меня сосед алкоголик. Хотя, когда-то, он был мастером этого дела.
— Сюда ты как попала?
— Сняла тетушкино наследство, оставленное мне, и перебралась на сушу.
— Скажи правду, Лина, — серьезно посмотрел на меня Грин.
— Я говорю правду, — опустив глаза, промямлила я.
— Ты убежала от своего дяди?
— Нет, я убежала от… — черт, черт, черт. Что я говорю? Демон смотрит на меня и, явно, ждет продолжения. Проболталась.
— От кого? Скажи мне, русалочка моя. Найду и убью, — забота в голосе сметала все преграды, которые я упорно воздвигала перед чувствами к этому мужчине.
— Они и так мертвы, — прошептала я.
— Из-под земли достану и с того света верну, чтоб обратно их туда запихнуть, но более изощренно.
— Кровожадный ты!
— Не уходи от темы.
— Мой дядя продал меня в гарем одного паши…
— Дальше, — почти приказ. Глаза горят красным пламенем. Я решилась. Таких подробностей даже Амалия не знает.
— Было неприятно, стоять и слушать, как мной торгуют. Зато я знаю себе цену. Триста золотых. Мое тело, моя честь и моя жизнь. В гареме на два дня про меня забыли. А потом к паше приехали друзья… Целый день были слышны их голоса, смех. Слуги только успевали носить им выпивку. Вечером, приказали переодеться и идти в одну из комнат. Я понимала зачем. Девушки мне все рассказали за эти несколько дней. Я отказалась, но моего мнения никто не спрашивал, меня просто зашвырнули в нужную комнату и закрыли дверь. Там, на кровати, лежал полуголый мужчина. Он сказал раздеться и лечь с ним рядом. Я и с места не сдвинулась, просто плакала и молилась, чтоб случился очередной приступ, который, наконец, закончит мои мучения. Тому человеку надоело ждать и, подойдя ко мне, вздернул меня на ноги, и стал прикасаться… всем… помню… я вырывалась, кричала, но ничего не помогало. Он начал меня бить, руками, потом ногами. И когда мне было тяжело уже и слово сказать, разорвал одежду… Не знаю, как тогда не потеряла сознание, да и вообще в здравом уме осталась… Мне было больно, противно, страшно… я… не…
Слезы потекли по щекам, а я говорила и говорила. Оказывается, уже сижу в капкане рук декана. Он гладит меня по волосам и сжимает крепко-крепко. Болезненно.
— Не говори дальше, — ели выговорил Грин. Уткнулся мне в волосы и пытался, видимо, сдержаться, так как телом я чувствовала, что у него под кожей буквально огонь бежит.
— Нет, Грин, он не успел. Тогда ворвался кто-то к паше в дом, и их всех переубивали. Подожгли все. Я успела сбежать. Если не ошибаюсь, то это были демоны. Вроде, ипостась ваша. У одного, того, кто убивал моего мучителя, были крылья.
— Что? — зарычал декан, а я, испугавшись, отпрянула от него. — Прости. Когда… Когда это с тобой случилось?
— Год назад. — Ответила, ели языком ворочая. Вокруг моей талии обвился хвост, и я, схватив кисточку, начала с ней играть.
— Так, это была ты. Не может быть…
— Ты о чем?
— Этот урод… в смысле паша, к которому ты попала, как то умудрился выкрасть младшую сестру Дая. Но она девочка шебутная, обманула стражу и сбежала, но успела узнать и увидеть, что там твориться. Мы с Наследником и еще несколькими демонами, решили навестить этого ублюдка. В окно я увидел, как какой-то мужик избивает девушку, волос и лица видно не было, но крики я слышал отчетливо, побежал, на ходу принимая боевую трансформацию. В общем, пока я расправлялся с этим… да и стража поспешила. А дом уже наполовину полыхал, это Дай с демонами постарались. Той девушки, я так и не нашел. Ты была не единственной жертвой в тот день. Одна из них и сказала, что тебя видели убегающей.
— Это был ты? Но крылья… откуда? — я была в шоке. Это он меня тогда спас. Не может быть. Светлая, это он меня избавил тогда от незавидной участи.
— Мой род по маминой линии исходит от одного из богов, и через несколько поколений рождаются вот такие, как я. Русалочка моя, я так рад, что тогда оказался там. Не представляю, что бы сейчас было, опоздай мы хоть на минуту.
— Зато я представляю.
— Не думай об этом… Так. Подожди. Лина, ответь мне на один вопрос.
— На какой? — я насторожилась. Уж очень сердито он говорит и смотрит на меня.
— Ты девственница?
— Эмм, да.
— Так значит сегодня, когда мы на кровати… ну, ты понимаешь, о чем я, и ты не сказала мне с самого начала, что ты еще девушка? — почему он злиться?
— Не сказала, и что? Какая разница то?
— Большая, для меня большая. Черт, Лин. Ну почему ты такая, а? — декан прикоснулся к моему лбу своим. — Ложись. Тебе нужно выспаться.
— Останешься со мной, пока я не усну. — Не знаю, почему попросила его об этом. Но мне хотелось сейчас, чтоб декан был рядом.
— Конечно, родная! — уложил меня на кровать, опустил балдахин, а сам устроился за моей спиной, крепко меня обнимая. Ткнулся в волосы и прошептал, — Спи, любимая.
— Спокойной ночи, хомячок, — вспомнился мне рассказ Амалии.
— Сестренка ответит мне за свой длинный язык, — находясь на грани сна и яви, услышала я. И следом, меня по щеке погладила кисточка хвоста. Кажется, я поймала ее и прижала к губам. Возможно…
Глава 4
Амалия
Кто придумал по утрам спортом заниматься? Наверное, тот, кто никогда этим не занимался. Изверги.
Как там моя русалочка? Если Грин ее опять обидел, оприходую его воздушным хлыстом.
Блин, опаздываю.
Сегодня опять ночевала у ректора. Уже даже привыкла. Камин вспыхнул. Чувствует он, что ли, когда я его вспоминаю?
«Доброе утро, маленькая моя! Ты только проснулась? Поторопись, опоздаешь. Не забудь позавтракать после тренировки. Грину привет. Люблю тебя. Жених».
Он всегда подписывается жених. Мне нравится. Интересно, это вообще нормально за неделю полюбить? Хотя о чем я? Я в него влюбилась еще с первого взгляда.
На стадион бежала галопом. На голове, не понятного вида, пучок, а футболка наизнанку. Ну, и ладно.
Навстречу мне шел Крист. Хмурился. Подошел, обнял и чмокнул в щечку.
— Где Лина, — спросила я.
— Нет ее. И декана нет.
— А Мия?
— Нашла о ком меня спрашивать, — пробурчал вампир.
Девушку с бардовыми волосами, он не то что не любил, но как то относился к ней с постоянными претензиями. За вчерашний вечер, они даже Грина довели до белого коления, пока мы ждали пробуждения русалочки.
Через полчаса, после нашего разговора с братом, в общежитии ко мне постучалась
