в плечо, и мы приступаем к поиску комедии. Останавливаем свой выбор на фильме «Моя свекровь монстр» с участием Дженнифер Лопес. Фильм старый, но мы оба его ещё не видели, так что неплохой вариант.
Глава 30.
Фильм подошёл к концу. Я высвободилась от объятий Мартина, чтобы отодвинуть ноутбук в сторону. Мартин нетерпеливо притянул меня к себе и медленно поцеловал.
– Твоя пицца – это просто гастрономический оргазм – хитро улыбаясь, прошептал он.
– В такой формулировке, мою готовку ещё никто не хвалил – я тихо хихикнула, а Мартин продолжал прижимать меня к себе, продолжая улыбаться.
– Я говорил тебе, что твои глаза нереальные, и я могу свихнуться глядя в них?
– Думаю, сумасшедший парень меня не устраивает – парирую я, и Марти издаёт смешок.
– А парень-инвалид, значит, устраивает – хмыкнул он.
– Мартин…-я закатила глаза.
– Ладно, молчу.
– Кстати, об этом – мне вспомнился разговор с Уиллом, нужно издалека разведать у Мартина информацию – Если паралич настигнет, то ты согласишься на операцию?
– Я уже отвечал на этот вопрос – его голос изменился.
– И, всё же?– не отставала я.
Мартин приподнялся и уселся, выпрямив спину, и облокотился об диван. Я отстранилась от него, но осталась сидеть рядом.
– Я не хочу обнадёживать себя, это экспериментальная операция. Так что, нет, я не соглашусь на неё – его голос звучал настолько уверенно, что я бы поверила, если бы не знала правду. Как он может так нагло мне лгать? Я думала он мне доверяет, а доказывается уже не в первый раз обратное. Я еле сдерживаю себя, чтобы не высказаться ему о том, как он смеет мне снова лгать прямо в лицо. Но нельзя забывать о словах Уилла: Мартин не должен знать о нашем разговоре, иначе мы просто уже не сможем его остановить. Он дико упрямый.
– Всё ясно – максимально равнодушно выдавила я, Мартин заметил, что я явно не договариваю и буквально испепелял меня многозначительным взглядом. Я сделала вид, что не заметила этого. Обратила внимание на телефон. На часах только 10 вечера, а меня жутко клонит в сон. Прошлой ночью из-за Мартина я почти не спала, переживала, что он снова начнёт лунатить.
– Давай поднимемся наверх и ещё поболтаем, а потом спать. У меня уже глаза слипаются – предлагаю я.
– Да, конечно, пойдём – Мартин встал. Мы взялись за руки и поднялись в мою комнату. Я расстелила постель.
– Ты пока располагайся, а я пойду в душ – обратилась я к Мартину.
– Меня больше устроила бы фраза «Мы пойдём в душ» – парировал он, хитро улыбаясь.
Я усмехнулась в ответ и закатила глаза. Я заметила, что Мартина этот жест бесит. Он закрыл лицо подушкой, и выстрелил себе в голову из воображаемого пистолета. Я не удержалась от смешка и поплелась в ванную. Вернулась я из душа в широкой ночной рубашке, и Мартин, увидев на мне, как он выразился «Мешок», искривился в лице.
– И даже не пытайся высказать комментарии на счёт моего вида – в шутку, я грозно смотрю на Мартина.
– Мне нравится, как ты выглядишь, правда. Но зачем ты надеваешь эту бесформенную рубашку, она портит мне весь вид – Мартин надул щёки и скрестил руки на груди, воображая из себя капризного ребёнка. Меня снова пропирает на смех, и в этот раз Мартин тоже не удерживается и смеётся вместе со мной.
Он ложится на кровать, и я присоединяюсь к нему. Мы легли вольтом. Почему то так захотелось, мы и сами не поняли почему. Я лежала на подушке вначале кровати, а Мартин головой на другом. Мы держались за руки. Мои стопы были у груди Мартина, и он щекотал их время от времени.
– Мартин! Я ужасно боюсь щекотки – меня пропирает на истерический смех, ещё чуть-чуть и я заплачу. Ещё с детства щекотка вызывала у меня больше плача, чем смеха.
– Ладно, ладно. Больше не буду – он расплывается в улыбке, и я не могу оторвать от него взгляда. Красота буквально лилась изнутри. Его скулы, которые напрягались, когда он в гневе, сейчас расслаблены и иногда они подёргиваются, отчего у меня вырывается смешок, а Мартин в эти моменты смотрит на меня, как на чокнутую.
– Я не представляю своей жизни без тебя – тихо говорю я.
– И не представляй – улыбаясь, шепчет он.
– Ты должен обещать мне, что не отвергнешь меня, когда ты не сможешь ходить – мой голос дрогнул – Обещай мне, Мартин
– Я не могу обещать тебе, Хлоя. Если я никогда уже не смогу встать, я не хочу чтобы ты возилась со мной, ты сломаешь себе жизнь.
– Нет, Мартин, это ты сломаешь мне её. Я не смогу без тебя, понимаешь?
– Прости. Я не хочу причинять тебе боль – он придвинулся, и навис надо мной – Я люблю тебя, Хлоя. Больше всего на свете. Только тебя – сладкий шёпот Мартина, заставляет моё тело вздрогнуть.
– Я люблю тебя, Мартин – как можно злиться на него? Я просто не могу, когда он вот так на меня смотрит. Боже он заставляет меня испытывать нереальные чувства. Мартин наклоняется ближе и целует меня, притягивая к себе ближе. Каждый поцелуй всегда разный и по-новому волшебный. Мартин отстраняется и ложится рядом.
– Я вижу, что тебя что-то тревожит. Не хочешь мне рассказать?
А ты не хочешь мне рассказать, что ты собираешься идти на преступление и соглашаешься на операции. А мне и слова об этом не проронил – прокручивается в моей голове, но говорю я совсем другое.
– Всё нормально – самая лучшая фраза для отмазки – Давай спать.
Мартин молча кивает. Мартин переворачивается на спину, и я укладываюсь на его груди. Он целует меня в лоб и накрывает одеялом. Моё тело вновь наливается приятным теплом. Его тело горячее. От его запаха кружится голова. Это не парфюм. Скорее, его настоящий запах, смешивается с гелем для душа, который, наверное, с запахом мяты и гибискуса. Отгоняю все мысли из головы и медленно с улыбкой засыпаю, вдыхая запах любимого человека.
***
Когда я проснулась, Мартин ещё спал. Ночью я не зашторила окна, и теперь весь солнечный свет свободно разгуливал по всей комнате. Лучи солнца игриво отражались на коже Мартина. Он безупречен. Сонный и лохматый он ещё красивее. Лёгким движением провожу пальцами по его груди, и невольно улыбаюсь. Только вот чувствую, что наслаждаться таким счастьем мне осталось недолго. Не могу отогнать эти мысли. Внутри всё сжимается. Я продолжаю водить пальцами от груди к шее. Мартин медленно открыл глаза, щурясь от яркого солнечного света.
– Почему ты всегда просыпаешься раньше меня? Я бы тоже лежал, как и ты сейчас и рассматривал тебя – он расплывается в улыбке.
– Просто кто-то
