же, как она вошла в дверь. То же я проделала и с Майей, но у неё лучше получалось убираться, чем готовить.
Не то, чтобы я сама была классным кулинаром. Хотя я заметно поднаторела в этом, с тех пор как начала жить одна и теперь официально должна была готовить три раза в день. Сегодня же я собиралась приготовить что-то совершенно новое, чего я никогда не делала раньше. Это был очень рискованный шаг.
И почему я не остановилась на гамбургерах и лапше быстрого приготовления? Пиццу тоже было сложно испортить.
Но это слишком облегчило бы мне жизнь. Видимо.
Вместо этого я потратила целый день на просмотр "Пинтереста"[8] в поисках идеального меню, которое могло порадовать толпу гостей. Я поспешила в продуктовый магазин сразу же, как закончилась моя смена, и провела там неприлично много времени в поисках лука-шалот. Оказалось, что это всего лишь необычное название зелёного лука.
В конце концов, я разгадала эту загадку с помощью "Гугла", задав в поиске "где найти лук-шалот в продуктовом магазине?".
Добравшись до дома, я приняла самый быстрый душ в истории человечества. Ну, хорошо, самый быстрый душ в истории женщин, который также включал в себя маску для волос и тщательное бритьё всех мест.
После этого мне пришлось разрываться между готовкой и приведением себя в божеский вид. Капля пота скатилась у меня по спине. Успокойся, Кловер. Ты не Папу Римского принимаешь. Это всего лишь Кай. И Бреннан. И Адам. Все в одном месте. Ничего сложного.
— Выглядит классно, — сказала я Ривер, отчаянно пытаясь отвлечься от своих мыслей.
Она улыбнулась мне.
— У меня хорошо получается резать всякие вещи.
— Заметно.
— Ты хочешь, чтобы я их… — она показала жестом на мясные шарики в соусе терияки с кунжутом, которые я слепила сама, и которые сейчас тушились на плите.
— Да, просто хорошенько посыпь их луком, — я вытаращила глаза, проверяя плиту. — И ты не могла бы помешать жареный рис? Надеюсь, я его не сожгла.
Она подалась вперёд, её пятки приподнялись в красных туфлях на высоком каблуке. Она была загоревшей, и на ней были надеты широкие льняные штаны и облегающая белая майка. Всем своим видом она словно олицетворяла лето. Ее светлые волосы были убраны на макушке в небрежный пучок. И поскольку я привлекла её к готовке, она надела мой кружевной фартук, чтобы не испачкать соусом терияки свой симпатичный наряд.
Я же была её полной противоположностью. В то время как её одежда была шикарной и опрятной, на мне был надет свободный топ с цветочным принтом в винтажном стиле и с очень длинными рукавами. Я постоянно закатывала их до локтей, но они всё время спускались вниз так, что практически скрывали пальцы моих рук. Низ топа я заправила в свои любимые джинсовые шорты. А мои клинообразные сандалии крепились к лодыжкам завязками, точно пуанты. Я планировала выглядеть мило и повседневно, но, кажется, с этими дикими рыжими волосами, которые всё ещё не высохли, я выглядела скорее безумно и по-домашнему.
Майа посмотрела на меня, оценив моё отражение в микроволновке.
— Тебе нужна помада, — я развернулась и приподняла брови. — "Русский Красный".
— И смени блузку, — пробормотала Ривер, которая теперь уже занималась сковородами и кастрюлями на плите. — Выглядишь как бездомная.
Адам просунул голову в кухню.
— Чем помочь?
Я на секунду задумалась о том, было ли мне важно, как я выгляжу перед Каем, или мой вид вовсе не имел значения. Ведь я была с Адамом. А ему нравилась эта блузка. Или, по крайней мере, он сообщил мне об этом на одном из наших первых свиданий.
Опустив взгляд на свой топ, я заметила, что пропустила одну пуговицу, застегивая его, и что на нём было темно-коричневое пятно в том месте, куда случайно прилетел венчик.
— Эм, музыка! — сказала я ему, чмокнув его в щёку и бросившись в спальню.
— Мне только надо знать, что…
— Никаких "Брайт Трэджэди"! — выкрикнула я через плечо.
— Что, серьёзно? — спросил он у девушек. — Думаете, это будет странно?
Я улыбнулась, когда они обе одновременно произнесли: "Определённо" и "Очень странно".
Хорошо, что эти девчонки были на моей стороне. Я уже успела представить, как Кай заходит в дверь, а Адам слушает на полной громкости свою любимую песню его сочинения. От одной этой мысли мои щёки вспыхнули.
Остановившись перед зеркалом, я задумалась над тем, как мне теперь пережить этот ужин. Какого чёрта я на это согласилась? Я что была под действием наркотиков? Что было не так с моим мозгом?
Но затем у меня в голове возникло предупреждение Кэйда, когда он попросил меня быть снисходительной к Каю, потому что после встречи со мной он был очень уязвим.
"Так же как и я, дружище", — сказала я сама себе.
Но именно поэтому я и собиралась это сделать. И сделать это правильно. Меня не надо было просить дважды, когда дело касалось реабилитации Кая. Это было всего лишь незначительное событие в рамках более масштабной схемы вещей.
Пусть даже я и испытывала полнейший дискомфорт. И неловкость. И абсолютный ужас.
Сигнал домофона прогремел в моём вестпортском лофте, и я сразу же принялась за дело: я стянула блузку через голову и бросила её в кучу других отвергнутых вещей, которые не годились для сегодняшнего вечера.
Оказалось, что вся моя одежда напоминала гардероб бездомного.
Проклятье.
Я прошерстила весь свой шкаф, доставая разную одежду и кидая её на кровать. Почему мне вдруг стало нечего надеть? Как я вообще ходила на работу последние два месяца?
Может быть, пришло время серьёзно задуматься над тем, чтобы примкнуть к нудистам? Тогда я избавила бы себя от подобных проблем.
Хотя… это могло привести к возникновению других проблем. Вроде той, что меня всё время окружали бы голые люди.
Ну, хорошо, нудистский остров. Где бы я могла жить одна. Голая.
Не слишком странно?
Голоса заполнили коридор, ведущий в мой лофт. Бреннан и Кай были здесь. Чёрт!
Сосредоточься, Кловер!
Шорты надо было снять. Именно они задерживали меня. По правде говоря, они словно защищали меня, но, может быть, именно в этом и была проблема? Я всё ещё боялась Кая. Боялась того, что может произойти, если я впущу его в своё пространство, в свой дом, открою ему дверь в свою жизнь.
Но я же не собиралась ни с того ни с сего снова влюбиться в него. Это так не работало. Людям требовалось много времени, даже целая жизнь, чтобы влюбиться. И почти столько
