижениях врага, о его оборонительных действиях. Стало известно, что в комарином организме образуется некий энзим, который служит как бы щитом на пути инсектицидов. Значит, химикам следует подумать о новом составе опрыскивателя. Надо решить, например, вопрос, впитывает или разлагает окрашенная стена инсектициды.
Проблем множество. Если удастся их разрешить, то королева болезней — малярия будет свергнута с трона.
Магнитофон, который убивает, или…Надежды возлагаются не только на химию. Изучаются и другие средства борьбы.
Как лучше всего уничтожить комаров? Может быть, облучить их гамма-лучами? Но время облучения должно быть точно определено, чтобы — не дай бог — не погубить нормального комара.
Облученные самцы, уже не способные к продолжению рода, выпускаются на свободу, а так как самка переживает любовный экстаз лишь однажды за свою жизнь, то после встречи с облученным комаром она отложит одно-единственное неоплодотворенное яичко. Однако, если учесть отрицательные последствия применения химикатов, которые без разбору убивают все живое, этот способ кажется не самым лучшим.
Люди придумали другой способ: смерть комару записали на магнитофонную пленку. Известно, что некоторые насекомые реагируют (хотя и по-разному) на звук. Например, ночных бабочек отпугивают сигналы, которые издают в темноте летучие мыши: бабочки не без оснований подозревают, что летучие мыши имеют по отношению к ним довольно гнусные намерения… Комаров же как магнит притягивает звук от крылышек летящей самки. Не помня себя, он летит навстречу призыву к любовному свиданию. Дьявольское же ухищрение заключается в воссоздании столь заманчивого для комара звука на магнитофонной пленке, а сам магнитофон с усилителями опутывается тончайшей металлической сетью, по которой пропускается ток… Комар, можно сказать, буквально сгорает от своей страсти…
…Охота на крупного зверяЛичинки в воде можно убить ультразвуком, но этот способ для борьбы с комаром не подходит, потому что заодно уничтожается и другая живность.
Битвы такого рода нельзя выиграть в лабораториях. В представлении ученых комар — крупный зверь. И они правы. На больших плакатах в Таиланде можно прочитать, что ежегодно от тигров погибает с десяток человек, зато от малярийного комара — много тысяч.
Чтобы досконально изучить повадки комаров, их искусственно размножают, затем выпускают на свободу и с низко летящего самолета прослеживают их путь. Для эффективной борьбы с ними это имеет существенное значение. Например, на Калимантане сущим бедствием являются комары вида sundaicus; с наступлением сумерек они летят к человеческому жилью, хотя могут пролететь не более четырех километров. Самцы этого вида довольствуются цветочным нектаром, самки же жаждут
только человеческой крови, так как это вершина их половой деятельности. Яичко не достигнет полного созревания, если комариха-мать не напьется крови. Как меня уверяли собеседники из полевых лабораторий по проведению акции «Сабах-420», самки не очень прожорливы, потому что сосут кровь лишь один раз в два дня. Но если принять во внимание астрономическое количество комарих, спастись от них непросто.
