только намечались, но ранний подъем требовался для того, чтобы все успеть.
Без секретаря было как-то не комфортно. Но что поделать? Покупать на него отдельный билет на Караван — слишком затратное дело.
В целом Богатыреву не нравилась Османская Империя, но у него на нее были свои планы. Во-первых, нужно успеть покинуть страну до начала войны. Во-вторых, заработать денег на личной вендетте монгольского портальщика и Кузнецова, который, вот чудо, попался на крючок и последовал за ним.
Наверняка, его пацана уже доставили во Владивосток. Кузнецов думал, что Анатолий повезет мальчишку до курьера, и решил поиграть в героя, однако по изначальному плану они должны были похитить пацана, а потом морем переправить в Китай и так доставить монголу. Все же так куда быстрее и безопаснее.
Однако у Богатырева был план с визитом к султану Сулейману, куда он, собственно, и собирался.
Выпив кофе и закинув в себя вкусную яичницу с пресной колбасой, князь вызвал машину. Встреча обсуждалась еще вчера, и о ней никто не знал. Все обещалось пройти на высшем уровне секретности, так что никаких проблем.
До дворца ехать шесть часов, и времени хоть отбавляй, чтоб сделать все дела. Для начала Богатырев взял всю прессу, которую нашел в отеле, и не спеша прочитал все политические новости. На глаза сразу попалось объявление войны и убийство гвардейцев.
Последнее его заинтересовало. Место расправы было недалеко от зоны прибытия Каравана.
Анатолий был достаточно умен, чтобы понять, кто стал причиной массовой резни. У него в голове возник еще один интересный план, который обещал принести немного денег.
Отложив газеты, Богатырев достал телефон, который заботливо положил помощник, и набрал единственный забитый в память номер.
— Алло, это я, — сказал Богатырев.
— Да. Слушаю, — ответил Барган Парантир.
— Кузнецов в Османской Империи. Скоро его будет разыскивать все полицейские страны. Так что в твоих интересах поспешить, — произнес Богатырев, стараясь скрыть веселье в голосе. — Не убьешь ты, убьют гвардейцы, или султан Сулейман.
— Вот как… Что ж, этого я не могу допустить. Ты знаешь, где он?
— Возможно…
— Я понял. Номер счета скинь сообщением. Деньги придут в течение часа.
Барган понимал, что информация стоит денег, и не спорил. Да и смысла не было.
— Хорошо. Тогда поспеши. Однако…
На заднем фоне по радио передавали новости и говорили про убийство очередной группы гвардейцев.
— Погоди… — сказал Богатырев портальщику и выключил микрофон.
«… с места преступления вынесли десяток трупов гвардейцев султана. Немыслимая трагедия! Однако теперь у нас есть точные данные по нападавшему. Кто бы мог подумать, что имперцы сработают так быстро! Трусливые твари! Прибыв на Караване, Кузнецов Михаил, победитель Мировой Универсиады, зверски убил служителей порядка, не пожалев и мирных жителей. Это еще раз подтверждает, что наш уважаемый султан Сулейман принял правильное решение, объявив войну Российской Империи! А теперь, к приметам преступника…»
— А, забудь, — сказал в трубку Богатырев. — Так, когда ты будешь?
— Я знаю несколько точек в стране.
— Что ж, думаю, нам пора познакомиться лично. Гостиницу Osman GRAND hotel знаешь?
— Слышал, — немного подумав, ответил Барган. — Буду ждать тебя там.
— Договорились.
После разговора у Богатырева начали вырисовываться новые планы. С этим портальщиком можно неплохо сдружиться. Судя по тому, как он легко перечисляет деньги, им легко манипулировать.
Откинувшись на спинку, Богатырев выдохнул и посмотрел в окно. Грязная, бедная страна, которой руководит странный тип, решивший объявить войну Империи? На что он рассчитывает? Хотя тут и дураку понятно, что на союз с Монголами. Что ж, эта битва будет не такая однобокая, как казалось раньше. Хотя монголы уже окрепли. Чего стоит только Барган Парантир!
Раздумья прервал звонок на рабочий телефон. Странно. Особенно, если учесть, что на него никто не должен звонить.
— Слушаю? — ответил Богатырев.
— Толя, привет. — услышал он слегка искаженный помехами голос Газонова.
— Леша? — удивился он. — А ты… Как звонишь?
— А тебя это еб… Волновать не должно, — продолжил Алексей Октябринович. — Я только звоню сообщить, что ты отстраняешься от работы, звания и должности.
— Что? По какому праву⁈ Я князь! Начальник внешней…
— Да заткнись ты уже, — выдохнул Газонов. — Ты думал, царь не узнает о твоих делах? О том, что у тебя встреча с султаном? Частный визит, кажется, ты так указал в бумаге на отъезд, верно? Не поделишься, это что же у тебя за частный визит к правителю страны, которая только что объявила нам войну?
Богатырев вздохнул. Перед глазами промелькнули его накопленные активы. Все богатства, территории, золото, драгоценности и, самое главное, влияние и власть. Он понимал, что когда-нибудь это случится, но не сейчас.
— Ты заигрался, Толя. Петр прощал тебе многое. Закрывал глаза на все, что ты делал до этого. Но выдавать наших людей врагу? И кому? Монгольскому портальщику?
— Что? О чем ты говоришь⁈ — попытался откреститься Богатырев.
— Не стоит, Толя, не стоит, — поцокал языком Алексей Октябринович. — Мы вычислили твою цепочку сбора бомб. Знаешь Родиона Савельича Новикова?
— Я…
— Да, знаешь. Он у тебя в вассалитете. Редкие материалы для бомб были поставлены с его заводов в то время, когда Кузнецову привезли на свадьбу взрывчатку. А потом еще одну. Ты думал, что самый умный? К сожалению, ты даже не в топ-сто по Канцелярии, Толя. Ну или к счастью.
Что ж, ну раз на то пошло…
— Да пошел ты, и твоя Канцелярия, и царь! Против вас половина южных стран! Думаешь, вас спасет метеоритный пояс? Нихрена! Уволить меня решили? Замечательно! Видимо, Петр настолько труслив, что побоялся лично мне сказать!
— Лично? — усмехнулся Газонов. — Говоришь, как обиженный ребенок. Я все бы думал, ты куда умнее… Что ж, скажу на твоем языке. Царю просто нет дела до такого ничтожества, как ты. Вот он и поручил мне заняться тем, чтобы я сперва уволил старого начальника и занял его место.
— А-а-а, так вот в чем дело! Ты просто хотел мое место…
— Не вижу связи. В общем, раз ты знаешь все нюансы нашей работы, думаю, не стоит говорить, что будет дальше? Верно?
— О, да, я и забыл. Всюду глаза, везде шпионы у нашего царя! Что ж, попробуйте, как ты это называешь, уволить меня! Не забывай, с кем ты разговариваешь, и какой у меня ранг, урод!
