Салакуни больше думал о том, остался ли он великим героем. Демоноборцем, пожалуй, точно не остался: не сумел даже начать сражение с белым демоном. Стыдно... Теперь надо как-то переговорить с лэпхо без Лариммы и попросить не упоминать этот эпизод в песнях. Вот только согласится ли? Воин решил обязательно задобрить Чиптомаку при первом же удобном случае.
А Ларимма размышляла о том, что будет, когда все кончится. Кипауси простил ее, и это обнадеживало. Наверное, жрец поможет и при встрече со страшным Очи-Лошем. А потом... Она так и не поняла, сильно ли ее уродует разрезанная щека. Салакуни ей ни разу не улыбнулся, старик говорит только то, что ему нужно. А как было бы хорошо отправиться в Шерешен вместе с молодым сильным воином, достать украденное Амучей, купить дом. Чиптомака жил бы вместе с ними, потому что у противного старика... Есть свои хорошие стороны. Например, он славно играет на гуоле.
Ларимма так размечталась, представляя эти картины, что с размаху налетела на дерево, когда воин, за которым она шла, свернул в сторону. На тоненькой годовалой нкули успели обосноваться пчелы, которые тут же недовольно загудели, вылетая из своего причудливого гнезда.
- Бежим! - крикнул Чиптомака и первым скаканул через колючий куст.
При этом он сильно поцарапался, но куда больше расстроился, опустив глаза. Он позабыл на месте отдыха набедренную повязку из куска ткани, подаренной прижимистым купцом в Шерешене. Теперь ему предстояло опять гулять по джунглям голышом, что требовало несколько больше осмотрительности. Например, прыгая через колючие кусты...
Лэпхо замешкался и бегущие товарищи обогнали его. Вот тут старик расстроился по-настоящему: мало того, что он потерял свою единственную одежду из-за глупой женщины, так она еще и успела ее подобрать! На толстых бедрах Лариммы ткань едва сходилась, что тоже разозлило Чиптомаку.
- Дура толстомясая... - пробурчал он себе под нос и тут же был укушен в зад пчелой.
Пришлось прибавить ходу. Лишь порядком запыхавшись, друзья перешли на шаг, но больше нигде не задерживались, и к болоту вышли быстро, задолго до заката. Салакуни тут же отправился охотиться, а Чиптомака и Ларимма всматривались в бескрайние мокрые просторы, выглядывая из зарослей. Над гнилым царством Асулаши по прежнему висел туман, гигантской фигуры спироголового нигде не виднелось.
- Ой, страшно, - пожаловалась Ларимма.
- Смотри, ткань мою не запачкай, и-эмма, - ответил обидчивый старик. - Верно жрец сказал: берете чужое!
- Так ты же сам сказал: бери, разве не помнишь? - обиделась шерешенка.
- Может и сказал, - не уступил Чиптомака. - Мало ли что в такой момент можно сказать, и-эмма!
- Вот оно что... - Ларимма отвернулась, но вдруг про что-то вспомнила: - А меня сильно изуродовали?
- Очень, - мстительно ответил старик. - Но на тебе не заметно.
Глава пятнадцатая
С'Шуга
Наевшись толстой болотной птицей, принесенной Салакуни, путешественники сидели, прислонившись каждый к отдельному дереву, и наблюдали солнечный закат. На сытый желудок все немного приободрились, даже Чиптомака. Он оставил гуоль в покое, прислонив к стволу чапальмы - инструмент тоже выглядел только что перекусившим, пусть отдохнет.
Верховный жрец Кипауси появился, как и обещал, перед самым закатом. Не здороваясь, он подошел к Салакуни и встал над ним. Воин тяжело вздохнул, поправил на шее ожерелье и встал.
- Пора идти?
- Да, червь. И не потеряй остров... Ты действительно сможешь найти его в темноте?
- Ну да. А что тут особенного? - Салакуни и на болоте оставался охотником, следопытом. - Так идем?
- Ты иди. Я выйду позже, в темноте, демон не должен меня видеть. Когда встретишь С'Шугу, молчи обо мне, иначе сразу погибнешь, - Кипауси чуть сдвинул капюшон и обвел нечеловеческим взглядом горизонт. - Ты идешь ко злу, воин, к последнему осколку пришлого зла. Оно не должно ходить по твоей земле.
- Это не моя земля, - усмехнулся Салакуни. - Это болото, владения Асулаши.
- Червь... - качнул головой жрец и надвинул капюшон. - Сними ожерелье, ты принесешь его в руке. И еще... Дай ему свою тряпку, чтобы он прикрыл грудь.
- Не нужно, там ожог, - пожаловался воин, пока Ларимма торопливо избавлялась от так недолго носимой одежды.
- С'Шуга не должен видеть, что ты избавился от Черной Луны. Тогда демон сразу убьет тебя, твоих друзей и меня.
- И тебя?!
- Иди.
Салакуни глубоко вздохнул, и вышел из леса. Спутники провожали глазами его одинокую фигуру, медленно бредущую по колено в воде. Потом Чиптомака опомнился.
- А мы-то?! Нам-то с тобой идти, жрец, или с ним?
- Решай сам, червь, ты мне не нужен.
Старик даже на месте покрутился от старания решиться. Конечно, он должен идти с Салакуни вместе, с ним даже безопаснее, чем с таинственным белым человеком. Если не выйти из леса сейчас, то уж лучше остаться здесь... Лэпхо встретился глазами с все еще сидевшей под деревом Лариммой.
- Может быть, тоже дождемся темноты?.. - дрожащим голосом протянула она.
- Что?! - Чиптомака будто очнулся. - А ну поднимай задницу, и-эмма! Быстрей!
Женщина подскочила, уворачиваясь от первого пинка, и выбежала из леса. Кипауси, придерживая руками ветви, смотрел, как они бежали через болото за воином. Тощий старик все норовил догнать и пнуть спутницу, но та ловко ускользала. Белый человек скривил бескровные губы. Да, черви порой бывают забавны: один злится, другая пугается, а на самом деле оба рады, что придумали способ хоть ненадолго забыть о том, какую глупость совершают. Когда успокоятся, будет уже поздно что-либо менять. Червям нравится так жить... Кипауси тоже мог бы жить не думая, и умереть несколько сотен лет назад, если бы не Темное Братство. Но сегодня ночью он отомстит.
Солнце быстро закатывалось за линию далеких холмов, поросших красноватой травой и кустарниками. Дождавшись самых последних лучей светила, жрец легко сбежал с возвышенности, на которой начинался лес, и ступил в воду. Ему не нравилась сырость, но сегодня можно потерпеть. Здесь, внизу, уже стемнело. Кипауси чуть прищурил глаза и через несколько мгновений его нечеловеческое зрение подстроилось под новые условия. Вот они, три темные фигурки.
Салакуни шел в середине, он вернулся к старой привычке: жевать на ходу змей. Копья при нем не было, зато меч позволял разрубать их прямо в воде. Лэпхо с ужасом представил, что произойдет, если однажды воин окажется недостаточно быстр и его ужалят. Тогда оба демона потеряют к ним интерес, и Чиптомака с Лариммой останутся посреди болота без всякой защиты.
Ночью кроме змей здесь кажется не было никакой жизни. Салакуни даже начал рассуждать об этом:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
