Глава 20
На улице уже стемнело. Поднимаясь по дороге в замок, я испытывал такое чувство, как будто уезжал на месяц. Здесь все было родным. Не представлял, что когда-нибудь Гнездовая скала для меня станет чужой. А ведь это обязательно произойдет. Отыщется Даниэль или вступит в наследства Алан и мне придется съехать. Замок станет домом нового правителя Скалистого Берега и его семьи. Я превращусь всего лишь в его родственника.
Наверняка примерно такие же чувства испытывал дядя. Когда-то он ведь тоже здесь жил и считал замок своим домом. А после мой отец стал правителем, и ему пришлось съехать в рыбацкую деревню.
Гвардейцы открыли верхние ворота, я прошел через двор, вошел в замок и оказался в непривычной тишине. Не было слышно ни единого звука. Как будто внутри все замерло. Совсем недавно у нас кипела жизнь с утра до ночи. Потом все как-то резко стало меняться. Началось с того, что мама уволила большую часть прислуги, состоявшую из девушек и молодых женщин. Дальше в Мелиссар уехал Даниэль, случилась смерть отца, пропажа Даниэля и вот уже в замке почти никого не осталось.
Послышались шаги. Кто-то вверху начал спускался по лестнице. По цоканью коготков я узнал Мартышку.
Пес не успел добраться до первого этажа, а уже почувствовал мое появление. Цоканья участились, раздалось мощное приветствие в виде «гав-гав-гав…»
Наконец добравшись до последнего лестничного пролета, Мартышка снова громко гавкнул и устремился ко мне. Хорошо, что я остановился подальше от ступенек, иначе у него хватила бы ума прыгнуть на меня сверху. Он накинулся на меня передними лапами. Скуля и повизгивая, пес принялся тереться об меня мордой тем показывая, насколько сильно соскучился.
— Вернулся! — весело воскликнула Милли, появившись на лестнице в следующий момент. — Теперь хоть кто-то будет. А то у нас целыми днями никого.
— А мама?
— Нет, ну княгиня постоянно в замке.
— Есть же еще Алан.
— У нас люди появляется только утром. Когда княгиня проводит совещания. Потом в течение дня кто-нибудь приходит и на этом все. Алан появляется по утрам вместе со всеми, а потом исчезает до следующего утра. Наверное он завел себе какую-нибудь девушку. Вот и проводит с ней все время.
Я был другого мнения. Раньше брата от загулов останавливала боязнь отца. Сейчас же ему опасаться было некого. Из-за кучи проблем нахлынувших на княжество маме уже было не до него.
— Мы с Мартышкой идем гулять. Ты с нами?
— Нет, идите без меня. Мне нужно увидеться с мамой.
— Жалко. А я хотела тебе похвастаться. Я же выхожу замуж! — едва ли не завизжала Милли.
— Замуж? — зачем-то переспросил я, ошеломленный новостью.
— Случайно получилось. Я вышла по делам в город, встретила Бартоса, и мы влюбились. Он сын богатого столичного торговца. Он сразу предложил выйти за него замуж. В первый же день!
— Но… но может быть он тебя обманывает?
— Ничего не обманывает! Он подарил мне жемчужину! — девушка с невероятной радостью показала на висевший на шее подарок. — А сегодня подарил вот это платье!
Милии сделала шаг назад и ловко дважды прокрутилась вокруг себя. Пышный низ широко распустился едва ли не выше коленей.
— Правда, красивое? Вчера мы познакомились, а сегодня он представил меня своему отцу. Его отец сказал, что будет рад такой невестке. Представляешь? После свадьбы я уеду жить в столицу. Там у Бартоса с отцом есть лавка с женской одеждой. Буду продавать такие же платья и всякие женские штучки. Здорово, правда?
— Здорово… И когда свадьба? — растерянно спросил я.
— Наверное, скоро. Он с отцом к нам по делам приезжал. Сейчас они вернулись в столицу. Бартос обещал скоро приехать снова, и мы назначим день свадьбы. Я же его еще не познакомила со своими родителями. И с Рилли тоже не познакомила. Но мои согласны выдать меня за Бартоса. Он им уже нравится. Ну, все, мы пошли гулять. Княгиня в кабинете. Освободишься раньше, выходи к нам во двор.
Мартышка то терся и прыгал около меня, а теперь ломился на выход, требуя прогулки. Милли открыла ему дверь. Пес обернулся ко мне. Мол, а ты что стоишь, бежим с нами. Вот только у меня было еще слишком много дел. Предстоял важный разговор с мамой, который вряд ли скоро завершится.
В целом я был рад, что судьба девушки так хорошо складывалась. Вот только небольшая горчинка все портила. Милли все-таки придется от нас съехать.
Мама сидела в кресле у окна. Мое появление вызвало у нее улыбку. Она встала и пошла мне на встречу. Немного обнимашек, и она усадила меня в кресло.
— Как у вас тут? Я уже слышал о разгуле преступности.
Мама отмахнулась. Улыбка сменилась озабоченностью.
— Это мелочи. Мы уже почти справились. В город вернулось спокойствие. Меня больше беспокоит другое. Начались нападения на торговцев. С Севера каждый день приходят неприятные известия. Купцы уже боятся везти к ним товар. Сегодня плохие известия пришли с Юга. Там напали сразу на двух наших торговцев. Конечно же, забрали товар и деньги. Я отправляла в столицу Игана. Он через посольскую службу направил королю Юга письмо с просьбой незамедлительно разобраться. Если так дело дальше пойдет, даже не знаю что и делать.
— Не дадим сейчас отпор, и наших торговцев будут грабить по всему миру.
— Именно так.
— А как бы поступил на нашем месте отец?
Мама пожала плечами.
— Он не всегда рассказывал о своих методах. Вероятнее всего отправил бы людей выяснить обстоятельства. Одновременно с этим стал бы давить на местных правителей.
— Так давай и мы надавим. Возьмем и запретим торговцам Севера и Юга у нас появляться пока не будут найдены преступники.
— К сожалению не все так просто. Торговля — это доходы. Часть идет в королевскую казну. Нам придется этот вопрос обговаривать с королем. А ты сам понимаешь, это сделать будет сложно. Он еще не отошел от истории с баржами. По ним до сих пор так ничего не решилось. Обращаться к нему с новой проблемой я пока не могу.
— Странно. Неужели мы не можем решать в своих владениях кому у нас торговать, а кому нет?
— Ну а ты как съездил к Вратам? — спросила мама и тем сменила тему.
Я с тяжестью вздохнул. С приятной тяжестью. За минувшие дни столько всего случилось, что теперь предстояло все рассказать и при этом постараться ничего не упустить.
Мама слушала мой рассказ в молчании. Лишь изредка она впечатлено покачивала головой или удивленно поднимала ко лбу брови. Я закончил, и мама ушла в собственные мысли. Я был рад. Пусть у нас сплошные проблемы, но все-таки не все так печально. Я привез хорошие новости. Теперь было понятно кто делает нам пакости. Оставалось совсем ничего — приструнить альбиносов.
Вот только я не знал, как именно мы с ними поступим. Вытряхнем компенсации или же развяжем войну и прикончим. За столько совершенных подлостей я был обеими руками за последний вариант. Конечно же, это не относилось ко всему населению острова. Лишь к правителям.
— Лучше бы это были северяне… — наконец тихо произнесла мама.
— И что мы теперь с ними будем делать?
— Ничего.
— То есть как ничего?!
— А что мы им предъявим? Какого-то простолюдина Троя? И кто нас будет слушать? Альбиносы — это не северяне. Они думают на несколько ходов вперед. Всегда действуют изощренно. Потребуются очень веские доказательства. Даже тогда, боюсь, вряд ли мы сможем сделать им что-то серьезное.
— А это еще почему?
— Да потому что мы не можем сами развязать войну. Мы вассалы. Потребуется убедить короля. И вот тут появятся проблемы. При том количестве золота, что есть у альбиносов, им не составит труда переманить на свою сторону короля. Он сведет конфликт к переговорам, где тема войны окончательно увязнет. Альбиносы, конечно же, заплатят. Но заплатят не нам. Мы получим крохи. Остальное останется в королевской казне. Как бы странно это не звучало, чтобы достать альбиносов нам придется искать другого союзника. Никогда бы не подумала, что на эту роль подойдут наши извечные враги. Я имею в виду Север. В своей игре альбиносы затронули наши стороны. Чтобы их одолеть нам потребуется объединиться. Но прежде понадобится раздобыть более весомые доказательства. Показаний простолюдина будет недостаточно.
