на семейных торжествах она болтает без умолку.
Но в этот раз она молча ковыряется в тарелке, пока ее дружок распинается перед сидящей по левую руку от него Ирой. А вот это мне уже не нравится. Сестра смеется каждой его шутке и чуть ли не заглядывает ему в рот. Краем уха я наслышан об этом парне и знаю его отношение к девушкам. Если он обидит Иру, клянусь, я пробью ему череп его же бейсбольной битой.
— Все в порядке? — склоняюсь я к сидящей рядом Виолетте.
— Да, все хорошо, — улыбается и берет меня под руку.
Я и сам замечаю, что она стала расслабленнее, уже без смущения разговаривает с мамой. Я возвращаюсь к своей тарелке и непроизвольно бросаю взгляд на сидящую напротив Лизу. Она развела губы в усмешке и смотрит на нас с Виолеттой изучающе. Но ее глаза все такие же стеклянные.
Мне некомфортно находиться так близко к Лизе. Я бы с удовольствием увел Виолетту в дом, но мама конкретно присела ей на уши. Через час мучений музыка становится чуть громче, а гости раскрепощеннее. Отец уходит из-за стола пообщаться со своим лучшим другом дядей Егором. Его дочка — Наташа — к слову, танцует с каким-то парнем. Я перевожу вопросительный взгляд на Лешу, но он лишь пожимает плечами.
— Ты думаешь, этот парень прошел у дяди Егора фейс-контроль? — склоняюсь к его уху.
— Понятия не имею, — безразлично отвечает.
— Пригласи ее на танец.
Я еще раз бросаю взгляд на Наташу Кузнецову. На ней длинное сиреневое платье с разрезом до бедра, светлые волосы по пояс идеально выпрямлены. Эта девчонка, как фотомодель.
— Зачем? — Леша задает самый тупой вопрос, какой только можно.
— Слушай, хватит прикидываться, что она тебе не нравится. Пока ты жуешь сопли, она танцует с другим.
— Миш, да мне вообще по фиг! — Леша возмущенно повышает голос. — Я не отрицаю, что Наташа красивая, но проблем я с ней огребу больше.
— С чего ты это взял?
— А как ты думаешь, что будет, если я затащу в постель дочку папиного друга? В лучшем случае наши семьи просто разругаются, а в худшем случае меня принудят на ней жениться. Зачем мне эти проблемы?
— Что за бред ты несешь! — я даже слегка смеюсь словам брата. — Мы в каком веке живем? Никто не заставит тебя ни на ком жениться.
— Все равно. Наши семьи дружат десятилетиями, и я не хочу это портить.
— Сейчас ты рассуждаешь о взаимоотношениях семей, а потом будешь лайкать фотки с ее свадьбы. Подумай об этом.
— Знаешь, лучше я полайкаю фотки с ее свадьбы, чем стану на ее свадьбе женихом, — брат, смеясь, встает из-за стола и направляется в сад.
Наивный Леша еще верит, что от себя можно убежать.
Глава 31. Моя нирвана
Проводив брата взглядом, я возвращаюсь к столу. Виолетта продолжает держать меня под руку, а Лиза продолжает прожигать во мне дыру. Снова не выдерживаю и смотрю на нее. Выпитый бокал красного вина не придал ее щекам румянца, и она по-прежнему бледная, а глаза все такие же стеклянные.
В груди снова начинается вихрь из самых разных эмоций. Хотя Лиза ничего не делает и ничего не говорит, а всего лишь смотрит, но я уже испытываю целый калейдоскоп чувств: от лютой ненависти к ней до…
До чего?
Мне не нравится слово, которое неожиданно пришло в голову.
В этот момент Ярослав говорит что-то на ухо Лизе, она кивает, они оба встают и направляются в танцевальную зону. Придурок кладет руки ей на талию, Лиза обнимает его за шею, и они начинают крутиться в медленном танце. Наблюдать за ними — сродни мазохизму, но я продолжаю это делать.
Вот он снова что-то шепчет ей на ухо. Она сдержанно улыбается, как-то односложно отвечает и опускается лбом на его плечо. Ярослав ведет ладони от ее талии к спине и заключает Лизу в кольцо своих рук.
Так я и знал, что они спят!
Вообще, это, конечно, просто поразительная парочка. Такой формат отношений называется свободным: люди периодически проводят время вместе, но при этом у каждого своя жизнь. В принципе, у меня всегда только такие отношения и были, но ладно я.
Но как так может Лиза!?
Протанцевав одну песню, они возвращаются за стол. Недобейсболист своими обжиманиями не поднял Бестии настроение, она по-прежнему бледная и грустная. Но зато конкретно испортил его мне.
Новый приступ протеста против действительности, в которой я живу, ослепляет глаза. Он вспыхнул неожиданно, и мне приходится вцепиться руками в края стола, чтобы сдержать в себе эмоции.
— С тобой все хорошо? — голос Виолетты проникает в уши, будто сквозь вату.
Прикосновение ее руки к моему плечу заставляет меня посмотреть на девушку. Она выглядит обеспокоенной.
— Все в порядке, — отвечаю ей хрипло, заглушая в груди протест.
Вета улыбается, и я выдавливаю улыбку ей в ответ. Чувствую, что Лиза наблюдает за нами, поэтому, не стесняясь никого вокруг, я слегка целую Виолетту в губы.
И это снова, как контрольный выстрел тогда в машине.
Слышу, как отодвигается ее стул, замечаю боковым зрением, как она уходит в сторону дома. Идет очень быстро, почти бежит.
— А что это за девушка? — тихо спрашивает Виолетта про Лизу.
— Знакомая, — отвечаю на автомате.
— Миша, как тебе не стыдно так говорить! — возмущенно повышает голос мама. Черт, она все слышала. — Лиза сестра Миши по отцу, — поясняет Виолетте. — Это дочь моего мужа от другого брака.
— А, понятно, — тихо отвечает Виолетта и бросает на меня взгляд.
У меня нет цензурных слов.
Я раздраженно высвобождаю руку из захвата Веты и тру лицо. Крепко зажмуриваю глаза, чтобы сдержать снова нарастающий протест. Опять это чувство. Опять этот крик души, что Лиза мне никто. Внутри меня просто все вопит об этом.
Резко открываю глаза, запрокидываю голову и делаю глубокий вдох.
Это все
