Мы вышли на полянку перед домом, и я искоса наблюдал за Антуаном, хотелось своими глазами увидеть действие солнечного света на вампира. Всё-таки то, что пишут в книгах и снимают в кино, придумывают авторы и сценаристы, и верить им, нет никакого основания. А тут живой, точнее немёртвый вампир стоит прямо передо мной, и спокойно смотрит на солнце. Спроси меня кто об этом месяц назад, я бы ему посоветовал обратиться к психологу.
— А… — хотел спросить я.
— На меня свет уже не действует очень давно, сейчас я вижу просто солнечный свет. Хотя когда я родился, он мне приносил тепло и радость, лет двадцать пять. Потом мне подарил «Поцелуй» один пьяный матрос из клана Вентру. Он стал моим наставником, и предупредил меня о том, что солнце губительно для меня, даже солнечный зайчик мог сжечь меня. Я охотился только ночью, век за веком. Лет через семьсот, помню, тогда император Нерон спалил Рим, и моё убежище заодно, мне пришлось выскочить из горящего дома прямо под восход солнца, я сжался в испуге, но солнце лишь слегка жгло меня. Не так, как мне рассказывал наставник, и не так, как я сам видел, а как будто тебя облили очень горячей водой. Было больно, но терпимо, я успел спрятаться в подвале каменного дома. И с тех пор, я каждое прожитое столетие выходил под лучи солнца, и с каждым разом стал отмечать, что оно мне всё меньше причиняет боль. А потом и вообще перестало хоть как-то вредить, правда, по теплу я всё ровно скучаю. — Антуан стоял и смотрел куда-то вдаль, и голос его был полон глубокой тоски. Он встряхнулся и повернулся ко мне. — Снимай свою форму, вообще всё снимай, и не бойся, здесь тебя никто не увидит из женского полу. Для большинства оборотней этот парк запретное место.
И сам начал снимать свою одежду. Блин, интересно, а среди вампиров бывают нетрадиционной ориентации??? С опаской, и готовый ко всему, я снял свою форму и бельё, вампир прошёл мимо меня в свой дом, и вскоре вышел оттуда с двумя баночками. Уж не смазку ли он несёт?! Проскочила мысль у меня в голове.
— Держи, здесь чёрная краска, смажь ей кончики своих пальцев, а я смажу белой. И перейдём к тренировке. — Я как он и сказал, обильно смазал свои пальцы. — Смотри, я сейчас проведу атаку с примерной скоростью новообращённого Ноосферату, ты никуда не дёргайся, просто попытайся разглядеть само движение.
Уставившись во все глаза на Антуана, я изо всех сил вызывал в себе ускоренное восприятие, но видно не изо всех. Так как Антуан размытой фигурой сорвался с места, и я понял, что он поднял меня за горло и тихо шепчет на ухо:
— Если ты так будешь вести себя на арене, то загодя напиши завещание! — и отпустил меня. — Ты не используешь свою силу оборотня!
— Но как!? Чтобы использовать её, мне надо обратиться! — Во мне начала разгораться ярость. — «Малыш! Давай боевую! Сейчас мы покажем зубастику, что мы можем!»
В тот же миг, Малыш начал трансформу, я резко увеличился в размерах, костяная броня укрыла самые уязвимые участки тела, ярость заполнила мою сущность. Я взглянул, на такого маленького вампирчика, и проревел:
— Что ты теперь скажешь кровосос! Давай попробуй снова, и я покажу тебе, где раки зимуют!
— Впечатляет, очень впечатляет! Но твой размер тебе не поможет. — Он снова размылся в воздухе, но теперь я видел его более отчётливо. Я уже собрался схватить его тонкую шею лапой, как он неуловимо быстро поднырнул под мою руку, оттолкнулся от колена, и в прыжке провёл левой рукой по шее. Затем отскочил от меня подальше и остановился. — Вот видишь, твой размер сыграл с тобой злую шутку, ты просто не сможешь поймать вампира, а он может наносить тебе бесконечное количество ударов. В конце концов, твой ГОЛОД перестанет регенерировать твои повреждения, и эта туша сама склонится под жадные клыки Ноосферату. Меняй форму на более меньшую, посмотрим, может ещё не всё потеряно.
— «Малыш, какая форма подходит под такие параметры: маленький размер, но клыки и когти присутствуют?»
— «Номер два, ты уже не помнишь, как на уроке мы обращались в неё?» — Пока он говорил, форма уже сменилась.
Теперь я не намного, превышал размером Антуана, если раньше нас можно было сравнить как слона с моськой, то теперь как мастиффа с французским бульдогом. Моё тело стало походить на голого медведя, с уродливой головой. Ощупав голову, я обнаружил, что она словно находится в эволюции между черепом человека и медведя. Рот, нос и скулы были вытянуты вперёд, но ненамного. Шевелюра на голове перешла в короткую гриву, кожа стала ещё чернее, чем у первичной формы. Ногти на руках были заострённые и больше всего смахивали на недоразвитые когти.
— Налюбовался собой, может, перейдём к тренировке? — Антуан с усмешкой наблюдал за моими манипуляциями.
Следующие несколько часов слились для меня в одну нескончаемую тренировку, Антуан, раз за разом атаковал меня, и хоть теперь я чётко видел его движения, но всё ровно вскоре был весь покрыт белыми полосами. Надо признать, его тренировки приносили, ощутимый результат, с каждым разом ему было всё труднее достать до моего горла. Но и мне, тяжелее было с каждым разом хотя бы зацепить его, усталость наполняла моё тело.
— Всё, время вышло, сейчас сюда придёт Герман. — Не стал в очередной раз меня атаковать Антуан. — Признаюсь, теперь у тебя есть шанс не погибнуть в первую минуту. Но если ты так и будешь продолжать тормозить с ответом, то третью минуту ты не увидишь!
Как он и предсказал, в эту минуту на поляну вышел мой руководитель группы. Он нёс в руках большое чёрное полотенце, по-видимому, он знал, как проходят тренировки у Антуана. Сунув мне в руки полотенце, он спросил Антуана.
— Ну, и какие у него шансы?
— Примерно пять процентов, он неплохо стал защищать свою шею, даже я на всей своей скорости не смог коснуться неё, а уж, чтобы укусить и подавно. Если он сможет зацепить новообращённого в первую минуту, я буду удивлён. Если нет, то эти пять процентов и есть его шансы на победу. Он по какой-то причине не контратакует? — Антуан стоял уже одетый. — Правда, с новообращённым ему это и не понадобится. И запомни Михаил! Ноосферату крайне ужасны с виду, не впади в ступор, если увидишь калеку, вампиры этого клана любят дарить свой поцелуй инвалидам.
Я кивал головой, и старательно вытирал на себе белую краску. Она почему-то не исчезла, когда я снова обратился в человека. Кое-как стерев краску, я оделся, затем мы попрощались с вампиром, и пошли в медвежий дом. На территории школы зажглись многочисленные фонари. В доме ещё никто не спал, Костя, Олаф и даже Таня дожидались меня внизу. Как только мы зашли, учитель указал мне наверх.
— Иди, набирайся сил, у нас мало времени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
