такого нет. Я не хочу страдать, как Дай… Черт, Ана не спрашивай, он тебе потом расскажет про себя.
— Что расскажет? — меня заинтересовало, то о чем, явно проболтался, брат.
— Это его жизнь.
— Он ее с моей связать хочет. Говори.
— Без подробностей, тогда. Семьсот лет назад он встретил демонесу и полюбил. Назначили свадьбу, а он, за неделю до нее, обнаружил эту девушку в постели друга. В общем, оказалось, что демонеса его обманывала ради власти и богатства. Дай, тогда выгнал ее из империи, а сам, где-то пропадал десять лет. После построил Академию. Я знал, как ему плохо. Его просто разрывало на части он горечи обиды. Потому что он любил, а его нет.
— И сейчас ее любит? — срывающимся голосом, спросила я.
— Нет, что ты. Он ее забыл давно. А как появилась ты, так вообще, не о ком не думает, кроме тебя. Будь уверена. — Слова братишки меня убедили, но разговор нам с ректором предстоит серьезный.
— Так ты считаешь, что русалка тебя разлюбит и уйдет?
— Да. Все может быть. Понимаешь, мне тяжело. Сначала, я потерял родителей, и эта трагедия глубоко засела в моей душе. Потерять еще кого-то я не смогу. Не переживу. Я волнуюсь за тебя, но более менее спокоен, потому что Дай не даст тебя в обиду. На тебе столько защиты, что и пыль на тебя не осядет. А Лина, она кажется такой хрупкой и беззащитной, что мне страшно до нее дотронуться.
— Ты не прав, русалочка, самая сильная из всех, кого я встречала, может и не так физически, как морально. Тебе никогда не пережить того, что было с ней. И сейчас, она любит тебя, а ты, так грубо к ней относишься. Ее сердце рвется на куски от твоих выкрутасов, но она подставляется сама, чтоб только тебе не было больно. Если бы не она, мы бы с вампиром давно на тебя набросились. Я ее ели уговорила не уходить из академии.
— Что? — перебил меня демон, — она хотела уйти?
— Да, после того случая с приступом. Она собралась и почти ушла, если бы не встретила меня и Сальвес на дороге. Русалочка тогда заступилась за меня и поэтому, теперь ты у нее преподаешь.
— Почему ты не рассказала мне? — спросил меня брат.
— Я даже смотреть на тебя не могла после того, что ты натворил у лекарей.
— Прости. Я попытался извиниться сегодня перед русалкой, но она в обычной манере, сказала, что все нормально. — Тихо проговорил декан по боевой подготовке.
— Попробуй еще раз. Не мне тебе указывать, что делать или тащить под венец с русалкой, но я уверена, что Лина никогда не предаст тебя. Возможно, стоит просто попробовать. Это не мой секрет, и не мне его рассказывать, но Грин, возможно, для Лины сейчас последние месяцы жизни. Возможно, один из следующих приступов станет для нее последним.
— Что ты говоришь? Что, черт возьми, ты несешь? Ана, как? Что с ней? — на демона было страшно смотреть. Его глаза полыхали красным, появился хвост, когти то отрастали, то пропадали.
— Эти приступы с детства. И ей нагадали, что если она не найдет выход, то жить ей осталось недолго. Есть вероятность, что ее день рождение через пару месяцев, будет последним.
— Вечером увидимся, — только и сказал брат и исчез в портале. Прости меня, русалочка. Но не могу я больше смотреть на ваши страдания.
Анхелина
Как же я сегодня устала. Хочу спать. Но сначала душ. Еще, нужно прочитать параграф по истории Андалии, но этим займусь вечером. Голова раскалывается. Стараюсь не о чем не думать. Но получается мало.
В душ очередь. Снова. Отстояв примерно минут пятнадцать, проскользнула внутрь. Не люблю горячую воду. Всегда принимаю чуть теплый душ. Как морская вода. Завернулась в полотенце и мелкими перебежками вернулась в комнату. Открыла дверь и угодила в чьи-то объятия. Вскрикнула и начала вырываться.
В голове всплыло воспоминание, годовой давности, как меня крепко удерживали руки мужчины, а от него несло алкоголем, вперемешку с запахом пота. Он пытался меня облизать своим языком, а я вырывалась, как могла. Затем удар. Еще один, и еще. Я шепчу «не надо». А он кидает меня на пол и наваливается сверху. Рвет на мне одежду и раздвигает ноги… Нет, пожалуйста.
— Русалочка моя, что такое? — Нежный и такой родной голос с беспокойством шепчет на ушко, и я поднимаю глаза на того, кто меня держит. Грин.
Тело в момент расслабляется, и я бы рухнула, но демон подхватывает на руки и садится на диван, а меня умещает у себя на коленях.
— Лина, что случилось? Я не сделаю тебе ничего. Чего ты испугалась?
— Просто не ожидала вас здесь увидеть, — никогда не смогу ему рассказать всего, что со мной было.
— Ты опять? — как то устало, сказал декан, а я посмотрела на него вопросительно. — Назови меня по имени, пожалуйста.
— Грин…
— А я думал, ты уж забыла, — улыбнулся мужчина.
Я улыбнулась в ответ. Посмотрела на свои голые коленки и вспомнила, что на мне только одно полотенце. Лицо покраснело в момент, и я попыталась встать. Меня не пустили. Прижали крепче.
— Лина, пообещай мне не уходить из Академии из-за меня.
— Амалия сказала? — догадалась я.
— Пообещай.
— Не могу.
— Почему?
— Это не важно. Не обращайте на меня внимания. И можно я встану и оденусь, хотя бы?
— Нет, сиди. Мне… мне так хорошо. Чувствовать тебя рядом. Дышать твоим запахом. Дай, хотя бы немного, насладиться этим. — Грин говорил все это тихо. А у меня душа переворачивалась от его слов. Что он со мной делает. Не могу я так. Не могу.
— Ты немного насладишься, а я потом всю жизнь страдать буду. Дай мне одеться, — психанула.
Ну, правда, нервы не железные же. Я начала вырываться, а декан удерживал. В итоге я победила и, улучив момент, вскочила с колен лорда. Но он зацепился за полотенце, и оно почти слетело с меня. Успела в последний момент удержать его на груди. Спина оказалась голой. И как назло, за мной стояло зеркало, в котором я и отражалась. Слава Светлой, длинные волосы закрывали важные стратегические места.
Грин посмотрел на зеркало, потом на смущенную меня, придерживающую полотенце. Закрыв глаза, глубоко вздохнул. Открыл, а в них чернота.
— Что ты со мной делаешь, маленькая, вредная и, в тоже самое время, слишком правильная, добрая и такая… любимая… Лина, прости, но я не могу больше…
С этими словами меня притянули к себе, выдернули полотенце, откинув в сторону, и
