в самый раз, но заруби на носу, – она подняла голову. В серых глазах отразилось яркое пламя, – своруешь что – сразу обеих лишишься.
– Да я и не думала, – она обиженно поджала губы. Чтобы её принимали за воровку? Нет, Маржана прекрасно знала, что за всякое воровство боги отнимают больше.
– Смотри мне, – недобро усмехнулась Славена. – Ты, Чонгар, можешь идти.
– Как скажешь, – витязь поднялся и развернулся к выходу. – Не больно-то и хотелось у вас оставаться.
А ведь Милова их напоила и накормила с дороги. Славена даже отвара не предложила – впихнула в руки мешок и теперь пытается спровадить.
– Я провожу, – Маржана повернулась к витязю. Да, она не ошиблась: между Чонгаром и Славеной словно пробежало лихо.
– А вот это лишнее, – вмешалась Славена. – Ты теперь служишь у великого князя.
– И что же, даже друга нельзя проводить? – отрезала она. Кажется, запахло чем-то нечистым.
Маржана почувствовала, как напряглась ведунья, и не зря. Та вмиг подскочила к ней и злобно зашипела:
– Великий князь приказал тебе оставаться здесь и никуда не выходить. Ты не должна показываться людям, и никто не должен узнать, что ты носишь внутри зверя.
– Э, погоди, – вступился Чонгар. – Она что теперь, пленник или узник какой?
– Иди своим путём и не встревай, – шикнула Славена. – Девка будет жить здесь.
– И что же, – сглотнула Маржана, – даже в лес нельзя?
– Какой ещё лес?! – взревела ведунья. – Ты на службе у великого князя! Твоё дело – помогать мне с травами и не высовываться!
Вот тебе и гостеприимство, и расписной терем, и Кажимерова доброта.
– Во заладила, – Чонгар сплюнул на пол. – Великий князь да великий князь, тьфу!
Витязь вышел, хлопнув дверью. Маржана мрачно взглянула на Славену и последовала за ним. Ведунья закричала что-то вслед, а после вышла за порог и завыла, зовя гридней. Ох, не миновать беды! Услышав это, Маржана и Чонгар перешли на бег. Лишь бы хватило времени и сил пробиться, а остальное уже неважно.
3.
Награда от Славены пекла грудь, но Чонгар убеждал себя, что так будет лучше. В конце концов, ему придётся много и долго шляться невесть где, перебиваться абы чем, а что дальше – непонятно. Изначально он хотел остаться в гриднице, но, взглянув на Славену, понял: не стоит. Ведунья не потерпит убийцу Баата рядом. Она ведь сопереживала им обоим и надеялась, что выживут и вражда куда-нибудь денется.
А её слова про девку! О, после них Чонгар окончательно протрезвел и понял, что не потерпит подобного произвола. По крайней мере, не с Маржаной. Она, конечно, не блистала умом и красотой, но и сидеть взаперти не заслужила. Чонгар притащил её в княжеский терем, он же и должен был вытащить.
За спиной слышался бег. Стражники бросались к воротам, но они не успевали. Сыграло роль и недоумение: многие узнали Чонагара и не поняли, чего он вдруг сбегает, да ещё с девкой. Не княжной, не боярской дочкой, а самой простой.
Быстрее-быстрее, и раз – в ворота. Едва они оказались в городе, как Маржана сжала в руках комок меха и прежде, чем вдариться о землю, выкрикнула:
– Я найду тебя, если что!
А после её тело скорчилось. Раздался нечеловеческий рёв, который сразу перерос в рык. Стражники были совсем близко, поэтому Чонгар кивнул и побежал в другую сторону. Волчица замелькала сбоку, затем исчезла с виду, растворившись среди крыш. Гридни Кажимера разделились.
Поняв, что надолго его не хватит, Чонгар крепко сжал зубы и выдавил из себя колдовскую силу. Капля за каплей. Золотые нитки выплетались с тяжестью и звенели, говоря, что после станет очень плохо. Но ему не привыкать. Чонгар не сдавался и продолжал, пока не сложилось целое заклятье. Этого хватит, чтобы сбить со следа и затеряться в толпе.
Едва закончив наговаривать чары, он закашлялся и сплюнул капли крови. На сердце стало тяжело и больно, словно сама Морана сжала его в кулаке. Чонгар остановился возле неприметной избы. Стражники пронеслись мимо, кажется, на соседней улице. Ничего, пусть ищут – всё равно не заметят. Он для них теперь простой человек, лицо которого сложно запомнить.
Чонгар мог бы гордиться своей выносливостью, но кашель не утихал. Переборщил с чарами, вложил слишком много сил – и вот. Он осел на землю и невесело усмехнулся. Кажется, расплата за всё сделанное догнала-таки и теперь стояла за левым плечом, ожидая, пока Чонгар отпустит себя и выдохнет.
…Интересно, её глаза закрыты серебристым серпом или нет? Может, светятся по-волчьи и в них отражается колдовское пламя.
А дальше – мгла, убаюкивающая голосом матери.
XIX. Воля вольная
Век за веком две сестры
Ткут из пламени мосты.
У одной – светлым-светло,
У другой – черным-бело.
Загадка[34]1.
Надолго их не хватило. Стражники бежали следом за Маржаной, устраивая переполох на улицах. Люди охали, ахали, разбегались в стороны, не понимая, что происходит. Некоторые показывали пальцем на неё и кричали: «Оборотень! Волколак! Перевёртыш!» Находились и те, кто склонял голову, принимая её за княжича. Ратники аж останавливались, чтобы возмутиться.
Но куда им угнаться за волчицей? Когда погоня осталась далеко позади, Маржана начала красться в поисках одежды. Один двор, другой, ещё один – и удача! На верёвке висела длинная рубаха. Ухмыльнувшись, она подпрыгнула и вдарилась оземь.
Ох, как ей захотелось выругаться! Казалось, будто превращение становится всё нестерпимее, глядишь – и тронется умом после очередного раза. Через миг Маржана упала на землю, жадно вдыхая воздух. Стало холодно, аж жуть. Недолго думая, она схватила рубаху и приоделась. И башмаки нашлись у крыльца – правда, большеватые, но других не было.
Маржана поблагодарила богов за милость, мысленно извинилась перед хозяевами и скрылась за поворотом. Полдень уже прошёл, Хорс клонился к земле, хотя алого плаща на небе ещё не было. Есть хотелось по-страшному, но сперва стоило отыскать Чонгара. Может, его поймали?
Маржана хлопнула себя по лбу. Вот ведь глупая! В волчьим обличье это было бы проще и легче! Теперь снова придётся плести чары и тратить остатки сил на поиск витязя. Не перевоплощаться же снова, крича от боли. Кости до сих пор выкручивало, но приходилось терпеть.
– Мар-рж-ана-а, – послышался знакомый голос совсем рядом. – Мар-рж-ана-а…
Она побледнела и покрутила головой по сторонам. Нет, Томаша нигде не было. Тогда откуда?..
– Мар-рж-ана-а, – перед ней возник волк, белый и полупрозрачный. Он ухмыльнулся и снова повторил: – Мар-рж-ана-а…
– Чего тебе? – прошептала она. – Зачем явился?
– Идём в чащ-щу, – Томаш призывно махнул хвостом. – Идём со мно-ой…
Видение исчезло – растаяло, словно и не бывало. По спине пробежал холодок. Разве княжич не должен сидеть в тереме и славить богов за то, что вернулся домой? Видимо, снова сбежал. Или Славена послала морок, чтобы разыскать её и привести обратно. Да, скорее всего, так оно и было. Ведунья запросто могла выткать волка из воздуха
