то ли сомневался, то ли ждал подтверждения моих искренних чувств Сергей, я не понял, но должен приложить сейчас все усилия, чтобы его убедить во всей серьёзности своих намерений. Он протянул мне сигарету, предлагая закурить, присоединившись к нему в этом пагубном деле.
– Да! Как никогда! Ни в чём я не был ещё так уверен, как в этом! – поблагодарил его я, затянувшись дымком, но будучи некурящим, мгновенно зашёлся кашлем, однако почувствовал, что напряжение немного стало меня отпускать. Я немного расслабился, вытянув вперёд ноги, и облокотился спиной об угол дома.
–Ты должен понять, Рустам, Оля – девушка особенная, не такая как все: ранимая, очень добрая, и у неё повышенное чувство справедливости. Если она любит, то отдаёт себя полностью и без остатка. Готов ли ты также, с такой же отдачей её любить, на меньше она не согласится? Подумай, сможешь ли ты сделать её по-настоящему счастливой? Она очень молода и в силу своего воспитания и возраста, слишком наивно смотрит на мир большими глазами, не замечая зло в людях, видя в них только хорошее, оправдывая и прощая все их не очень порядочные поступки. Мы растили её, оберегая от всех бед и невзгод, защищая от зла внешнего мира, и не уберегли… Не всегда это хорошо прятать своего ребенка от зла и несправедливости, воспитывая его в "розовых очках", ведь когда они спадают, бывает очень больно. Что случилось с ней до сих пор не знаю, но, видимо, что-то очень плохое. Она это скрывает, не желая нас напугать или расстраивать, но я чувствую там тёмная история. Мы уже дважды её чуть не потеряли…, – сделал паузу он, и я прочувствовал всю необъятную любовь этого здоровенного мужчины к своей крошке – дочери.
– Поэтому ты должен стать её защитником и опорой во всём, ведь теперь ты будешь и днём, и ночью рядом. Береги её и люби всем сердцем, и ты получишь в ответ такую преданную душу, о которой только можно мечтать.
–Я никому не позволю её никогда даже пальцем тронуть, стану мужем, другом – всем для неё, ведь она уже заполнила собой всё моё существо. Верите ли вы мне? – повернулся я к нему в пол-оборота, заверяя его со всем пылом, глядя ему в глаза, не оставляя сомнений раз и навсегда в своих словах.
–Верю и вижу, что твои чувства сильны и искренни, но если пройдёт время и они остынут, что тогда? Ты уверен, что именно любишь? Ведь любовь – это не только страсть. Страсть со временем утихнет и что останется?
–Понимаю ваше беспокойство, на вашем месте я бы также волновался, но поверьте – это не просто желание обладать её телом, а сильные чувства, проверенные временем.
–Хорошо, я тебя услышал. Даю вам своё благословение, но учти, я всегда начеку и свою дочь в обиду не дам! Знай, что за неё есть кому заступиться. Я вижу, как она меняется рядом с тобой, как светятся её глаза и расцветает счастливая улыбка на лице. Она любит тебя, береги это сокровище и не теряй. Семья – это совместная работа двоих людей. У вас будут трудности, и если ты будешь сбегать от них, пряча голову за выпивкой или другими женщинами, ты её потеряешь. Она никогда не простит измену, не совершай глупых ошибок, о которых потом будешь жалеть.
Пытливо посмотрев мне в глаза, он продолжил:
– Ты уверен, что вы в силах преодолеть ваши религиозные различия? Твои родители в курсе предстоящей свадьбы? Они согласны и дали своё благословение на этот брак?
– Да, конечно, – слишком быстро дал я ответ на этот вопрос, боясь приколоться, ведь это была наглая ложь, но я не мог сказать правду, иначе он никогда её не отпустит со мной.
По правде сказать, я даже близко ещё не обсуждал эту тему со своими родными, но мне, если честно, всё равно на их мнение. Даже если они откажутся от меня, я готов принести эту жертву за возможность обрести счастье с Олей. Я на всё готов, так сильно я её люблю.
– Они знают и не против. Мама и бабушка у меня тоже славянки, и я очень глубоко впитал вашу культуру и обычаи. Мне старались привить, конечно, и традиции моего народа, но я родился, жил и воспитывался в Советском Союзе, так же, как и вы.
Это была чистая правда, я говорил это Олиному отцу, не кривя душой. Он задумчиво потёр подбородок и задал прямой вопрос, который я ждал с нетерпением и хотел обсудить.
– Я так понимаю, ждать свадьбу ты не хочешь? – вопросительно посмотрел на меня Сергей и, видимо, увидев ответ на моем лице, продолжил. – Когда собираешься её забирать?
–Недели через две, как только куплю в городе нам квартиру, сразу приеду за ней. У меня дом и моя старая квартира сейчас продаются, хочется начать всё с нуля в новом доме и полностью избавиться от всех теней прошлого.
Сергей с понимающей улыбкой хмыкнул, догадываясь о чём идёт речь. Я виновато вздохнул, пожав плечами, что поделать ошибки молодости есть у всех, а у меня их воз и маленькая тележка. Не хочется приводить любимую женщину в такое грязное место, где было бесчисленное количество продажных женщин. И это не только ради неё, но и ради себя самого. Мне самому не просто это всё вспоминать, а квартира – это живое напоминание о моих былых похождениях. Новая жизнь – новое жильё.
Пожав друг другу руки с Олиным отцом, я пошёл на поиски своей невесты, чтобы попрощаться на время и поехать домой. Поезд ходил один раз в день, а ехать я хотел именно на этом транспорте, не желая трястись в автобусе по неровным деревенским дорогам. Мне не хотелось терять время и скорее заняться продажей своей собственности, чтобы быстрее забрать мою птичку в наш общий дом.
Побродив по окрестностям двора и не найдя там её, я зашёл в дом и увидел Олю на кухне, где она со своей мамой готовила обед. Я стоял несколько минут и любовался ею издалека, так было непривычно видеть её в фартуке, что-то напевающей себе под нос, слегка пританцовывающей на месте. Это было потрясающее зрелище… Такой и буду её вспоминать эти две бесконечные недели в разлуке.
– Оля, мне нужно уезжать, проводишь? – она повернулась в мою сторону и, увидев меня, улыбнулась своей улыбкой, которая так сводит меня с ума.
Взявшись за руки, мы двинулись в сторону калитки, предварительно попрощавшись с Ниной Николаевной. Мне было стыдно вспоминать своё несносное поведение за те недели, что мы были в ссоре. Вина
