Об этом же говорят все эзотерические источники, учения Е. П. Блаватской и Н. К. и Е. И. Рерих, труды русских космистов.
Фактически целый пласт интереснейших гипотез о мироустройстве выброшен из рассмотрения благодаря диктату Ньютоно-Картезианской парадигмы, и отношение к ним немалой части представителей современной науки можно вполне сравнить с реакцией современников Галилея, которые отказываись глядеть в его телескоп, не желая признавать наличия кратеров на Луне. Но тогда о какой объективности ученых и о какой нравственности в науке можно говорить?
Впрочем, жертвами механистической парадигмы оказались и сами ее авторы. Так, нигде не упоминается о философии И. Ньютона, в которой большое место отводилось Богу, а также о его глубоком интересе к астрологии и алхимии. Нигде не говорится о том, какую роль отводил Богу Р. Декарт. Как пишет С. Гроф, "в учебниках не принято упоминать, что многие из основателей современной физики — Эйнштейн, Бом, Гейзенберг, Шредингер, Бор и Оппенгеймер — не только считали свои работы вполне совместимыми с мистическим мировоззрением, но в каком-то смысле открывали мистические области своими научными занятиями".
Несомненно, что человечество стоит перед необходимостью пересмотра путей своего развития и ревизии инструментария познания мира. Человек все более осознает себя явлением космического порядка, поэтому раскрытие его связей с окружающим многомерным миром, развитие творческого взаимодействия с космосом и с разумными представителями иных миров, скорее всего, и составит содержание следующего этапа прогресса земной цивилизации в III тысячелетии.
Представляется, что переход на качественно новую парадигму обеспечит также и безусловный рост духовности. Осознав себя частицей живой Природы и частицей одухотворенного космоса, человек от антагонизма придет к союзу с Природой. Тем самым появится не декларируемое, навязываемое, а вполне замотивированное, подкрепленное стройной теорией стремение к гуманизации и гуманитаризации знаний и, конечно, в первую очередь, познавательно-воспитательного процесса.
Ноокосмический характер будущей парадигмы
Но с прежней парадигмой к этому этапу даже близко не подступить. Каким же может быть новое научное мировоззрение?
Многое свидетельствует о том, что новая парадигма будет иметь ноокосмический характер. Термин «ноокосмический» ("noos" — разум, сознание, «kosmos» — Вселенная) использует в своих работах доктор физико-математических наук Л. В. Лесков, заменяя им двойственное понятие «антропоморфный», т. е. человекоподобный, множественный.
Таким образом, новая парадигма неизбежно должна будет признать реальностью многомерность пространства и множественность миров.
Напомним, что теоретически, на основе математических моделей, ученые уже пришли к пониманию того, что мир многомерен. Современные исследователи, решающие проблему многомерности пространства и множественности миров, располагают не только обширным фактическим материалом, но и строгим математическим аппаратом доказательства концепции многомерности. Тем не менее академическая наука весьма и весьма неохотно расстается с привычной и устоявшейся за два с лишним тысячелетия концепцией антропоцентризма. Главным аргументом ее апологетов со времен Аристотеля, Птолемея и до наших дней было и остается то обстоятельство, что мы, люди, не обладаем теми органами чувств, которые подверждали бы иное.
Субъективизм данного аргумента очевиден. Он целиком и полностью лежит в русле эгоцентризма, когда природу, мир вокруг человек оценивают только исходя из своих человеческих возможностей и мерок, не понимая, что не сам мир, а его восприятие сужается возможностями наших органов чувств и нашей ограниченной способностью перерабатывать поступающую информацию.
О том, что в космосе мы не одиноки, догадываются многие. Ученые судят об этом, находя органические вещества в метеоритах, прилетающих на Землю из других миров. Верующие христиане знают об этом из Библии: "В доме Отца Моего обителей много". Но наиболее древняя из известных на земле книг, в которой говорится о множественности обитаемых миров, — это Книга Дзиан. Комментарии к некоторым главам именно этой книги составили основу "Тайной Доктрины" Е. П. Блаватской, чьи труды признаны ЮНЕСКО интеллектуальным достоянием человечества ш.
В "Тайной Доктрине" дается трактовка учения, по которому существование людей в физических телах — это только этап, причем этап эволюционно краткосрочный, на пути, если выражаться библейским языком, от образа до подобия Божьего. В очередном цикле развития люди будут иметь не физические, плотноматериальные тела, а тела более тонкие. В "Тайной Доктрине", как пишет популяризатор учения Е. П. Блаватской Л. П. Дмитриева, "раскрываются некоторые тайны происхождения и развития КОСМОСА, ЗЕМЛИ и ЧЕЛОВЕЧЕСТВА — знания о взаимопомощи в Космосе, о цикличности и строгой закономерности всего происходящего, о бесконечности Жизни и бесконечном устремлении всего сущего к усовершенствованию"122. Революционное по своему содержанию и провозглашенной концепции учение "Тайной Доктрины" — это мощный прорыв познания на уровень нового космического мышления. В этом учении, пожалуй, впервые за всю историю земной науки делается попытка синтеза философии, религии и традиционной науки, когда рациональное и иррациональное объединяются в новом качестве.
Дальнейшим развитием учения и идей Е. П. Блаватской в осовремененном варианте стали труды Елены Ивановны и Николая Константиновича Рерих, в которых рассматриваются космическое происхождение человека и многосторонность его связей с космосом и где они обращаются к идее Беспредельности и законам Космического Разума. Это учение изложено главным образом в Агни-Йоге, или "Живой Этике", которую уже сейчас можно считать основообразующим мировоззрением человеческой цивилизации в будущем III тысячелетии. "Живая Этика" — это, без преувеличения, вершина философской мысли русского космизма, провозглашавшего главной своей целью выход из тупика самоизоляции, в котором оказалось человечество.
Особенность учения "Живой Этики" в том, что оно, как и наука, считает окружающий мир материальным. Но при этом понятие материи здесь расширено до беспредельности по степени утончения. То, что в религии называют Духом, есть тончайшая материя, пока еще никак не исследованная наукой. А всего существует три ипостаси существующих миров. Это земной мир, или мир плотной материи, Тонкий мир, или мир тонкой материи, и, наконец, Мир Огненный, или мир тончайшей материи, мир Духа. Все эти миры находятся в тесной взаимосвязи и, словно одежды, пронизывают друг друга. Неплохо, хотя во многом односторонне изучен лишь плотноматериальный, земной мир. К исследованию Тонкого мира наука лишь только-только подступает (см. работы В. Н. Волченко и др.), а что касается Мира Огненного, то перспективы его познания пока весьма туманны.
Но нас в контексте данной работы больше интересует не столько содержание учений Е. П. Блаватской, Елены и Николая Рерих, сколько способ получения ими столь необычной информации.
Вот какой комментарий к истокам информированности Елены Петровны Блаватской дал мне при обсуждении аспектов данной монографии волжский уфолог и последователь учения семьи Рерих В. П. Ефимчук. Он пишет: "Напомню, что Блаватской не было необходимости прибегать к услугам психографии. Она сама, обладая способностью читать свитки Акаши, могла, сидя за своим рабочим столом и сосредоточившись, прочитать любую страницу из любой когда-либо написанной книги, естественно, не имея ее перед собой. А чтобы передать "Тайную Доктрину", Блаватскую специально три года готовили в одном из ашрамов Тибета. Именно там Е. П. сама лично видела, держала в руках и читала Книгу Дзиан, комментарии к некоторым главам которой и составили "Тайную Доктрину'5".
Так кто же передавал ей новые знания? Как об этом писала Е. И. Рерих, Учителями Блаватской были посланцы Белого Братства — сверхцивилизации, участвовавшей в создании Земли и человечества. То есть факт существования невидимых и чрезвычайно просвещенных миров Е. И. и Н. К. Рерих признавался как реальность и он не подвергался сомнениям.
А вот о том, каким образом передавались знания, рассказывает Мэри Нэф в книге "Личные мемуары Е. П. Блаватской".
"Она могла сама записывать ответы в то время, когда говорила с окружающими на совершенно постороннюю тему. Блаватская рассказала нам, что она в этих случаях видит мысль спрашивающего или ее яркий отблеск, как будто эта мысль висит в царстве теней вблизи головы вопрошающего. Ей надо только внимательно снять с нее копию или позволить руке механичеси записать ее. Никакие «духи» ей не помогают"[123].
"В Тибете Блаватская изучала язык «сензар», чтобы она могла общаться с Учителями, когда будет в миру, на рабочем поприще"[124]. (Книга Дзиан написана на этом древнем священном языке).
