Но чтобы и Сталин тоже, как Кухарчук, вышел из «агентов влияния» тайного православного ордена? Причем, в отличие от нее, оставшимся верным обету, не предавший православия?! Это уж выглядит вроде слишком авантюрно-романтично. Однако фильм шаг за шагом начинает отслеживать на документах (каждый из которых имеет точную датировку и отснят на экране), как Сталин на XII съезде РКП (б) занимает особую позицию (практически оппозицию!) при принятии резолюции «О постановке антирелигиозной агитации и пропаганды», как воздерживается при голосовании решения руководства партии об изъятии церковных ценностей. Как раз за разом, утвердившись во власти, подписывает указания о запрещении закрывать храмы, об освобождении больших групп священнослужителей из Гулага, как санкционирует открытие новых храмов и восстанавливает патриаршество. И в его тайную миссию вдруг невольно начинаешь немножко верить. Тем более, когда съемки подлинных документов из спецархивов сопровождаются хроникальными съемками встреч Сталина с церковными иерархами. Мы и раньше знали, что перед войной и особенно во время войны Сталин ухватился за православие, чтобы поднять в народе патриотический дух. Но хроникально-документальный фильм «Вождь и пастырь» заставляет поверить, что для Сталина — это была не только политическая тактика, но и духовная тоска по Православию, сыном которого он все-таки остался несмотря на все свои великие грехи. Да, оказывается, очень не однозначной фигурой был Сталин и много еще мировых тайн стоит за ним. Конечно, всё это версии, версии, которые еще надо доказывать и доказывать.
Но ведь вот и сталинский знаменитый, вроде как давно уже никем не оспариваемый «антисемитизм» («дело врачей» перед смертью в 1952-53 годах — одно чего стоит!), за который, что греха таить, Сталина так ценят и всё ему так прощают некоторые русские националисты, и, напротив, так зверино ненавидят евреи, не столь уж наивно прост.
На кадрах у Великого Кавказца с самого начала его возвышения сидел Лазарь Моисеевич Каганович, который по некоторым версиям в молодости побаловался сионистским движением (сам он это категорически отрицал, утверждал, что его оговорили, что в обнаруженных списках сионистов был его двойник с такими же инициалами!) и все «кадры» знал в лицо. Далее. Ну, почему-то все забывают, что это именно хитрый политический лис Сталин сразу после Отечественной войны начал настойчиво пробивать в Организации Объединенных Наций — и пробил-таки благородную идею независимого еврейского государства?! а за кулисой все это время, подкрепляя свою идею делом, товарищ Сталин не менее настойчиво помогал еврейским повстанцам «чехословацким» (нашим, переправляемым через Чехословакию!) оружием. Без того нашего русского оружия и без тех наших тайных военных советников в полковничьих и генеральских чинах с бесценным фронтовым опытом в Отечественной войне не было бы провозглашения независимости Израиля! а в мае 1948-го Сталин, показав всем державам пример, мгновенно признал Израиль, и на потоке стал поставлять туда опытные руководящие кадры. В сентябре 1948-го первым израильским благодарным послом в СССР прибыла аж сама Голда Меир.
Сталин вроде бы открыл дорогу — катитесь в свой Израиль. Но типичная еврейская черта, как продолжение хваленой перевозбудимой еврейской динамичности, — . грубые перехлесты. Понеслись, так уже удержу нету никакого. В раже израильской победы («Сбылись сроки! мы снова не перекати-поле, а уважаемая нация, со своей территорией, куда можно рвануть, чтобы отсидеться!») мало евреям сразу стало своего далекого Израиля — давай они здесь в России тоже к полной власти в стране опять безумно нагло рваться. В 1937-м их откинули, так они опять. И вдобавок требовать еще и собственную автономию на территории России не в далеком Биробиджане, а в благословенном крае правительственных курортов — отдайте им Крым! но даже не скрывали, что потом, «может быть, и отделятся — присоединятся к Израилю». И в результате эта иудейская эйфория еврейского национального подъема вылилась в грязную и подлую антирусскую и антиправославную кампанию, на которую толкали Великого Кавказца.
И товарищ Сталин, всегда такой мудрый, такой расчетливый, тут «поддался». Спровоцировали его, или сам перемудрил? но вот только факты.
В Отечественную войну русские без малейшей примеси Николай Александрович Вознесенский и Андрей Александрович Жданов стали любимцами Сталина. Куда же было без русских, когда надо в войне море крови проливать?! Оба стали членами Политбюро и влиятельнейшими в партии деятелями. Академик Вознесенский, талантливый экономист-хозяйственник, всю войну был председателем Госплана. Это он организовал бесперебойное снабжение фронта и наращивание экономической мощи тыла, а после войны поднимал разрушенное хозяйство. А академик Жданов, глава ленинградской парторганизации, организовал победную оборону не сдавшегося врагу Ленинграда и до самой своей смерти 31 августа 1948 года был идеологом партии.
В сентябре 1946 г. Жданов выступил на активе Ленинградской партийной организации с весьма эрудированным докладом о журналах «Звезда» и «Ленинград», развивающем идеи одноименного Постановления ЦК от 14 авг. 1946 г., написанного им же. Относиться к нему можно по-разному. Печать марксистской вульгарности в подходе к явлениям литературы, не самый удачный выбор объектов для критики, известная наивность присущи этому докладу. Но были в нем — патриотизм, гордость за русскую классическую культуру, непримиримость к наносным, «чужим», чуждым русской национальной традиции явлениям, чего до этого в партдокументах, написанных под еврейско-большевистскую, антирусскую копирку, никогда не было. Объективно, несмотря на все издержки, ждановское Постановление ЦК от 14 авг. 1946 г. Позволило в Ленинграде (и не только в Ленинграде) начать формирование «Русской партии внутри ВКП(б)». Не случайно, когда в горбачевскую «перестройку» культура провалилась в откровенную русофобию и мерзость «западной массовой культуры», то на совещании деятелей культуры у Горбачева главный редактор «Молодой гвардии»* выдающийся русский писатель Анатолий Иванов (Шолохова с нами уже не было) поднял вопрос о необходимости нового, — «типа ждановского!» — серьезного патриотического Постановления. Иванов был яростно оплеван на том совещании и затем в прессе «вольной» еврейской культурной мафией, но все мы видим, в какой позорной яме с нечистотами русская культура у нас сейчас, какое у нас вышло засилье самой низкопробной, самой примитивной «западной массовой культуры для быдла». Так что, может быть, Иванов был и прав в том, что кардинальные «ждановские» меры надо было принимать. Прими партия эти меры, может быть, и сама бы была цела, и Советский Союз еще стоял бы и стоял.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
