— Ну и я, разумеется, пристроился ему в хвост, — продолжал тот. — Вот так мы и оказались у входа в Обухов кильдим…
— В смысле, в его подпольный стадион? — уточнил Шишел, вынув на пару секунд спичку изо рта.
— Угу, — подтвердил Микис. — Может быть, у него там встреча была назначена или еще что… Ну, в общем, он сильно торопился. Поэтому тут вышла такая э-э… контроверзия…
— Что-что вышло? — не понял Шишел, чуть не подавившись своей спичкой.
— ДТП, в общем, приключилось, — пояснил Микис. — Между нами, шустро этак, вперся какой-то «додж» и точно в зад впилил фраерову «мерсу»…
— Это не есть хорошо, — заметил Дмитрий и переложил спичку из одного угла рта в другой.
— Хорошего мало, — признал Микис. — Я ждал, что мордобой состоится. Но — не состоялся. И фраер наш, и дурни из «доджа» вылезать из машин и выяснять отношения не торопились. Потом, немного спустя, дурни из «доджа» разом вывалились наружу. Числом — три отморозка. Причем все при стволах.
— Ай-ай-ай, — иронически возмутился Шишел, — И куда это только смотрит полиция?
— Известно куда, — усмехнулся Микис.
— Смотря кому, — не остался в долгу Дмитрий.
— Но что характерно, — продолжил Микис свой рассказ, — кинулись все трое не метелить фраера из «мерса», а вовсе наоборот — ко входу в Обухове хозяйство. В контору, которой командует носатый Симон… Этот… не помню фамилии. Словом — Чертешвили… Это… впрочем, неважно. Важно то, что, пока я чешу репу — что ж делать-то, в смысле — все трое вываливают назад, причем не без стрельбы, и опрометью несутся к своей тачке. И там нос к носу сходятся с нашим фраером! Оцениваешь мою ситуацию?
— Дальше! — распорядился Шишел, поправляя спичку, вставленную в зубы.
— А дальше… — вздохнул Микис с некоторым разочарованием. — Дальше наш фраерок пытается по этой кодле дерзновенно шмалять. Впрочем, с этим у него как-то не заладилось. Оно и к лучшему. Хорошо, что пока что все обошлось без трупов. Наш франт без особого шума получает по мозгам и грузится в этот самый «додж». Все отморозки убираются туда же. И пока они там рассаживаются, к их тачке, что характерно — заметь это, Дмитрий — подваливает легавый… То есть я только потом понял, что то был легаш, а сперва принял его за латиноса или за итальянца, в общем, за мафиози, но неквалифицированного.
Микис кривовато улыбнулся. В чем, чем, а в квалификации мафиози Микис просто обязан был разбираться.
В общем, этот тип прилепил какую-то хрень под задний бампер тачки, — объяснил он. — Я сначала испугался, что это что-то типа мины. Но это был, я думаю теперь, обычный радиомаячок. Ну и только он успел эту фигню куда положено приделать, как «додж» этот укатил к чертовой бабушке. Я только успел залезть в свою тачку, как тут началось такое, что я чуть было не попал под раздачу. Из Обухова кильдима выскочила уймища народу и начали всех подряд шмонать на предмет каких-то бабок. А бабки увели, похоже, те самые отморозки, которые… Ну, в общем, ты понял…
— Блин, какие-то прямо «многостаночники» нам решили дорожку перебежать, — выплюнув спичку, умозаключил Дмитрий.
— Воистину так, — подтвердил Микис. — Дальше — больше. Я ворочаю глазами и пытаюсь в ситуации сориентироваться. И вижу не больше, не меньше как маэстро Ван-Аахена. Я думаю, не стоит объяснять, как я его узнал? Длинный, рыжий… В звании капитана.
— Слава богу, я дел с ним не имел, — задумчиво буркнул Шишел. — Но меня о нем предупреждали. Это тот тип, который по линии контрразведки курирует как раз те дела, что связаны с нашим теперешним бизнесом. Если он в игре, дела плохи.
— Так вот, — вернул разговор в его основное русло Палладини, — тот самый чернявый тип, что крутился вокруг «доджа» и цеплял к нему непонятную хрень, вместе с рыжим капитаном и еще с какими-то мужиками лезут в «форд» и устегивают в том же направлении, в котором убыли отморозки на «додже». Ты, разумеется, понимаешь, что я смекнул тогда?
— Ты пристроился в хвост легавым… — без особого труда Догадался Шишел. — Ты уверен, что тебя не засекли?
— Им было не до того, — уверенно заявил Микис. — Но, Разумеется, я вынужден бы держаться от их машины подальше. Когда мог, проскакивал по параллельным переулкам… В общем-то ехать было не так уж и далеко. На перекрестке Зорро-авеню и аллеи Трех Путей у отморозков был какой-то контакт с городским патрулем. Мне пришлось ждать за поворотом. Так что не знаю, что там у них приключилось. Через минуту-другую после этого у поворота на Стивен-стрит вижу такую картину: пустой «додж» — прямо посреди улицы, рядом — уже знакомый мне «форд» и вокруг — полный комплект легавых дружно стоят столбами и яростно когтят себе затылки. Вывод тебе, я думаю, ясен?
— Эти, как ты говоришь, отморозки просто-напросто сменили колеса, — пожал плечами Шишел. — Это можно было предположить.
— Мне только и оставалось, как с невинным видом пропилить мимо этой компании, — уныло завершил Микис свой рассказ. — Вот и думай тут, хорошо это или плохо…
— И хорошо, и плохо вместе, — мрачно произнес Шишел. — Хорошо, что легавые еще не сцапали курьера вместе с «богом». А плохо то, о чем я тебе уже говорил. Я оказался повязан с шакалами… Если вообще не выбит из игры.
Оба собеседника замолчали. Молчание их было различным — напряженное, скрывающее лихорадочную работу мысли у Шишела, и минорное, траурное — у его партнера.
— Это не все, что я хотел тебе сказать, — прервал затянувшуюся паузу Микис. — Второе, что у меня есть, это тот тип, которого пустили по твоему… по нашему следу. Его, похоже, даже и не думали секретить… В таможне космотерминала черным по белому обозначен комиссар федерального значения по особым поручениям Жан Роше. Мне помнится, что неоднократно слышал от тебя про этого типа. Ты даже очень неплохо отзывался об этом сыскаре… И как о специалисте, и как о человеке. Он, кажется, на старости лет пошел в гору. Региональный комиссар и комиссар по особым поручениям, это — как небо от земли…
— Может, он и вам попадался… Невысокого роста, рыхлый такой… — начал задумчиво перечислять приметы комиссара Шишел. — На вид — печальный такой. Курит. Причем дымит как паровоз самыми дешевыми сигаретами. Усы какие… слегка моржовые, что ли… И шляпа — не знаю, е он такие достает, — старомодная и основательно помятая-
— Тогда я господина комиссара сподобился видеть, — уверенно объявил Микис. — Этой ночью. И, конечно, в компании капитана Ван-Аахена…
— Трудность задачи удваивается, — мрачно умозаключил Шишел. — Если не удесятеряется… Играть придется против сильных противников. С одной стороны против нас — гроссмейстеры, с другой — отменные шулера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
