прекращать вести следствие по картам Таро, нужно собрать воедино все хвосты и отработать каждую линию. Конечно, Соболев сказал, что создал супермозг, но все ошибаются, — Анна Михайловна замолчала. — Я хочу, чтобы мы нашли его ошибку. Или слабость.
Стало слышно, что за дверью кто-то остановился, потом прогремели шаги бегущего человека, и дверь распахнулась.
— Эвакуируемся!
— Что такое? — вскинулся Визгликов.
— В здании бомба, по крайней мере, так сообщили, — возбуждённо сказал дежурный.
— Что-то наш подопечный совсем разошёлся, — сказал Стас, — даже торт доесть не дал, паскуда.
Высыпавших на улицу сотрудников управления оттеснили на безопасное расстояние сотрудники МЧС, люди тревожно переговаривались, некоторые, поняв, что рабочий день не задался, отправились в ближайший бар, кто-то воспользовался случаем сходить по делам, а Лисицына и остальные сели в микроавтобус, присланный Ковбойкиным, и отправились на новое «место постоя», как язвительно назвал эту затею Визгликов.
— А это мы теперь как в коммунальной квартире жить будем? — глумился Стас. — Тогда, Кирюха, найдите-ка мне по-соседски вот с этого сайта, — он передал молодому человеку кусок бумажки, — высокую блонду Альбину.
— Серьёзно? — набрав на телефоне название, спросил Кирилл.
— Абсолютно! Надо мне с ней покалякать.
— Только теперь ты везде будешь с сопровождением, — проговорила Лисицына.
— А в тубзик?
— Анна Михайловна, а моя мама? — вдруг встрепенулась Глаша. — Она как?
— Не волнуйся, за всеми присмотрят, — и, предупреждая её вопрос, добавила: — И твою машину на эвакуаторе пригонят.
Под вечер, когда все собрались в кабинете с громким названием «для служебных совещаний», Кирилл положил перед Погореловым невысокую стопку распечатанных фотографий.
— Это всё, что вытащили с камер.
— Ок, завтра смотаюсь, врачу покажу.
— Аня Михайловна, я, возможно, дурак какой, но насколько я помню, то письмо было адресовано конкретно мне, — сказал Визгликов. — Может, твой Соболев какую-то игру затеял? Не он ли всё-таки стоит за всем? А как понял, что баста, слился.
— Стас, нужно проработать все версии. Про семью Соболева что-то удалось выяснить? — спросила она у Кирилла.
— Да. У него жена есть.
— Я её завтра на допрос вызвала, — сказала Глаша.
— По Марку, — сказал Визгликов, читая сообщение от Нинель, — ждут токсикологию, пока не ясно, что стало причиной смерти. При этом я чётко понимаю, что в тот момент, когда я с ним общался, а было это непосредственно перед смертью, он был под препаратами.
— Да, ещё там один из ребят заметил его машину в городе, сейчас отрабатывают все возможные маршруты с этого места, чтобы понять, что он там делал, — проговорил Кирилл.
От входа послышались какие-то вздохи, громкий стук и недовольный голос Казакова.
— Это, уже знаете, ни в какие ворота не лезет, — сказал криминалист, катя за собой чемодан. — Почему тогда судмедэкспертов не переселяют?
— А у них товар скоропортящийся, — сразу отреагировал Визгликов. — А у тебя особо ценные сведения, Юрий Арсеньевич.
— Не смешно, Стас, меня вот жена ждёт, а я за неё переживаю.
— Юрий Арсеньевич, давайте будем меньше эмоционировать и больше делать, тогда есть вариант поймать этого сукина сына как можно скорее, — заметила Лисицына.
* * *
Сергей подошёл к новенькой двери в одной из парадных недавно построенного жилого комплекса, критически оглядел свои ботинки, измазанные жёлтой грязью, полосами льющейся по дороге от развезённых большегрузами луж, и с недовольством поглядел за спину, где обрывалась красивая картинка комфортной жизни и вовсю шло возведение новых зданий.
— Мужики, здесь подождите, а то что мы всей толпой пойдём, — сказал он сопровождающим.
Ребята покивали и уткнулись в смартфоны.
— Работнички, — покачал головой Погорелов.
Поднявшись на лифте с заклеенными картоном стенами, Погорелов вышел на нужном этаже и остановился в нерешительности, ему было не по себе после того раза, когда он фактически нахамил человеку, так тепло к нему отнёсшемуся. Но дело есть дело, а у них оно было крайне срочное.
— Кто там? — из квартиры раздался звонкий девичий голос.
— Простите, мне нужен Анатолий Петрович. Я из полиции.
Вслед за щёлкнувшими замками, в обрамлении просачивающихся в квартиру солнечных лучей, Сергей увидел совсем юную девушку.
— Здравствуйте, — весело сказала она, — проходите, — отступив, барышня приветливо поманила Погорелова. — Я Кира. Сестра Толи. Он спит, но ему уже пора просыпаться.
Только сейчас Погорелов заметил, что перед ним уже вполне взрослая женщина, но на первый взгляд этой миниатюрной блондинке с короткой стрижкой он бы не дал и восемнадцати лет.
— Здравствуйте. Простите, что я так вваливаюсь. Но, к сожалению, мне срочно нужно переговорить с Анатолием Петровичем.
— Вваливайтесь сколько угодно, — рассмеялась Кира. — Завтракать с нами будете?
— Ой, нет. Спасибо большое. Это неудобно, — замялся Погорелов.
— Всё очень удобно. Кофе с молоком?
— Да, и с сахаром.
— Тогда марш в ванную, мыть руки. И пошли на кухню, а Толя сейчас придёт, — Кира оглянулась в коридоре и поймала взгляд Погорелова, который рассматривал её точёную фигурку. — На завтрак омлет с томатами и зеленью, бекон, смузи. Вы всеядны?
— Да, — Погорелов помотал головой. — Но я не знаю, что такое смузи.
— Вот и познакомитесь, — снова рассмеялась девушка.
Погорелов заперся в ванной, ополоснул холодной водой раскрасневшееся лицо и несколько минут смотрел на себя в зеркало. Предложить такой девушке ему было однозначно нечего, кроме оплывшего после бессонной ночи лица, вечной занятости и отсутствия денег. А ещё была мама, и это всегда был последний гвоздь в крышке любых серьёзных намерений Сергея. Поэтому ему проще было придумать себе легенду, что ему никто не подходит, и поверить в неё самому.
В раздумьях Сергей открыл дверь из ванной и на пороге столкнулся с мрачным Чихалкой, который воткнул в него взгляд и стоял не двигаясь.
— Я чё-то не помню, чтобы с той заправки в мою ванную портал прорубили.
— Простите, Анатолий Петрович. У меня к вам несколько срочных вопросов, и на службе дали ваш адрес.
— Поссать можно?
Погорелов молча посторонился и едва успел вылететь из ванной комнаты, прежде чем Чихалка начал демонстративно раздеваться.
— Кира, вы простите, но я, наверное, не буду завтракать, — тихо сказал Сергей, появляясь на кухне.
— Это ещё почему? Боитесь смузи?
— Нет, я думаю, ваш брат будет не очень доволен.
— О как! — девушка развернулась к столу со сковородкой и стала со всех сторон, быстро мелькая лопаткой, поддевать разноцветный круг яичницы. — Чем же вы ему не угодили?
— Да я накосячил. Он ко мне тепло отнёсся, а я как дурак.
— Понятно. Спросили, откуда такая фамилия? — расплылась в улыбке девушка. — А всё просто. Мой брат азартен и любит спорить. Но не умеет проигрывать. Страшно злится. И друзья его проучили, — Кира разлила по чашкам ароматный кофе. — Так вот, они с ним поспорили, и он
