— Так ты сама вылезешь или тебя вытаскивать? — напомнил о своём существование детектив.
Лучше б уж он этого не делал.
— Ясно, — вынес вердикт Рон.
И действительно выволок слабо сопротивляющуюся тегу из экипажа, захлопнув за её спиной дверцу. Тем самым подло отрезая путь к спасению. А устраивать истерику на глазах почтенной публики — действительно, очень почтенной, другой на этой улице дорогих магазинов и не водилось — было уж вовсе не с руки. Так ещё у приглашающе распахнутой стеклянной двери уже стоял прилизанный приказчик, явно дожидаясь напарников.
Курой почувствовала себя дешёвой содержанкой, которую лорд привёл в шикарный ресторан. Имелся у неё подобный опыт. И повторять его она не желала категорически. Да и Мастерс на лорда совсем не походил. В общем, оборотень умудрился их обоих поставить в такую ситуацию, когда очень хочется просто проснуться.
— Добрый день, господин Мастерс. Рады приветствовать вас, госпожа Мастерс. Я очень рад, что та чудная розовая шляпка вам понравилась. И вы решили посетить наш салон лично, — звонким ручейком разливался приказчик, пока детектив подпихиваниями в спину побуждал теурга к движению вперёд.
Впрочем, пел прилизанный продавец абсолютно зря. Курой ни слова из его журчания не поняла.
— Понравилась, понравилась, — вальяжно отозвался Рон. — Да только вот беда! Поломал я эту шляпу. Вот, приехали за заменой. Так что вы принесите, что я в прошлый раз отобрал. Пусть Каро глазками посмотрит и сама уж выберет.
— Конечно, сейчас всё сделаем! — источая мёд, заверил их приказчик. — Проходите, госпожа Мастерс, присаживайтесь вот на стульчик. Мы ещё и новые модели вам покажем.
Девушка растерянно оглянулась, пытаясь рассмотреть, кто тут «госпожа Мастерс». Но кроме неё самой, оборотня и прислужника в приятном полумраке салона никого не углядела.
— Что-то не так, госпожа Мастерс? — всполошился прилизанный. — Может, вам дует?
— Это я госпожа Мастерс? — ошарашенно переспросила теург, для уверенности себя пальцем в грудь ткнув.
— Всё в порядке! — разулыбался Рон, силой усаживая Курой на «стульчик», оказавшийся вовсе и креслом. — Просто поженились мы недавно. Никак не привыкнет к новой фамилии. Правда, дорогая?
— О, понимаю! — восхитился продавец. — Будьте любезны, подождите всего минуту!
— Ты сказал, что я твоя жена? — прошипела Каро, когда прилизанный большим мотыльком упорхнул за занавеску.
— А что мне надо было говорить? — сделав страшные глаза, зашептал в ответ Рон. — Что я покупаю для боевой подруги?
— А они не удивляются такому количеству твоих жён?
— Какому такому? Я в прошлый раз сюда впервые пришёл. Просто чаевые хорошие оставил. Вот он меня и запомнил. Или ты думаешь, я всем своим девочкам дарю корзинки? Тьфу ты, шляпки!
— Я не твоя девочка! — вызверилась Курой, предусмотрительно не забывая понизить голос.
— Вот именно, — логично отозвался оборотень.
К сожаление, продолжить склоку не получилось. Приказчик, которого за круглыми коробками и видно не было, появился действительно через минуту. Оставалось только шляпки мерять.
Глава четырнадцатая
Если вы летаете в небе от счастья, проверьте, может вас просто надули.
Иногда лавочки становятся настоящим спасением. Не лавочки даже, а просто почерневшая от дождей и времени доска, положенная одним концом на половинку бревна, а другим на пустой ящик. Вот нашлась же добрая душа, соорудила эдакую полезную конструкцию рядом с каким-то забором. И времени у неё это заняло минут пять. А пользы хоть фургонами грузи.
Вот на эту скамейку Каро и плюхнулась, не заботясь ни о её чистоте, ни о том, что подол платья угодил в лужу, натёкшую под лавку. Впрочем, юбка и так промокла до колен. Это если снизу ощущать. Потому что и жакет и блузку тоже можно было смело отжимать. Осень в Элизии на воду никогда не скупилась. Сверху тебя поливает дождик, снизу лужи полощут. В общем, личной гигиеной себя можно и не утруждать. Всё равно вымытым станешь. Ну, или хотя бы намоченным.
— Всё, дальше я не пойду! — устало выдохнула теург. — Вот хоть что ты со мной делай.
— А что я с тобой делай? — уточнил оборотень.
Рон глубокомысленно созерцал девушку, сунув руки в карманы брюк и покачиваясь с носка на пятку. Ему все нипочём. Как будто кто другой, а не детектив с утра носился по всем задворкам столицы, пытаясь отыскать несуществующих в природе приятелей самоубиенного дварфа. Конечно, когда у тебя ноги длинной с рост некоторых несчастных тег, можно и носиться. Чего бы и не побегать с такими лапищами?
— Что хочешь, то и делай! — огрызнулась та самая несчастная тега. — Только я больше с места не сдвинусь. У меня ножки отваливаются.
— Какая прелесть! — умилился Мастерс. — Вот так и должны выражаться уважающие себя барышни. «Ножки», «ручки», «милочка» и «котик». Хотя нет, «котик» — это из другого репертуара. Ночевать ты тоже тут будешь?
Курой решительно кивнула.
— Вот прямо тут, под забором? — Рон ткнул пальцем себе под ноги.
Где, между прочим, никакого забора и не наблюдалось. Но Каро снова кивнула, правда менее решительно.
— Понятно. Это такой способ самостоятельной и независимой женщины сказать: «Возьми меня на ручки и не мучай мои ножки!», — пришёл к выводу детектив, который, как известно, обладал недюжинной логикой.
Курой, смутно осознавая, что, кажется, подначивают её не зря и в результате этих издевательств над гордостью девушка как раз и делает то, что требуется оборотню, решительно встала со скамейки. И, не разбирая дороги, прямо по лужам, зашагала вперёд. Не забыв, понятно, выпрямить спину и гордо задрать подбородок.
— Эй, ты куда? — окликнул теурга Рон.
— А что у нас там по плану дальше? — холодно поинтересовалась Курой. — Очередной притон, ночлежка или кабак?
— У меня ничего. Всё, что имелось, мы уже обошли. Видимо, ты что-то самостоятельно нарыла, да?
— Издеваешься? — сквозь зубы прошипела тега, медленно оборачиваясь.
И увидела ровно то, что и ожидала. Абсолютно, то есть совершенно невинную физиономию оборотня.
— Я? — поразился Мастерс. — Да как я могу? Все знают, что Рон — милейшее и добрейшее существо в Элизии. Мухи не обидит, воды не замутит, юбки не задир… Впрочем, это мы пропустим. Но, так или иначе, дражайшая, просто драгоценнейшая моя Каро, очередной бесцельный день прожит. Очередное бессмысленное задание мы с блеском провалили. И теперь с чистой совестью можно отправляться на покой. В смысле, спать в своей постельке, а не под забором. С чем я нас и поздравляю. Пойдём, я тебе до дому провожу.
Всё эту ахинею он выдал, сунув руку девушке себе под локоть и, понятно, выдернуть её не позволив. Но, по крайней мере, направлялся детектив явно в сторону проезжей улицы, где можно было остановить кеб. Столько, сколько за последние несколько дней, Курой не ездила в экипажах за всю свою жизнь. А что делать, если конки только по центру города курсировали? Впрочем, обходить на своих двоих даже не кварталы, а целые районы девушке раньше тоже не доводилось.
И, главное, всё бесполезно! В город Кархар вернулся совсем недавно. Старых связей у него тут не осталось. А те, кто его ещё помнили, с опустившимся дварфом никаких общих дел иметь не желали. Деньгами бывший мойщик золота не обладал, а потому даже собутыльниками не обзавёлся. Во всех крысиных углах, в которых детективам посчастливилось побывать за этот день, неудачливого господина если и помнили, то только по учинённым им дракам.
Да и повторный осмотр его дома, если так можно было назвать то, для чего и эпитет «лачуга» преувеличение, тоже ничего не дал. Единственное, чего там имелось в избытке — это пустые бутылки и грязь. Собственно, больше ничего в хибаре и не было. Старые газеты, ещё более старое одеяло и пара стоптанных ботинок, умоляющие о вечном покое, никого не заинтересовали. Правда, дотошные полицейские всё же оторвали от башмаков подмётки и каблуки. Впрочем, они и от старости могли отвалиться.
— Так что? — напомнил о своём существовании оборотень.
— Что? — не сразу осознала своё пребывание на этом свете Каро.
— Проводить тебя до дома?
— А у тебя других дел нет? — внезапно разозлилась на напарника Курой. — Все юбки уже оборвал? Ни одной не оприходованной не осталось? А вон с той познакомился? Не пропустил?
Теург ткнула пальцем на позёвывающую в ожидании клиентов проститутку. Красавица жест оценила. Показала теге известную фигуру из пальцев, поскребла кудлатую голову и равнодушно отвернулась.
— С этой? — оценивающе протянул Мастерс. — Нет, столько я не выпью…
— А сколько выпьешь? — рассеянно переспросила Каро.
Девушке показалось, что на задворках сознания, где-то на самых задниках, мелькнула мысль. Между прочим, очень дельная и нужная. Но мелькнула — и пропала, игриво махнув хвостиком.
