Киммериец мысленно поздравил себя с тем, что давно уже выучился убедительно врать. Конечно, его волновало, получит он что-нибудь с казны Пограничья, но ему не нравился советник Хьярелл, собирающийся в скором времени нацепить корону и взобраться на трон. Неизвестно почему, но не нравился.
– Конечно, остается! – изумленно заявил Хьярелл. – И речи быть не может о том, чтобы нашу страну и дальше терзали эти твари! Кстати… – он пошарил за пазухой и достал увесистый кожаный мешочек. – Лови, здесь плата за хорошую службу – тысяча золотых.
Конан поймал приятно звякнувший мешочек и взвесил в руке. Настроение варвара несколько улучшилось, но неприязненное отношение к советнику осталось. Даже после того, как киммериец напомнил о том, что сумма оплаты за расправу с оборотнями увеличена вдвое, а Хьярелл без всяких возражений согласился, после чего обратился к Эрхарду:
– Вчера был убит капитан дворцовой стражи. Мне кажется, что ты именно тот человек, который должен занять его место.
Стремительно повышенный в чине десятник тоже повеселел, щелкнул каблуками, поблагодарил советника, заверив его в своей полной и всемерной поддержке. На этом аудиенция и закончилась, а друзья прямым ходом отправились обмывать полученную награду в «Корону и посох».
Когда двери за варваром и десятником захлопнулись, Хьярелл присел на краешек трона, облегченно вздохнул и вытер пот со лба. Два человека, которых он справедливо опасался, были ему пока не страшны. В скором времени он придумает, как избавиться от них раз и навсегда, а сейчас они могут быть даже полезны.
…Конан и Эрхард сидели напротив друг друга за отдельным столом и пили за всех, чьи имена могли вспомнить. Несмотря на то, что таверна была набита битком, им моментально освободили указанный столик – стоило Эрхарду только пальцем ткнуть на него. Еще бы – «Корону и посох» соизволили навестить двое героев последних дней, бесстрашных защитников Пограничья от расплодившейся нечисти! Досадное происшествие с купцом Стевартом благополучно и бесследно изгладилось из памяти обывателей, уступив место более-менее приличным подвигам, приписываемым киммерийцу. Похоже, его уже считали земным воплощением сурового Крома. Варвар, в сущности, не имел ничего против, но кое-что из сплетен было совершеннейшей чушью, например, то, что киммериец убивает оборотней одним взглядом, а его меч способен метать молнии… Краем уха слушая подобный бред, Конан усмехался, но развеивать слухи не спешил – пускай себе треплют языками.
Так варвар с Эрхардом сидели и пили, а вся таверна не сводила с них глаз. Многие так заглядывались и заслушивались передаваемыми сплетнями, что не замечали, как двое юрких воришек, по виду явных заморийцев, шныряют в толпе, срезая кошельки, радостно ухмыляясь и порой ехидно поглядывая на киммерийца. Конан давно заметил эту парочку и теперь вовсю развлекался, подсчитывая, сколько человек воры успеют облегчить от явно мешающего им золота, прежде чем их схватят за руку.
Собрав дань с по меньшей мере десятка ротозеев, один из воришек потянулся к увесистому кошельку могучего стражника, лениво прихлебывающего пиво. Казалось, стражник полностью поглощен зрелищем напивающихся героев Пограничья, но стоило проворным пальцам заморийца с зажатой в них остро отточенной по краям монетой коснуться мешочка с деньгами, как на них плашмя легло лезвие кинжала.
– Еще сунешься – руку отрублю, – даже не оборачиваясь, пообещал стражник. Вор с видом полной покорности судьбе пожал плечами и удалился от греха подальше в другой угол зала. Его напарник, окончательно обнаглев, прицелился было к кошелю Эрхарда, но Конан ласково погладил рукоять стоявшего возле стола меча, и замориец, примирительно подняв руки, тут же испарился.
К столу неожиданно подсел совершенно незнакомый приятелям молодой светловолосый парень-бритуниец с точеными чертами лица. Конан и Эрхард, уже слегка пьяные, но пока еще отлично соображавшие, недоуменно уставились на него. Бритуниец понимающе хмыкнул и жестом призвал их наклонить головы пониже.
– Помните Гиперборейский тракт? – вполголоса спросил незнакомец. – И несколько странную встречу?
– А-а, – первым догадался Конан. – Ты есть тот самый… беглец от славы?
Парень смущенно закивал:
– Да. Я уезжаю домой и хотел бы кое-что сказать вам на прощение. Во-первых, Главный находится где-то здесь, в столице. У меня нет никаких доказательств, но я уверен, что это так… Второе – вчера в бою погибли вожаки всех боевых отрядов, – бритуниец завладел пустой кружкой Эрхарда, налил себе пива из стоявшего на столе бочонка и поднял ее в шутливом приветствии: – В основном благодаря тебе, Конан. Ваше здоровье!
– Кружку отдай, – потребовал слегка обалдевший от такого нахальства Эрхард.
– Сейчас, – парень допил остатки пива и вернул кружку владельцу. – И третье, что мне удалось узнать – все, кто по-прежнему жаждет людской крови, собираются у развалин капища Чернолицых. Туда же прибудут новые вожаки из Бритунии.
– Почему из Бритунии? – не понял киммериец. – У вас что, своих не осталось?
– У меня на родине настоящее волчье логово, – с грустью сказал парень. – По-моему, сейчас туда сбежались одержимые со всего света. И еще болтают, будто там находится Верховный Вожак, который нашел саму Книгу Бытия… Слышали про такую?
– Слышали, – подтвердил Конан, вспомнив странный разговор в деревне Эрхарда. – Мрачно как-то все получается… Что еще плохого скажешь?
– Будет большая резня, – вздохнул бритуниец. – Достанется всем – и людям, и оборотням. Прольется море крови… Но мне кажется, что вы как-то сможете их остановить, – он вымученно улыбнулся. – Вот что: если окажетесь в Бритунии и вам понадобится помощь – разыщите меня. Я живу в Пайрогии, улица Фонарщиков, третий дом от начала. Кстати, все забываю представиться – Джареф, к вашим услугам, – он встал и коротко поклонился. – Я пойду, мне еще ехать сегодня целый день…
Бритуниец вышел, следом за ним выскочил один из воришек. Во время разговора он все время крутился в подозрительной близости от стола, пытаясь расслышать хоть что-нибудь. Конан посмотрел ему вслед и решительно поднялся из-за стола, бросив Эрхарду:
– Схожу отолью. Закажи еще пива, идет?
Варвар стремительно прошел через расступавшуюся перед ним толпу, толкнул дверь и вышел наружу. День стоял ясный и морозный, под ногами хрустел затянувший лужи тонкий лед. Мимо на гнедой кобыле рысью проскакал Джареф, за ним следовала нагруженная мешками заводная лошадь. Парень махнул на прощание стоявшему у порога «Короны и посоха» варвару и умчался к воротам крепости.
Воришка куда-то сгинул, но, посмотрев по сторонам, Конан заметил, как он, оглянувшись через плечо, юркнул в проулок за таверной. Киммериец неторопливо прошел до угла и остановился, прислушиваясь. Вор стоял молча, переминаясь с ноги на ногу и явно кого-то ожидая. Наконец, послышались чьи-то тяжелые шаги и низкий голос требовательно осведомился:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
