Ниже пояса он по фигуре был похож на меня. Но вот сверху…Тут только завидовать! Я имею шансы накачать такие же мышцы лишь через пару лет, если буду предельно целенаправленно этим заниматься. Но пока что оставалось защищать свои вещи и деньги. Я сжал кулаки, готовясь атаковать его.
Но мужик, едва увидев, что я готов драться, тут же отпустил меня и сделал шаг назад, подняв руки ладонями вверх:
— Парень, прости, не хотел тебя напугать. Просто не на улице же это обсуждать!
— Что обсуждать? — спросил я, не понимая, что происходит. У меня крепло ощущение, что я попал в плохой голливудский боевик. Драка-то будет? Не то, чтобы я рвался… Шансов в бою с такой машиной у меня совсем мало. Был бы он хоть пьян, но нет, с такого расстояния я запах бы точно учуял.
— Слушай, я только с вахты. Денег полно, а купить нечего приличного. В магазинах голяк, а я тут не местный, чтобы завели к кому нужному. Слушай, продай мне свои джинсы, а? И сапоги твои классные, как они называются, тоже могу взять. За джинсы готов полторы сотни, нет, даже двести рублей выложить. За сапоги сотню.
Ситуация моментально прояснилась. Фух! А я-то поразился тому, что творится днем чуть ли не в центре Перми. А тут просто бизнес…
— Как тебя зовут? — спросил мужика.
— Серега.
— Так, тезки мы, значит, — сказал я, вовсе не собираясь называть настоящего имени, мало ли мужик с кем не тем общается, вот пусть и ищут Серегу, а не Пашку, — бурки я не продам, зима еще, сам видишь, не ушла. Но, тезка, джинсы могу продать. И я еще кое-что себе тоже прикупил, если еще деньги есть, то могу дать посмотреть. Хорошему человеку продать не жалко.
Серега расцвел. Он жадно посмотрел на мою сумку. Я, в принципе, и рассчитывал, что смогу выгодно продать свои товары в Перми. Чем дальше от Европы, и европейских портов, тем реже были всякие импортные вещички оттуда. Это же тебе не Одесса или Жданов, где моряки массово привозили импортный ширпотреб. Правда, я не ожидал, что ситуация тут настолько печальная, что одежду начнут просить продать прямо на улице.
— Показывай! — жадно сказал он.
Открыл сумку, поставив ее на сугроб почище. Отступил на шаг. Серега начал рыться.
— Кроссовки! — восхищенно сказал он, — мой размер! Джинсовый костюм!
Вот по поводу джинсового костюма я испытывал большие сомнения. Если сами джинсы точно налезут, это мой размер, то куртка на такую мускулатуру … не факт, далеко не факт.
Между тем, Серёга выпрямился и сказал с решительным видом:
— Тезка, без вопросов все беру!
— Ты постой, хоть куртку-то померял бы! — попытался остановить его я.
— У меня в смене сорок пацанов, большую часть тут же, что мне не подойдёт, им отдам, — махнул рукой Серега, — за пятьсот костюм отдашь, а? И за кроссовки две сотни, согласен?
Интонации у него были просящие. Цены он назвал более чем меня устраивающие. Я чувствовал, что торговаться можно, но психологически не был готов. Был бы он какой мажор, дело другое, но по рукам видно, что деньги он свои зарабатывает тяжелым трудом. Вполне возможно, что и в какой-то шахте. Это тебе не модные мышцы, накачанные в какой качалке, чтобы понтоваться перед девицами. Они у него появились в результате непростой работы.
— Хороший ты парень, договорились! — махнул рукой я.
— Подождешь меня тут пяток минут, а? — просящим тоном спросил он, — я за деньгами сбегаю.
— Нет проблем, подожду. — сказал я, и тут же меня осенило. — Хотя есть другая проблема. Во что я оденусь, если тебе джинсы, что на мне, продам?
— Я тебя отведу в магазин рядом и куплю тебе за свой счет что-то местное, с начесом! — хохотнул парень, — и это — у тебя, по случаю, адидаса никакого нет? Хоть ношеное — заплачу как за новое! Мне бы хоть майку какую на лето, заплачу шестьдесят рублей не торгуясь.
— Чего нет, того нет, — сожалеюще развёл руками я.
— Только ты не уходи никуда, хорошо? — сказал парень, пятясь спиной на улицу.
— Не уйду! — снова заверил его я.
Серега убежал, а я вышел обратно на улицу, тут же натолкнувшись на Петра, который вертел головой, потеряв меня.
— Вот ты где! — радостно сказал он. Явно уже думал, как будет перед сестрой оправдываться, что потерял гостя из-за того, что со своим знакомым остановился перетереть.
— Слушай, такое дело, я вроде покупателя нашел на вещи, что в сумке, — сказал я, — сейчас он с деньгами должен вернуться. Только ты в форме можешь его спугнуть. Можешь отойти метров на семьдесят, чтобы подстраховать, если что?
— Экий ты шустрый! — с ноткой удивления сказал Петр, — ладно, сделаю.
Серега уложился в четыре минуты и прибежал в подворотню, а не пришел. Очень уж нужны ему были эти вещи, видимо.
— Вот, считай! — сунул он мне пачку денег, — все здесь.
Пересчитал.
— Все верно, — сказал ему. Засунул деньги в карман куртки. Черт, да только за эти вещи я уже выручил больше, чем одолжил у бабушки и Никифоровны. Хоть бы дело и дальше так же гладко пошло. Уж на что потратить деньги, я уже знаю! Как приеду, тут же заставлю и маму, и бабушку встать на все возможные очереди, на которые они еще не записались. Нам не только холодильник нужен, но и телевизор, и особенно личная машина. А на них вообще очереди длинные…
Серега повел меня в тот самый магазин, где можно было купить отечественные штаны. Обошлись они в девять рублей, а выглядели на пять, не больше. Парень честно расплатился за штаны и тут же упаковал снятые мои джинсы в сумку вместе со всем остальным барахлом. Сумку я решил подарить ему — они в продаже есть по паре рублей, в Святославле новую куплю. Все равно мне обратно почти нечего будет везти, разве что подарки куплю для Германа и домашних. Но они точно должны будут поместиться в опустевшие чемодан и рюкзак.
Мы вышли на улицу. Я решил, что парень повел себя предельно честно и ему можно доверять. Никакой тут ОБХСС и близко не пахнет.
— Слушай, ты говорил, друзьям тоже
