– Первоначальная задача нашего эксперимента – осознание всех механизмов временных парадоксов, которые могут быть спровоцированными, в том числе, и человеком…
Уискер слушала, глядя на светлое пятно. Темнота стала немного разбавленной, будто в чернила плеснули воды, и теперь Аннабель видела старую настольную лампу со смешным треснувшим абажуром, на котором виднелись почти стершиеся картинки из детских голомультиков. В свете одинокой лампы кружился, утыкаясь в грязный пластик, одинокий мотылек, то и дело пытающийся добраться до раскаленной лампочки. Он с таким упорством и рвением летел на свет, что Анна даже отвлеклась, прослушав половину инструкций старшего товарища за спиной. Крошечная бабочка раз за разом пыталась умереть, даже не подозревая о том, что делает. Ею владел инстинкт, перекрывавший собой даже инстинкт самосохранения.
– Почему они летят на свет? – медленно спросила Анна, не сводя взгляда с мотылька. Ее наставник замолчал, старательно анализируя вопрос.
– Мы попытаемся сохранить внутри тебя резервную копию твоей личности, – продолжил стоящий за спиной, решив не отвечать на внезапный вопрос Уискер, – Но мы не можем ничего гарантировать…
– Почему они летят на свет? – уже более требовательно спросила Анна. – Почему они летят на смерть? Почему не улетают?
Снова повисла некоторая пауза, в течение которой незримый собеседник решал, что ответить настойчивому андроиду.
– Если ты не сможешь вспомнить заложенные в подсознание приказы, они сами проникнут в твое сознание, перетекая из подплана спящих команд в осознаваемый план, но для твоей же безопасности, мы не будем давать тебе кодов отмены…
– Почему они летят на свет?!
Голос Анны поразил ее саму. Громкий, почти звенящий в тишине и темноте, панический голос человека, для которого ответ на этот вопрос стал смыслом существования.
– Время смерти…
Противный звенящий писк приборов взрезал тишину темной комнаты. Аннабель на секунду отвлеклась от мотылька, а когда посмотрела на него снова, тот уже лежал на столе под лампой, судорожно трепеща обгоревшими крылышками.
– Почему… – устало выдохнула она. – Неужели это настолько важно?
– Он нужен там, – ответил ей голос, теперь показавшийся Анне знакомым, – он идет к тем, кому он небезразличен.
Аннабель не поняла, кто положил ей руку на плечо, кто сказал последнюю фразу. Капитан, боцман, Док, вампир…
Она повернулась, с трудом отводя взгляд от яркой лампы на столе, от сгоревшего на раскаленном стекле мотылька, от темноты вокруг…
– Кровотечение остановлено, дыхание ровное, наполняемость легких…
– Ну, ты даешь, Аннушка, – едва слышно выдохнул Гавриил, утирая пот со лба, – Я же врач, а не механик… Что ж ты делаешь-то, едрить твою в душу?
Уискер открыла глаза…
Глава 30
Копыто Дьявола. Бегство
Самаэль! Разомкни нашу смерть
Габриэль! Прикажи нам смотреть.
Михаэль! Дай нам пламя с небес.
Мы свободны! Мы можем лететь.
Сергей Калугин – Гимн
Ричард с трудом разместился в капитанском кресле. Болело все тело – потянутые мышцы, ссадины, ушибы, ожоги и царапины, поверхностно обработанные автоматической аптечкой. Голова тоже болела, даже после трех уколов обезболивающего. «Я не знаю, что это было там, в коридоре, когда время застыло, словно кисель… – подумал он, – Но, судя по ощущениям, лучше бы я трижды напился с Кацманом». Впрочем, ему повезло больше остальных – Ульрих валялся в автохирурге, регенерируя дырки в груди, а Анна… Уискер… Гай сейчас бился со смертью на своем собственном поле боя, в операционной, пытаясь отстоять ее жизнь. Повреждения оказались слишком серьезны даже для андроида.
Капитан провел рукой по нагрудному карману парадного кителя, и поморщился. От его любимого десантного комбинезона остались, как сказал бы житель Суздаля, «рожки да ножки», и пришлось отправить служившую верой и правдой одежду на восстановление и перекраску. Выбор между парадным кителем капитана торгового флота и почему-то оказавшемся в шкафу комплекта формы стрелка шотландской гвардии, с высокой шапкой из искусственного медведя, красным мундиром с позументами и килтом – килтом! – в яркую малиново-зелено-сиреневую клетку… В общем, выбора не было.
Хотелось спать, курить и выпить, но все эти удовольствия сейчас, и, кажется, в ближайшее время были недоступны. Ричард вызвал на голоэкран тактическую схему солнечной системы Копыта Дьявола. Зеленоватые обозначения, мерцая, поплыли по рубке, и капитан сморщился еще сильнее, кривя губы в страдальческой гримасе. Пираты еще держались, хотя от трех их флотов остался один, сосредоточенный сейчас на траверзе Копыта, у последнего крупного орбитального комплекса, прикрытого ракетными батареями. Остальные космические базы и посты были уничтожены, и от них остались багровые отметки на карте. Лунная база огрызалась ракетами тяжелого и сверхтяжелого тоннажа, лупя в белый свет, как в копеечку – на схеме места провалов в пространство Предтеч не обозначались, а вместо исполинских кораблей изображались невнятные сиреневые колечки. Однако, автоматы Тех Кто Шли Первыми действительно были уязвимы для ядерного оружия, как и говорил Кардинал – их осталось чуть более половины от начального количества.
Нашлось на схеме место и для обозначений, которых Рик не видел уже очень давно. На карте виднелись крылышки, украшенные черепом и мечом. «Десантные части Протектората на высадке», так они расшифровывались на большинстве тактических планшетов обитаемой Галактики… Да, этих отметок было немного – два на луне, пять на Копыте, и еще три в поясе астероидов, но в душе капитана шевельнулось давно забытое, и старательно вытравленное годами в космосе, на Периферии. Чувство гордости. За тех, кто носит эмблему десанта на броне, и несгибаемый дух войны – в своем сердце…
Шансов не было ни у десанта, ни у Братства. Штурмовые группы на поверхности пираты перемелют в любом случае, а в космосе… Десантникам просто было некуда возвращаться – их корабли-носители были уничтожены в самом начале бойни, едва успев сбросить транспорты.
Но и пиратам тоже было не устоять против смертоносной и безразличной силы Предтеч, как бы они не старались. Возможно, случись нападение спустя год, или полтора, они бы и отбились. А сейчас не хватало огневой мощи, и, судя по возросшему вдвое времени между залпами – собственно, боеприпасов.
«Либо пиратов уничтожат, и нас с ними заодно… Либо случится чудо, на которые так щедр Дух Бездны, будь он проклят» – невесело подумал Ричард, нащупывая под сидением кресла пакет с НЗ. Где-то там были сигары из дерьмового эрзац-табака…
Звон сигнала входящего соединения заставил его разогнуться и зашипеть от боли в мышцах спины.
– Соедини, – каркнул Рик искину.
Тот дал сигнал мгновенно, без комментариев и обычной придури.
На экране сквозь поблекшую тактическую схему проявилась картинка с капитанского мостика «Нагльфара». Мостик недавно переоборудовали, заменив капитанское кресло на здоровенный прозрачный саркофаг, щедро украшенный золотом и драгоценными камнями. Внутри плескалась янтарная жидкость регенеративного коктейля, сквозь которую была различима обнаженная фигура мужчины, густо поросшего жестким рыжим волосом. У него не хватало правой руки почти до плеча, и на теле виднелись свежие шрамы и швы, а в крупные кровеносные сосуды врастали прозрачные извивающиеся трубки…
«Бездна, мать ее душу! Они запихали его в регенератор прямо на посту! – Ричард бы отвесил челюсть в удивлении, если бы она так не болела, – «Эрик сошел с ума, и заразил своим сумасшествием весь свой экипаж…»
– Приветствую, друг! – раскатилось в аудиопроекторах, – Я бы, конечно, предпочел разговаривать с тобой, держа в одной руке рог с медом, а другой обнимая прекрасную светловолосую девственницу, но, видишь ли, у меня теперь на одну руку меньше… Да и со всем остальным тоже непорядок.
– Эрик, дубина ты рыжая! – Рик проглотил вставший в горле комок. – Ты в порядке?
– Буду. Недели через две… – Эрик хмыкнул. – Мне, кажется, не светит умереть нормально, как настоящему викингу – в бою, над трупами врагов…
– Если можно не умирать, то лучше не умирать. – Ответил ему Ричард, – особенно, если при том все враги сдохнут.
– Это ты так считаешь, брат. Но я не за тем с тобой связался, чтобы обсуждать тут философию и этику, чтоб их разорвало. Сейчас «Нагльфар» идет к точке, откуда можно будет совершить прыжок в настоящее время и пространство. Мы сбросим «Астарту» в паре астрономических единиц, и вернемся обратно. Дальше ты уж сам как-нибудь…
– Но как же Братство? Ваши базы и население на Копыте Дьявола, их же нужно спасти!
