Дженни сложила руки у рта, чтобы ее возгласы звучали как можно громче, а Малейн хотелось плакать и смеяться одновременно. Что ж, после этого свадьба Сибиллы уже точно не будет идеальной. И сейчас, пока ведьма возмущена, самый удобный момент, чтобы сделать то, что Малейн задумала.
Она сжала руку Роба достаточно сильно, чтобы он повернулся.
— Ты любишь змей?
Наказание последовало незамедлительно. В спину будто воткнули за раз тысячи игл, и Малейн споткнулась, но Роб поймал ее, не давая свалиться на землю. Как только она оправилась от боли настолько, чтобы открыть глаза, их взгляды встретились.
— Что ты сказала? — прошептал он.
— О, ничего!
Сибилла заставила ее задыхаться от смеха.
— Просто споткнулась на крапиве. Продолжим?
Процессия приостановилась, пока Роб хмурился и держал её.
— Ты уверена, что всё хорошо?
Малейн кивнула. На самом деле ей хотелось свернуться калачиком на его груди и тихо умереть, но Сибилла сделала так, что можно было лишь мило улыбаться. И готовиться ко второй атаке.
Джим и Дженни еще здесь, бегут вслед за шествием, а значит, с ними всё хорошо. Магия их не тронет.
Затяжная боль еще пульсировала вдоль спины Малейн, но она понимала, Сибилла не может наказать ее еще сильнее. Ей нужно, чтобы пленница дошла до церкви, а потом вернулась обратно.
Когда жених и невеста пересекали широкий мост через ручей, отделяющий замок от церкви, Малейн чуть было не сделала глубокий вдох, но остановилась — это может предупредить Сибиллу о ее планах.
Поэтому она сдержалась, и, когда они пересекли мост, сжала руку Роба еще раз.
— Ты помнишь Молли? Она…
Вспышка боли, которая тут же ударила ей в голову, была настолько сильной, что у Малейн побелело в глазах, и она покачнулась. Роб поймал ее снова, но вместо того, чтобы поставить невесту на ноги, покрепче прижал ее к себе.
— Малейн, — прошептал он, — если ты там, пожалуйста, скажи мне.
Сибилла его оттолкнула.
— Я просто пропустила завтрак и теперь меня немного мутит.
Он уставился на нее и прищурился.
— Роберт! — окликнул сына король. Он и королева сидели в карете, которая ехала позади. — У вас всё в порядке?
Роб молчал. Он не спешил отводить взгляд от своей невесты. Его зеленые глаза бегали туда-сюда, изучая ее лицо и словно пытаясь разглядеть в нем что-то, недоступное остальным. Но в итоге он кивнул, и парад продолжился.
Слухи о запинающейся принцессе уже гуляли в толпе.
Когда впереди показалась высокая церковь, Малей знала, что должна сделать это еще один раз. Это будет ее последний бунт, потому что вряд ли она выдержит больше. Ее виски пульсировали так, что едва не лопались. Но Роб не может жениться на мертвой принцессе, а значит Сибилла не убьет ее прямо сейчас.
Они прошли по ступенькам и поднялись к церковным воротам. Однако вместо того, чтобы войти внутрь, как того требовали приказы Сибиллы, Малейн рухнула на колени. Ее голос звучал слабо и неестественно, когда Роб наклонился к ней. И всё же она выдавила из себя еще одни слова, игнорируя непрерывный стук в ушах:
— Держись крепче.
Малейн встала, опираясь на Роба. Она так устала от борьбы, что смерть перестала казаться ей худшим развитием событий. Принц почти донес ее до алтаря, и, оказавшись там, Малейн бы с радостью свалилась в обморок, если бы Сибилла ей это позволила.
Вместо того, чтобы бороться с болью, Малейн решила сосредоточиться на пальцах Роба и далеких звуках, в которых угадывался его голос.
— Ваше Высочество?
Она не сразу поняла, что кто-то обращается к ней. Когда она открыла глаза, то увидела рыжего священника, который таращился на нее широко распахнутыми глазами. Несмотря на полуобморочное состояние, Малейн чуть не усмехнулась. Даже епископ Тобас больше походил на святого отца, чем этот молодой человек.
— Что? — спросила она.
— Эм… Клянетесь ли вы перед Создателем уважать и почитать своего супруга, лелеять его во все ваши дни ныне и во веки вечные, пока смерть не разлучит вас? Готовы ли вы жертвовать собой ради его блага?
Малейн улыбнулась, точно зная, что это не Сибилла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да.
Священник выдохнул.
— Тогда, — сказал он, — я представляю всем присутствующим Его Королевское Высочество принца Роберта и его прекрасную жену!
Послышался рев аплодисментов.
Роб подошел ближе, и Малейн растерялась, но не от смущения. Свет в его глазах — вот что поразило ее настолько, что она чуть не шагнула назад. Такого она еще не видела.
Роб сиял так ярко, что, казалось, мог ослепить любого, кто осмелится надолго остаться в его лучах. Он выглядел так, будто стоял не в церкви, а на поле боя, готовый вести за собой людей.
— У меня для тебя кое-что есть, — сказал Роб, широко улыбаясь.
Он бережно вложил в руки Малейн золотую цепочку, с которой свисала розовая жемчужина размером с оливку.
— Здесь выгравированы наши имена. Это традиция. Нерушимый камень для нерушимой любви.
Не дав ей возможности ответить, Роб притянул ее к себе здоровой рукой, и его губы прижались к ее губам. Малейн будто бы снова исполнилось пятнадцать — от него пахло звездами и цветами, с которых падало серебро дождя. Капли блестели в лунном свете, как бриллианты.
Роб крепко сжал ее талию, и его пальцы чуть не скользнули ниже, а она ухватилась за его мундир в надежде, что сможет навсегда остаться в том моменте. Самом сладком в ее жизни.
Он отпустил ее и посмотрел так, как бедняк мог бы смотреть на пиршество. Его пальцы обвели контур ее лица.
— Я знаю твой поцелуй, — прошептал он.
Малейн улыбнулась, несмотря на жгучую боль, которую Сибилла посылала ей в ноги.
— Это будет нелегко, — продолжил Роб. — Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала.
— Что угодно, — ответила Малейн, не зная, она это или нет.
Говорила Сибилла.
— Держись крепче, — сказал Роб. — Не сдавайся еще немного.
Он повернул ее лицом к толпе и поднял вверх их сцепленные руки. Люди взревели. Под звуки ликования Малейн и Роб уселись в открытую карету, из которой махали горожанам, пока ехали обратно в замок. Время от времени они останавливались, чтобы подбросить в толпу монет из корзины, стоящей между ними.
Каким-то извращенным образом Сибилла оказалась права. Малейн не сможет жить долго и счастливо с мужчиной своей мечты, но венчание с ним разделила именно она.
Увы, поездка в карете не могла длиться вечно. Она оказалась до ужаса короткой.
Когда они вернулись в дворец, Малейн сопротивлялась Сибилле при каждом удобном случае. Но как бы она не пыталась, ведьма была сильнее.
— Знаю, ты просила подготовиться у себя, — сказал Роб, выпрыгивая из кареты, — но я буду ждать тебя в покоях для новобрачных.
Его щеки слегка покраснели, и Малейн тоже вспыхнула. Довольно странный момент, учитывая, что они теперь оба, кажется, понимали, что за игру ведет Сибилла.
— Я скоро буду, — хихикнула ведьма и повела Малейн в свои покои.
Как только дверь закрылась, в лицо Малейн прилетела горстка металлических табличек.
— Значит, решила занять их место? — прошипела Сибилла уже собственным ртом. — Очень хорошо. Значит, разделишь их судьбу.
Сибилла шагнула назад, но тут же замерла, и по ее лицу поползла уродливая улыбка.
— А знаешь, что? Ты не разделишь их судьбу. У меня для тебя есть кое-что получше.
Она махнула рукой стражнику, который стоял у двери, пока тело Малейн приобретало собственные черты.
— Утопи ее в пруду, — велела Сибилла.
А потом в последний раз посмотрела в глаза Малейн.
— И на этот раз Роб тебе больше не поможет.
У Роба кружилась голова, пока он наблюдал, как уводят его невесту. Он был уверен, что Малейн там и она жива. Что бы ни заставило ее молчать в саду, теперь это, кажется, не важно, ведь она трижды подавала ему сигналы. А когда она его поцеловала…
Они делили поцелуи только одну ночь в жизни, но Роб никогда об этом не забыл.
Правильно ли он сделал, что отпустил ее в покои Сибиллы? Роб подождал немного, прежде чем последовать за принцессой. Нужно как-то убедиться, что Малейн в безопасности.
