— вдруг дошло до меня, задумчиво валяющегося на диване (вот оно, тлетворное влияние экстрапии!)
— Что-то знаю, что-то нет. А ты о чём, Коль?
— Помнишь, в воспоминаниях этих оболваненных магов, когда их безопасники спрашивали…
— Это когда «вы отдаёте себе отчёт, что можете никогда не вернуться на Академию, даже если захотите?» — уточнила Ирка, на что я довольно кивнул. — Думаешь — уже знали?
— Думаю — да. Не широко распространённая информация, но то, что эти лишенцы не смогут вернуться — очень заметно подчёркивалось, если разобраться.
— Похоже на то. Но что нам это даёт?
— А чёрт знает, но на эвакуацию это не похоже. Может, и правда путешествие, — хмыкнул я.
— С комфортом, — иронично покачала Колючка. — Только куда и зачем? Стоп, я не по адресу.
— Это почему?
— Знает — чёрт. А ты неинформированный Колька, — развела Колючка руками.
Тем временем Энерида направлялась к единственному в системе планетарному объекту. Что там что-то будет — никто не был уверен, но что вне Флогероса в системе ничего нет — мы уже убедились. И не успели мы выйти на орбиту, как во внутренней сети пришёл вызов от Медеи.
— Керг, мы приближаемся к месту, где есть ритуальное послание. Отсюда я чувствую только неструктурированные колебания магии, что-то вроде маяка. Но изначальный сигнал намного сложнее, — заявила явно подвергнутая всесторонней терапии и гораздо более спокойная и уравновешенная Медея.
— Мы приближаемся к единственной планете…
— Скорее всего — источник послания там. Нужна высадка!
— Вот сделаем несколько витков вокруг планеты, присмотримся.
— И высадимся?
— И обсудим эту возможность, — ответил я.
18. Отрядная традиция
Подлёт к раскалённому булыжнику занял не больше часа. Народ подтянулся к рубке, с понятным ожиданием разглядывал голограммы. Ну а Медея аж припёрла специальный коврик, на котором уселась закрыв глаза и скрестив ноги. Я в своё время честно поинтересовался, а нахрена? В кресле удобнее, на диване — лучше. Думал что что-то типа каких-нибудь «энергетических каналов тела» которые надо крючить специальным образом, а то чудо не выйдет. Но задумавшаяся колдунья, подумав, фыркнула и сообщила:
— Ты знаешь, Керг, я просто не задумывалась. А на самом деле — просто привычка с обучения. Несколько человек, небольшой зал, наставнику надо отслеживать не только энергетические потоки, но и самих обучающихся. Так что все на ковриках, и так — годы обучения. Привыкла, — пожала она плечами.
Энерида, тем временем, отслеживала всеми возможными сенсорами все возможные диапазоны. И — практически ничего. Некие «аномальные отклонения ЭМ-поля», еле-еле выбивающиеся из погрешности, особенно учитывая звезду неподалёку. Ни источника не локализовать, да и сам факт этих отклонений Мозг установил только потому, что пристально искал и имел какую-никакую базу наблюдений за всяческим колдовством. Так что ко второму витку на Медею мы пристально уставились всем Отрядом. Магичка приоткрыла глаз, в показном ужасе его вытаращила, оглядывая окружающих, ну и зажмурилась, тоже вроде как в ужасе. Что, вообще-то, очень неплохой показатель: раз шутит, пусть невербально, а не истерит и мрачная, то какие-то перспективы у нашей миссии есть, кроме возвращение в Протекторат.
— Вся плохо и мы улетаем, — траурным голосом сообщил я.
— Э-э-э! — возмущённо заподпрыгивала Медея.
— Ну рассказывай тогда, что и как, — под одобрительный гул от Отряда потребовал я.
— Я лучше покажу, внешнее послание сдублировано и на галакте, — сообщила она, начав что-то там магичить.
И перед нами сформировались зеленоватые светящиеся буквы, на прямоугольнике, вдоль всей каюты. Читать ни черта не удобно, я было думал поуказывать привести всю эту мистическую хренотень в удобочитаемый вид или голосом рассказать, но тут сработал Мозг, обработав эту текстовую вязь и скинув в корабельную сеть.
И было это «послание ушедших». Начинающееся с того, что маги — охренительные, следующий виток эволюции человечества. Что, в общем, вполне можно принять как состоятельную позицию, а можно и нет: вопрос сложный, философский, социальный, да даже производственно-экономический. Как по мне, те кто «ушли» — выходили довольно близко к этому. А вот уроды в Протекторате — следующий виток паразитирования на человечестве и никак иначе.
Но тем не менее, в начале послания описывалось, что магам и людям «не по пути», маги, мол, займут руководящее место, поработят всех человеков, от чего испортятся и сломаются сами. С этим я согласится не мог, имея как бы пример обратного, но то, что академики так думали — похоже на правду. И тоже не без примеров.
И вот, обдумав всё это, маги Академии провели всемагический плебисцит, который как затрагивал довольно широкий пул магических практик (Медея вкратце и без подробностей описала кучу ядовитых, трудночитаемых названий, в смысле, что это конкретное колдовство делает), в основном, направленных на сознание людей и магов и всякие подобные моменты. Именно контроль, подчинение, жертвоприношения, деградации личности: собственно, вся та прелесть, чем маги активно занимались в Протекторате. Судя по мимике Медеи, с частью перечисленных запретов она была согласна, с частью — нет, но пока неважно.
Важно то, что плебисцит был первой частью плана некоей организованной высокопоставленной группы в Академии. Потому что второй этап выглядел так: мы вот всё поназапрещали, молодцы и все в белом. Однако человеки — люди, со всеми достоинствами и недостатками. И с текущими запретами Академия становится беззащитной перед возможной агрессией.
— Это не так, — решительно заявила Медея. — Не «беззащитной», просто масса возможностей избежать теоретического конфликта вообще или оказать непреодолимое психическое давление косвенно стали невозможны. Но «беззащитностью» тут даже не пахнет. Жертвенная магия под запрет попала, но самопожертвование — не регламентировано и закреплено в уставе Академии как неотъемлемое право каждого мага. И тут оно не запрещено, а именно защититься от агрессивного вторжения можно… малой кровью. Да и Эгиду Плутона вы видели, а это самое мощное из известных мне заклинаний планетарного уровня. А есть ведь и атакующие! Хотя я с такими не сталкивалась и знаю только, что они есть.
Но, тем не менее, само послание, описывающее исход магов писало, что «гуманизм и миролюбие приводит к беззащитности». А этот самый исход, что очевидно, готовился задолго до своей реализации. Куда изошли маги Академии — не писалось, разве что «прощайте, собратья, увидимся мы разве что за гранью смерти». Мозг выдал довольно правдоподобную гипотезу, что скорее всего, за пределы зоны определённости нашей расширяющейся вселенной. Делалось это после
