расцветает алым цветком боли. Боль тут же загоняется в подсознание, но вот тоненький скребущий элемент всё ещё слышится. Явно сломаны ребра.
Япону маму, кто же это меня так?
Но выяснять некогда — надо подключать чувства и ощущения, чтобы снизить урон от следующей атаки. Я подскакиваю и сгибаюсь в низкой стойке. Ничего не видно, но хотя бы слышно. А вибрации воздуха могут помочь в защите.
— Эй, ты что творишь? — слышен слева голос Малыша. — Так нельзя!
Ага, значит там красная кабинка. Там мои ребята, там мой островок безопасности. Надо повернуться туда спиной, чтобы атака не пошла по позвоночнику.
— А ты не видишь? Он едва не задушил господина Минори! — слышится в ответ голос Хидики. — Если бы тот не поскользнулся, то хрен бы ваш выродок смог по подлому напасть на него со спины! Это вообще запрещено правилами!
Так вот кто меня приложил…
Собачья самка, как же режет глаза!
Хидики находится в десяти шагах. Если сейчас метну шар, то попаду точно в грудь. Он упадет, а мне останется только добить его и станцевать на костях! На обугленных, раздробленных костях…
— Изаму, с тобой всё в порядке? — это уже Кацуми.
— Да! Всё нормально! — отмахиваюсь я. — Не встревайте! Это наше дело!
Ну что, двое так двое. Мне не привыкать выходить и против большего количества людей.
Я уже почти довел череду мудр до финала, чтобы выпустить в сторону противника шквал молний, когда раздался громкий голос:
— Отставить!
Голос принадлежал взрослому мужчине, привыкшему повелевать. И металл в этом голосе не оставлял сомнений, что приказ нужно выполнить. Да и как не выполнишь этот приказ, когда руки и ноги сковало незримым оцепенением?
— Дуэль должна проходить честно! Между двумя участниками, если ничего не было оговорено заранее! Что тут происходит сейчас? Ты, худосочный, а ну покинь арену!
Оцепенение спало. Я смог-таки протереть глаза. Не сразу, но проморгался.
Возле моей кабинки стоял преподаватель боевых искусств Камавура Тэкеши. Рядом с ним застыл какой-то курсант из группы пятого курса.
Минори поднялся с пола. Багровость с его лица спадала. Он рванул ворот рубашки так, что пуговицы брызнули в песок. И как только выдержали натяжение раньше?
— Это было подло, по-хинински! — прохрипел он.
— В бою у нас не было договорняка на правила! — отозвался я. — А твой прихлебатель вмешался и украл мою чистую победу!
— Господин Огава поскользнулся! Это все видели! А ты воспользовался этим, подлый трус! — выкрикнул из синей кабинки Хидики, после чего повернулся к своим друзьям. — Нет, вы видели? Видели?
Конечно же Татсуя и Хамада видели. Да они любую хрень готовы были увидеть, лишь бы Минору оказался не побежденным, а победителем. Даже, что я из трусов достал ручной противотанковый гранатомет и шарахнул по печени Минору прямой наводкой.
— Они всё врут! Да вы же сами всё видели, Камавура-сан! — не выдержала Шакко. — Бой был честным, а что Изаму одолел с помощью мастерства, то это вовсе не его вина!
— Зачем ты лжёшь, рыжая? — взвизгнул Хидики и помахал мобильником. — У меня даже запись на телефоне осталась, как подло поступил хинин! Я выложу её в соцсети, чтобы все узнали, какие на самом деле мерзкие и грязные татуированные ублюдки!
— Выложи-выложи, только без рихтования, а то сделаешь всё наоборот, — сплюнул я.
— Тебя ещё не спросил, — фыркнул Хидики.
Преподаватель боевых искусств покачал головой и вышел в центр арены.
— Вы можете и дальше ругаться, но победитель не выявлен, а нам скоро понадобится арена. Я могу судить ваш бой. Если вы перешли на короткую дистанцию, то можете сразиться без оммёдо. Так будет честнее и правильнее. Вы быстро узнаете — кто из вас сильнее, а кто должен извиняться.
— Что? — не поверил Минори. — Вы будете судить бой аристократа с хинином?
— А мне наплевать — кто из вас кто. В академии все равны, так что вы либо принимаете моё предложение, либо переносите бой на более поздний срок. Нам ещё арену в порядок надо привести.
Я оглянулся на лежащие кучи песка. И в самом деле их надо бы убрать, а то будут ребята заниматься, споткнутся и получат неправильную оценку. А то ещё какое повреждение.
— Я согласен, — поднял я руку и поклонился, как того требовал устав академии.
— Я тоже согласен, — буркнул Минори, игнорируя знаки этикета.
— Что же, тогда разойдитесь на десять шагов, — скомандовал Камавура.
Мы повиновались. Он сначала подошел ко мне. Заглянул в глаза и негромко произнес:
— Что в руках? Хорошо, не надо пользоваться приспособлениями. Ты сможешь справиться с ним и без посторонней помощи. Покажи хороший и честный бой.
— Я буду стараться, Камавура-сан, — поклонился я в ответ.
Он одобрительно улыбнулся и подошел к Минори. Тоже что-то сказал тихим голосом. Минори чуть протупил, но потом тоже поклонился. Я увидел, как на лице противника мелькнула тень ехидной улыбки. Само значение этой улыбки я понял чуть позже.
Преподаватель вернулся на своё место и взмахнул рукой:
— Начали!
Я бросился вперед, чтобы атаковать с разворота ногой…
Огненный шар сбил меня с ног. Прокатившись по полю арены, я вскочил на ноги и возмущенно закричал:
— Так же нечестно! В бою нельзя использовать оммёдо! Мы же договорились!
— А я и не использую, — усмехнулся Минори. — Сейчас не использую. До боя было можно…
Я перевел непонимающий взгляд на преподавателя. Тот спокойно взглянул в ответ:
— Всё честно, Изаму. Да, может быть, Минори сначала и использовал оммёдо, но в момент, когда огненный шар тебя ударил, он просто стоял. А это не запрещено правилами! Он не использовал в драке оммёдо.
— То есть как? — не совсем понял я.
— Каком вверх! — обрадованно воскликнул Хидики со своего места в кабинке. — Этот дурачок вообще никак допереть не может! Да у него мозги в супе-мисо!
Твою мать, как же так?
— Подождите, но он же использовал колдовство! — пытался докричаться Изаму.
— Может быть, но в момент удара всё было нормально, — пожал преподаватель.
Я хмыкнул. Что же, в эту игру можно играть вдвоём. Я тоже высвободил боевой дух, чтобы запустить огненный шар в сторону Минори, но в этот момент за руку схватил курсант из старшей группы.
И
