полные лёгкие воздуха, сказала девушка, позвонив матери.
— Глаша, Глаша, Воробушек. Мне позвонили несколько часов назад, сказали, что ты нашлась. Что произошло? — в телефоне послышался крик матери.
— Ты где? Я сейчас приеду.
— Я на нашей квартире. Я жду тебя.
Глафира повесила трубку, подошла к сверкающему новизной боку автомобиля, нажала на пульт, и через минуту уже ехала в сторону отчего дома.
— Ой, и откуда же такая роскошь? — услышала Глафира голоса за своей спиной, когда припарковалась на улице и подходила к арке.
Девушка оглянулась, увидела кочующую стайку старушек, которые сейчас покинули насиженные места возле парадной и мигрировали в магазин.
— Любовник подарил, — устало выдохнула Глаша и без дальнейших разговоров просто скользнула в прохладную тень арочного проёма.
Девушка поднялась по лестнице, коротко глянула наверх, туда, где находилась квартира Нефёдовых, стоявшая до сих пор опечатанной, и позвонила в свою дверь.
— Глаша, ты с ума сошла? — мама с порога начала плакать. — Ну как так можно? Я уже всё передумала.
— Мам, прости. Я своё уже от Лисицыной получила. У меня телефон разрядился, а Латунин, — девушка мысленно извинилась перед опером, — забыл ей сказать, что я в область поехала статистку по кражам снимать, — несла какую-то околесицу девушка.
— Но в квартире погром?! В квартире была кровь.
— Мам, я время перепутала, когда электричка должна прийти, заторопилась, сорвала занавеску. Порезалась, — тараторила девушка, заваливая заплаканную женщину мелкими подробностями. — Прости!
— Глаша, всё. Я просто настаиваю, чтобы ты уехала со мной. Это невыносимо! Ты даже не представляешь, что я пережила за эту ночь. Ты с этой работой перестала быть нормальным человеком, ты потеряла грань ответственности и стала безоглядно эгоистичной.
— Мам, — каждое последующее слово давалось с новой болью, но девушка прекрасно понимала, что родительская опека должна приобрести удалённый характер, — я тебе уже говорила, что никуда не поеду, и давай поставим точку в этом разговоре.
— Как же быстро ты меня удалила из своей жизни. Точно так же, как когда переехала в Москву.
— Мама, тогда ты была не против даже переехать ко мне туда, — тихо проговорила Глаша. — И сейчас подменяешь понятия. Короче, я и правда очень занята по работе и поэтому не буду пускаться в долгие душевные разговоры. Пожалуйста, прими ситуацию такой, какая она есть, — проговорила Глафира. — Когда ты уезжаешь?
— Послезавтра, у меня образовались неотложные дела. Сегодня ночевать буду у бабушки.
— Тогда позволь мне поспать несколько часов, а потом я тебя отвезу.
— На чём? — спросила мать.
— На машине. Премировали меня за хорошую работу.
Глафира окунулась в пахнувшее свежестью постельное бельё, прикрыла глаза и просто заснула.
Глава 10
День выдался ветреным, и природа явно не знала, на каком настроении сегодня остановиться: сначала по небу пробежало стадо тучек и вроде как брызнул дождь, потом показалось яркое солнце, а вскоре и вовсе объявили, что ближе к вечеру будет штормовое предупреждение.
Погорелов, обжигаясь дрянным кофе, перехваченным в киоске, сонно потирал глаза и клял на чём свет стоит Визгликова и Польскую, которые так и не явились вчера к месту сбора, и Сергею пришлось одному решать оперативную задачу по расслаблению в баре. А сегодня с самого утра у него разрывалась голова и телефон, потому что попеременно звонили то Визгликов, то мама, у которой отвалились недавно приклеенные обои, то соседи, потому что Погорелов вчера заснул перед орущим телевизором, и люди не могли полночи уснуть.
Остановившись перед розоватым зданием станции скорой помощи, Сергей поискал глазами урну, выбросил туда бумажный стаканчик и, сунув на входе в лицо охраннику удостоверение, хрипло спросил:
— А где мне найти, — он на секунду задумался, вспоминая номер бригады, выезжавшей к месту дорожного происшествия, в котором погиб Журавлёв, — там у фельдшера такая фамилия смешная, — Погорелов поцыкал языком, вопросительно глядя на суровое лицо мужчины.
— Чихалка Анатолий Петрович? — поджав губы, вопросительно проговорил мужчина. — Но он прямо звереет, если даже улыбнуться при произношении, — подмигнул он Погорелову и открыл турникет. — Третья дверь дальше по коридору.
— Информирован, значит, вооружён, — благодарно покивал Погорелов и направился к указанному месту. — Можно? — Сергей постучал по новенькому полотну двери, которое сразу же открылось, и из помещения быстро вышли несколько мужчин в униформе.
— Что вы хотели? — приостановился один из них.
— Мне Анатолий Петрович нужен, — Погорелов решил не заострять внимание на фамилии, так как был не в самом лучшем расположении духа и мог сорваться, если бы ему нахамили.
— Я! — отозвался собеседник и побежал дальше оглядываясь. — Мы торопимся на вызов.
Погорелов тяжело вздохнул и посеменил рядом.
— Мужики, я тоже на службе, совсем не улыбается вас здесь ждать. Может, я с вами? Несколько вопросов задам, и всё. Котелок с утра совсем не варит.
— Понимаю, — усмехнулся Чихалка и треснул себя пальцами по шее, — усугубил?
— Было дело, устал как собака, — не стал отпираться Погорелов.
— Ладно, пошли в машину, я тебе витаминки заодно вколю, будешь как новенький.
Погрузившись в машину, Погорелов устроился в кресле, где обычно едут сопровождающие, и воззрился на Чихалку, ловко набирающего в шприц растворы из разных ампул.
— Вы же выезжали на место ДТП, на трассу несколько дней назад.
— Ох, куда мы только не выезжали, — доктор покачал головой. — Что там было-то?
— Возле АЗС машина в кювет ушла, — Погорелов назвал трассу и опасливо покосился на остриё иглы.
— Заголяйся, — скомандовал доктор.
— В смысле руку?
— В смысле жопу, — широко усмехнулся Чихалка.
Сергей неловко повернулся и стал расстёгивать ремень.
— Больно, наверное?
— Слушай, у нас для капризных пациентов есть особые приспособления, — засмеялся мужчина, — ты ж опер. Так что не бзди. А насчёт аварии той, — он быстро вогнал иглу, нажал на поршень и проговорил, — всё, облачайся. Насчёт ДТП, ну а что там? Всё как обычно. Один, помню, сразу был груз двести, второй триста.
— Второй что? — нахмурился Погорелов.
— Не служил, что ли? — удивился врач.
— Нет. На сборах был. У нас в институте военная кафедра была. — Погорелов уселся обратно на кресло и почувствовал, как организм внутри словно расцветает.
— Короче, раненый один был. Еле довезли.
— Этот мой коллега. А погибший, Марк Журавлёв, тоже оперативником был, — Сергей помолчал. — Ничего необычного не было?
— Да вроде нет, — раскладывая всё на свои места в укладке, сказал доктор, — позвонили, мы как раз недалеко находились, подъехали быстро. Дэпээсники минут через десять после нас примчали. Я Славычу тогда, водиле нашему, сказал, чтобы он их предупредил, что один погиб, а со вторым мы помчали, не было времени разговоры разговаривать.
— Понятно, — Сергей задумался. — Что ж, спасибо, — Сергей вздохнул, — огромное спасибо, что Ромку
