об этом досадном эпизоде и продолжим веселиться. Возможно, еще немного пирожных?
— Пирожные никуда не денутся, — Вивьен уперла руки в бока. — Ты слишком снисходительна, потому что ты леди. А я не леди. И я этого так не оставлю.
Я лишь плечами пожала. С визитом инспекторов в «Лазурит» пусть разбирается Людвиг: он-то уж точно сумеет узнать подноготную. Я украдкой огляделась, но Отеро из поля зрения исчез.
— ИМД не сможет испортить нам праздник, Вивьен. Давайте продолжать.
— Вы закончите демонстрацию? — спросил Дейв.
— Момент упущен. К тому же, это требует сил, а я и так вымоталась при подготовке. Давайте выпьем чаю, мистер Линден, и съедим несколько пирожков. Не зря же Вивьен старалась!..
Остаток дня прошел незаметно. Возмущение постепенно угасло, а через час о визите инспекторов присутствующие и вовсе позабыли. В какой-то момент основная толпа схлынула, люди вернулись к своим делам, однако поток посетителей не ослабевал весь день. Нил, прятавшийся на кухне, осторожно вышел и, поинтересовавшись у меня, все ли в порядке, вернулся к своей работе талисманом. Меня согрело то, что мой кот, до смерти боявшийся представителей власти, и особенно таких, как Финч, нашел в себе силы возвратиться в зал.
Дейв и Вивьен пробыли со мной до закрытия; Зельда, как выяснилось, тоже не ушла. Когда мы, наконец, распрощались с гостями и оглядели зал, по которому словно прошлась буря, девушка первой вызвалась помогать.
— Нужно навести порядок. Хотите, миледи, я и завтра пораньше приду?
— Мы все можем прийти пораньше, однако можно убрать все сейчас! — Вивьен засучила рукава. — Скоро придет Джо с друзьями, и я попросила Маршу закрыть «Доброе утро» и помочь нам.
— Моя жена тоже осталась, — пробасил Грег, о котором я совсем забыла — настолько ненавязчиво он маячил у стены. — Она на кухне. Мы поможем, миледи.
У меня комок встал в горле.
— Спасибо. Спасибо вам всем. Без вас это все не состоялось бы.
Без них — и еще одного человека. Но его я рассчитывала поблагодарить попозже.
Все вместе мы быстро привели зал и подсобные помещения в порядок, убрали столики с улицы и даже подмели мостовую. «Лазурит» выглядел утомленным, чистеньким и довольным. Мои помощники прощались один за другим, исчезая в сиреневых сумерках; последним уходил Дейв. Я вышла проводить его на крыльцо. Уже зажигались фонари, и лавандовый цвет уходящего дня смешивался с кремовой пыльцой уличных светильников.
— Что ж… — произнес Дейв, глядя на меня сверху вниз, — спасибо, что создали для нас волшебство, Марика… — и, прервавшись, стремительно наклонился, коснувшись губами моих губ.
Все провалилось в небытие — прошедший день, государственные заговоры и прочие мировые проблемы; я ощутила, как Дейв мягко прижимает меня к себе, как осторожен, нежен и ласков его поцелуй. От Линдена шел еле заметный запах корицы, а на губах остался привкус сахарной пудры, которой Вивьен щедро посыпала свои кулинарные творения. Это был недолгий поцелуй, и все же внутри меня словно проснулся рой бабочек. Когда я читала об этом ощущении в романах, не думала, что такое настигнет меня…
«Я должна ему рассказать».
— Дейв… — прошептала я ему в губы. — Я должна…
— Ничего вы не должны, — ответил он шепотом. — Не сегодня. Хорошей ночи, Марика. Пусть вам снятся добрые сны.
Угу, подумала я, провожая его взглядом. Если я вообще смогу уснуть.
Было далеко за полночь, когда я поднялась в спальню. Грег устроился внизу, хотя я предлагала ему тоже пойти отдохнуть; охранник резонно заметил, что его не за этим наняли.
— Сегодня люди рассмотрели, сколько ценностей внутри, миледи. Думаю, теперь за магазином стоит особо присматривать.
Сил спорить с ним у меня не оказалось, к тому же, Грег прав. Я побрела наверх, где меня встретил Нил. Очень задумчивый. Кот сидел на подоконнике, одаривая своим взглядом улицу, хвост висел тряпочкой. Я подошла и обняла своего пушистого друга.
— Спасибо. Ты был великолепен.
— Был? Я всегда великолепен, женщина.
— Хорошо, ты был великолепен… исключительно.
Нил фыркнул.
— Благодарю, что помог мне.
— Я ощущаю твою благодарность, хватит воздух сотрясать, — проворчал кот. — Лучше расскажи мне, что это было на крыльце.
— Ты о поцелуе?
— Конечно, о нем. — Нил развернулся, его глазищи оказались так близко, что я могла рассмотреть свое отражение. — Милая доверчивая Марика! Почти незнакомый мужчина. Целует тебя, натащил непонятной зелени…
— Это кустовые розы. Коллекционные.
— Самый опасный вариант. Как мне тебя уберечь?
— Не нужно уберегать меня, Нил. Я справлюсь.
— Хотелось бы мне в это верить…
— Ты же мне доверяешь? — я погладила его по голове. — Я же не подводила тебя?
— А ты сама себе доверяешь?
Я покачала головой. Ответа на последний вопрос у меня не было.
Падая на кровать и обнимая подушку, я подумала о том, что Людвиг сегодня вечером так и не пришел.
Глава 17
Утром, получив номер «Райстонского вестника», я сообразила, о чем говорила Вивьен. Подруга утверждала, что «этого так не оставит», а учитывая, как она хвасталась знакомством с журналистами…
То, на что я рассчитывала, в публикации тоже было. Автор статьи хвалил магазин, мастерство — мое и Зельды, выражая надежду, что «Лазурит» станет истинным украшением Райстона. Однако дальше шли довольно резкие слова, осуждавшие нежданный визит ИМД. Журналист не поскупился на эпитеты: видно было, что мести со стороны властей он не боится, да и редактор статью пропустил… Возмущение, что ощущалось в «Лазурите» вчера вечером, обрело точное словесное выражение и выплеснулось на страницы самой популярной городской газеты.
— Боги, что скажет Людвиг… — пробормотала я, вчитываясь. Нил заглядывал мне через плечо.
— «Неправомерное истолкование своих обязанностей инспекторами, — мысленно читал мой кот, — уже некоторое время тревожит торговую гильдию. Где заканчивается забота о спокойствии и благополучии граждан Райстона и начинается самоуправство и демонстрация власти? Где пролегает граница между законом и совестью, и есть ли она вообще? Ваш покорный слуга, вчера присутствовавший на новом открытии «Лазурита», убежден: представители ИМД, что попытались испортить праздник для жителей города, понятия не имеют ни о каких границах»… Хм, сильно. Это прямое обвинение в том, что Финч превысила полномочия.
— Я этого не заказывала.
— Конечно, нет. Однако относительно свободная пресса Иттарии… — Нил вздохнул. — Я вижу в этом несомненный плюс. Ты привлекла внимание, чего вы с Людвигом и добивались.
— О да, — мрачно согласилась я.
Внимание вылилось в поток посетителей. Райстон — большой город, в нем постоянно что-то меняется, и, разумеется, на открытие ко мне явилась лишь малая часть жителей. Однако после статьи покупатели пошли косяком. Альма еле успевала записывать, что продали, Зельда намертво
