было очень жаль ее, но в данный момент я ничем ей не могла помочь, вот если бы я увидела внука, то уж сделала бы ему внушение. Я почувствовала ее учащенное сердцебиение, сбившееся дыхание. Я уже испугалась, что и у нее с сердцем плохо, вот же напасть, но оказалось, что она увидела въезжающую во двор машину и пыталась понять та ли, которую она ждет. Оказалась не та. Я почувствовала то же разочарование, что и она. Только она чувствовала все гораздо острее. Шедший со стороны третьего подъезда молодой человек, вдруг резко шагнул за лавку и закрыл Татьяне Павловне глаза. Легкий испуг, от неожиданности – ничто, по сравнению с состоянием счастья, в котором она сейчас находилась.
– Никит, а ты что без машины? Как это ты с той стороны появился? Здравствуй, мой хороший! – засыпала его вопросами и восклицаниями Татьяна Павловна и крепко, неуклюже обнимала.
– Привет, бабуль! Меня знакомый подвез, а моя машина в сервисе, не переживай, – улыбнулся парень.
– Пойдем скорее, я тебе пирожков напекла.
– С капустой? – у парня светились глаза от счастья, впрочем, так же, как и у его бабушки.
– С капустой, с картошкой и с яблочным повидлом, – довольно сказала бабуля.
– Опять целую гору? – улыбаясь спросил он.
– С собой возьмешь! Вы все бегаете, вам поесть толком некогда, так хоть пирожком перекусите.
Татьяна Павловна, успокоившись, тут же превратилась в обычную бабушку, которой срочно нужно накормить вечно голодных внуков. Не став дослушивать, я вернулась в комнату в прекрасном настроении.
Я проверяла почту, когда позвонил Виктор. Договорившись, где и когда мы встретимся, я пошла собираться. Вспомнив, что так и не спросила у Тита, смогу ли я помочь человеку с раком поджелудочной железы, а прошла уже считай неделя, я подумала, что сейчас самое время. Доеду я быстро, время еще есть, да и Тит отвлечется немного.
Первый раз на моей памяти, Тит, недоуменно развел руками. Он просто не знал, что это за болезнь такая. Но в любом случае, я могу попробовать что-то сделать, если у меня есть на то желание. Хуже точно не будет.
Я приехала немного раньше, но выходить из машины не стала, позволив Виктору прибыть первым. Увидев, что он заходит в ресторан, я вышла из машины и замерла. Что-то меня остановило, и я настороженно осмотрелась.
Недалеко от стоянки, на автобусной остановке, точнее чуть в стороне, стояли двое. Молоденькая девушка, курящая тонкую сигаретку и мило щебечущая по телефону и женщина лет пятидесяти, неотрывно на нее глядящая. Но самое пакостное было не во взгляде, а в том, что эта тетка, точнее никакая не тетка, а самая натуральная ведьма, вытягивала из девчонки энергию. Чем оживленнее была беседа, тем увереннее лился серебристый ручеек, прямо ведьме в руки. Но через пару минут, задор из беседы начал исчезать, все чаще девушка устало потирала лоб и окидывала взглядом остановку, подумывая о том, что нужно бы присесть. А ведьма напротив, за это время преобразилась. Улучшилась осанка, исчезли серебристые блики из черноты волос, изменился цвет лица. И что бы там не говорил Тит, но смотреть на это было выше моих сил. Это, конечно не значит, что я развернулась и пошла в ресторан ужинать. Я решила помочь девчонке. Выдохнув, я тряхнула головой отгоняя тревожные мысли и представила как серебристый ручеек развернулся в обратную сторону и весело возвращается к своей хозяйке. Я даже не ожидала, что сразу так и случится. Ведьма сначала ничего не замечала, но потом, когда все еще разговаривающая по телефону девушка вдруг заливисто расхохоталась, она дернулась как от пощечины. Уставилась на серебристый ручеек, не веря своим глазам. Закрутилась по сторонам, не понимая, что происходит и как это возможно. Одумалась, вспомнив, что энергия до сих пор вытекает из нее и замахала руками, будто разгоняя дым. Ручеек рассеялся. И пока ведьма пребывала в каком-то ступоре, я решила, что мне пора исчезнуть, чтобы не нарваться на неприятности. Я почти успела, но не доходя пары шагов, почувствовала пристальный взгляд и уловила попытки меня прощупать. Я даже ничего не делала в ответ, просто остановилась и развернулась. Мне не хотелось, чтобы она поняла, что перед ней ничего не умеющая, неопытная ведьма, которую и ведьмой-то можно назвать с натяжкой, и я как можно увереннее и нагло посмотрела ей в глаза. Ее реакция меня очень удивила. Она испуганно шарахнулась в сторону, как только посмотрела мне в глаза. Через минуту, она уже исчезла, свернув за угол дома. Я так понимаю, что это такая же ведьма, как и я. Ничего не знает и почти ничего не умеет, так, пакостит помаленьку. Увидела меня, да еще и так нагло вмешавшуюся в ее дела и рванула, от греха подальше. В этот раз мне повезло. А если это была бы опытная ведьма, которой я на один зубок. Вот ведь блин, о чем я только думала. Надо у Тита разузнать, может есть какой-нибудь способ от них защититься.
Зайдя в ресторан и сказав на ресепшене фамилию, я пошла за приятной девушкой, которая повела меня вглубь зала. Увидев в уютном уголке сидящего Виктора, который разговаривал с кем-то по телефону, я отпустила провожатую и подошла к столику. Виктор вскочил, глазами и руками умоляюще показывая, что это важный разговор и ему нужно еще пять минут. Я кивнула, села напротив и стала за ним наблюдать. Это было даже забавно. Под моим взглядом, обычным взглядом, Виктор ерзал, то и дело поглядывая на меня и, как мне кажется, не очень-то слушал то, что ему говорили в трубке. Скомкано попрощавшись, Виктор сделал шуточно – сердитое выражение лица и попенял мне, за то, что я его жутко смущала.
– Я не специально, – отшутилась я.
– Я рад тебя видеть! – просто и честно ответил Виктор.
Теперь пришла моя пора смущаться. Его замечания мне все время кажутся какими-то двусмысленными.
– Давай сделаем заказ, а пока будут готовить поговорим. Тут довольно долго готовят, зато очень вкусно, – добавил он.
– Ты сказал, что есть новости? – спросила я после того, как официант отошел от столика.
– Да. Новости есть, они еще раз подтверждают правдивость твоих слов. Но я пока не решил, как именно мы будем использовать эту информацию. В общем новости такие, во-первых, я достал дело Рожковой, чтобы мы могли узнать все детали и подробности, во-вторых, – он поднял руку вверх останавливая поток вопросов, который уже был готов вырваться из меня, – во-вторых такие жертвы уже были. Это не первая. И
