— Совершенно, — отвечает мой дубль.
— Нужно найти девочек, — говорит Нелл.
— Они не заблудятся, — отвечает Ким, и Томчин с ним согласен.
Делать нам нечего. Шум мешает отдыхать, мысли путаются, и поэтому мы впадаем в какое-то полубредовое состояние — не помогает даже еда, которую принесли Томчин и Циной.
Нелл удерживает корпуса на первой контрольной точке, однако ничего не меняется — никто с нами не разговаривает. Штурманская Группа такая же равнодушная, таинственная и молчаливая, как всегда.
Ким отпускает направляющий трос и подплывает к нам, хватаясь за другой между моим двойником и мной. В невесомости могучий великан движется быстро и эффективно; я бы принял его за модель для обитателей миров с высокой силой тяготения.
— Разрушение корпуса продолжается, — говорит Ким. — Сколько еще можно ждать?
Нелл осталась рядом с пультом управления. Она прислушивается к нашей негромкой беседе, которую заглушают скрежет и рев. Внезапно дрожание усиливается, словно мы попали в особенно плотный участок. Аргумент Кима приобретает особый вес.
— Идем к следующей контрольной точке, — говорит мой двойник. — Покажем, что у нас серьезные намерения.
Я соглашаюсь.
— Что нам терять? Никто не знает, как долго эта штука продержится.
Циной и Томчин собрали наши припасы в серый мешок и теперь подходят к нам. Томчину не терпится расспросить нас, однако мы его не понимаем, и в конце концов он сдается, грозя кулаком в ту сторону, откуда доносится шум.
— Я почти чувствую плотность пыли и газа, — задумчиво произносит Циной. — Она мала, но мы движемся очень быстро. Возможно, есть фрагменты и покрупнее. Если наткнемся на один из таких, разнесет вдребезги.
— Сколько у нас времени? — спрашивает Нелл.
— Мы протянули уже несколько часов. Я просто не знаю, насколько прочны остальные корпуса.
— Какая разница, — отмахивается Ким.
— Если какой-нибудь корпус сильно поврежден, мы не сможем завершить интеграцию, — возражает Нелл. — Может, этого они и ждут — чтобы один из корпусов вышел из строя.
— А нельзя ускорить дело? — спрашиваю я.
— Скорее всего нет, но я могу перевезти нас к следующей контрольной точке. Потребуется максимум час. Похоже, части корпуса уже адаптируются для объединения.
— Действуй, — говорю я.
— Давай, — говорит мой двойник.
Остальные кивают.
Нелл погружается в пространство управления и надолго замолкает. Ее глаза почти закрыты, видны лишь тонкие полоски склер. Она похожа на дремлющую кошку.
Корпус снова приходит в движение. Шум бури изменяется, но на этот раз держится на одном уровне.
— Куда подевались девочки? — спрашивает мой двойник.
— Вероятно, ушли искать маму, — отвечает Ким. — Кстати, мы с ней так и не познакомились.
— Кто такая эта Мать, и на что она похожа? — спрашивает Нелл. — У кого-нибудь есть идеи?
Я вспоминаю кровавый набросок, нарисованный на стене шахты одной из наших девочек — предположительно той, которая помогла мне родиться.
— Боюсь, она нам не понравится, — говорю я.
Внезапно шум стихает. Перемена стремительная — пара секунд, и при разговоре нам уже не нужно кричать, мы можем думать, не скрипя при этом зубами.
— У нас есть щит! — восклицает Нелл. — Он слегка смещен, но он есть! Они сдались!
Мы собираемся вокруг нее, хватаясь за тросы и перекладину рядом с пилоном, на котором установлен пульт управления. Мы уже знаем, что всем прикасаться к полусфере нельзя — дисплей на это не рассчитан. Одновременно им могут пользоваться только трое.
Пропускаем Циной вперед. «Охотник» замирает — только лапы подрагивают. Циной убрала иглы, чтобы не проткнуть ими Нелл, которая все еще похожа на спящую кошку — корпус продолжает накачивать ее информацией.
— Прекратить интеграцию? — спрашивает Нелл через секунду.
Циной убирает лапы.
— Мы защищены, — подтверждает она. — Да, щиты сместились, но все же направляют материю туманности прочь от корпуса — как и было задумано.
— Тогда я остановлюсь, — говорит Нелл.
— Почему? — спрашивает мой двойник.
— Циной утверждает, что Штурманская Группа нам нужна.
Остальные недовольны этим решением — нам бы хотелось, чтобы виновник или виновники наших несчастий были раздавлены, поглощены или уничтожены иным образом. Однако отмахнуться от предупреждения Циной невозможно.
— Разумеется, — говорю я, и Ким соглашается. — Прекрати объединение.
Странно, что мой двойник это решение не поддерживает. Он воздерживается — и от слов, и от действий, увеличивая дистанцию между собой и остальными. По-моему, он хочет правильно разыграть свои карты.
Движение корпуса по рельсам — вниз, к другому концу луны и остальным корпусам — замедляется. По слабым, еле заметным рывкам наши руки и ноги, цепляющиеся за тросы и поручни, уже ощущают то, как изменяется ускорение.
— Готово, — объявляет Нелл. — Что дальше?
— Нам с ними нужно поговорить, а они должны проявить интерес к переговорам, — говорит мой дубль. Он играет очень ловко. — В противном случае они нам ни к чему — с таким же успехом мы можем их уничтожить.
— Быть может, они хотят, чтобы мы к ним пришли, — высказывает предположение Ким, качая огромной головой.
— Приборы не фиксируют никаких признаков жизни, — говорит Нелл. — Там все заморожено. Кораблем управляем мы… пока что. Они знают, что не в силах от нас избавиться.
— Возможно, тут все автоматизировано, — возражаю я.
— Автоматика включается лишь время от времени. Системы Корабля, в общем, вышли из строя. У нас всех столько же информации, сколько и в памяти Корабля.
— Потрясающе, — замечает Ким. — Значит, главного нет?
— Можешь послать сообщение остальным корпусам? — спрашиваю я Нелл. — Вдруг пройдет.
— Только если между ними есть связь. Аварийный сигнал… — Она убирает руку с полусферы и открывает глаза, затем устраивается поудобнее на перекладине рядом с пилоном. — Работа с этой штукой отнимает много сил. Приходится все повторять по десять раз, одновременно и работая, и обучаясь.
— Тогда покажи мне, как это делается, — говорю я. Мой двойник усмехается и поднимает руку. — Покажи нам.
— И мне, — просит Ким. Томчин делает знак рукой, показывая, что ему тоже интересно. Циной следит за прикрытыми панелями иллюминаторами, словно пес — опасный печальный пес, который ждет хозяина. На нас она, похоже, внимания не обращает.
— Не знаю, получится ли, — говорит Нелл. — Вы двое говорите с корпусом по-своему, я с Управлением — иначе. Понятия не имею, почему нельзя было объединить все наши знания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
