— Сев, ты это… — осторожно поинтересовалась она. — Обиделся?
— Да нет. — Размеренным, каким-то безэмоциональным голосом ответил Кот. — Меня больше не мучает любопытство, что ты делала у Асфиладелии. Теперь все ясно. И странно, что я, такой идиот, не догадался раньше.
— Да и об то дерево… я не хотела тебя бить. Честно, Сев. Я споткнулась.
А малышка мне нравится, отметил про себя маг.
— Конечно, Йин. А скажи-ка, Иней… разреши мои сомнения. — все также глухо и холодно продолжил он. — Вы ведь с напарником зарабатываете, находите несчастных простофиль, а потом продаете им лошадку редкой породы…
— Гмм… так ты… обиделся?
— Нет. С чего же? Ничего личного.
— Ну я… но мы же тогда не были знакомы…
Он вздохнул. — Хотя чего еще можно было от тебя ожидать?
Ллисх вер Нарран оглядел всех с улыбкой. Белобрысую девчушку, которая просто утонула в платье Вероники. Кота-переростка. Все еще пребывающего в ступоре альва. — Впервые мне довелось побывать в столь… разномастной компании. Как насчет пойти наконец позавтракать? Не знаю, как вы, а я что-то проголодался.
***
Теперь понятно, что она делала в том лесу. И как зарабатывает на жизнь тоже понятно. Сиротинушку приработков лишила. Ясно…
Но если проклятье спало с нее, то почему он до сих пор остается в этом мерзком кошачьем облике? По воде он ходил. Цветок Шаанора достал. Черное сделал белым, когда проклятье Асфиладелии использовал на благо, уговорив изгнанного, никогда на к кому не прислушивавшегося колдуна на отсрочку. В лунном свете кувыркался, когда никто не видел. Долги, которые не отдают… возможно, именно эту загадку он не решил. Проклятье.
— Ри, не стоит смотреть на нее так, будто боги сошли на землю. Ты меня пугаешь, приятель. Она не единорог, Ри, она эркаст. — Ллисх вер Нарран размешивал кофе в чашке тончайшего фарфора и снисходительно посматривал на всех собравшихся за столом. Клетчатый халат он сменил на строгий камзол и белоснежную рубашку и чувствовал себя до отвращения беззаботно и бодро.
— Эркаст? — переспросил Севэриан. Он много странствовал, но ни разу не доводилось слышать.
— Эркаст? — оторвал взгляд от Йин альв.
— Эркаст? — Йин перестала носиться по комнате и вопить, — я оборотень, я снова оборотень! — и выглянула из-за плеча мага.
Ллисх вер Нарран вдоволь понаслаждался всеобщим вниманием, полуприкрыв глаза, а потом ответил. — Впрочем, вы не так уж и не правы. Эркастов считают родственными единорогам, правда, родство это очень дальнее. Если единорог по желанию может принимать облик человека, но никаких человеческих пристрастий не разделяет, то эркаст — изначально человек, не разделяющий пристрастий единорогов, да и лошадей тоже.
— Траву не ем. — добавила Йин.
— Я помню. — буркнул Севэриан.
— По некоторой легенде, этот дар обрел человек, с которым единорог добровольно поделился своей кровью. То ли спасая его от многочисленных ран, то ли был благодарен этому человеку за что-то и таким образом решил расплатиться. Было это конечно в совсем древние времена. Единорогов уже столетиями ведь не видели, либо те разочаровались и больше не показываются на глаза. Либо… больше их и нет. А жаль, прекрасные, удивительные создания были. Вот альвы считают, что они перворожденные, уж не в обиду тебе, Ри, говорю, но на самом деле, когда альвы еще продирали руками глаза да просыпались под Небесами нашего мира, единороги уже вовсю водили свои табуны по неизведанным тогда землям.
— Значит, я… лучше ельфов? Слышал, Риэейн? Я лучше тебя.
Альв промолчал.
Маг взглянул на нее с явной симпатией и взъерошил ее волосы. — Передается дар также как и обычные оборотнические способности. От отца к сыну, от матери к дочери.
— А много нас?
Ллисх вер Нарран пристально, жалеюще посмотрел на Йин. — Эркасты очень редки. В основном, ваша численность сокращается из-за нас, магов. Но и другие желающие дорваться до вашей крови находятся.
— А почему до крови?
— Потому что в ваших венах до сих пор течет частичка крови единорога. Прекраснейшего и мудрейшего, хранителя волшебных сил в этом мире, дарующего вечную жизнь и невероятную мощь тому, кого посчитает достойным. А поверь мне, детка, достойными эти волшебные звери считали мало кого. По пальцам рук такие случаи пересчитать можно.
— И я что, тоже могу? — Йин зачем-то задумчиво рассматривала свои руки.
— Нет.
— А наколдовать чего-нибудь? Дворец из-под земли вырастить? Золота гору сотворить?
— Тоже нет. Но кровь твоя многократно усиливает магические способности сумевшего сделать из нее особую сыворотку. Тебя для этого не обязательно убивать. Можно пленить и… дальше думай сама.
Она хмуро вздохнула. — А много еще эркастов, кроме меня?
— Я слышал еще только о двух. Но давно никто из них не объявлялся. Одну звали Амалия, а второго Кармарен.
— Нет, моего отца звали по-другому.
— Значит, он скрывался и предпочитал, чтобы о нем не знал никто. И тебе советую. — колдун подался вперед, погладил ее по голове. — Знаешь, жеребенок, тебе лучше остаться здесь. Мне не нужна подпитка силы в виде твоей крови, не волнуйся. Я один из самых сильных чародеев королевства. Без шуток. Я сумею позаботиться о тебе. Будешь жить в моем поместье и никто не посмеет поднять руку на тебя.
Севэриан резко встал. — Она едет с нами.
— Да? Может вначале стоит дать решить ей?
Следом медленно встал Риан. — Ты знаешь, как мы, альвы, относимся к единорогам. Мы боготворим их. Один из наших сакральных символов — единорог, и к его мудрости взываем мы. Клан Самхил" тэне дарит ей, носительнице крови единорога, свое покровительство, а ты знаешь, Ллисх, как мы, альвы, относимся к тем, кто сталкивается с нами интересами. Особенно в религии. Без обид, Ли.
— Но ведь клан ничего не сможет сделать, если она сама решит остаться? Похоже каждый хочет заполучить тебя себе, жеребенок. — вер Нарран подмигнул ей. — Просто мне жаль, если еще одно прекрасное создание будет уничтожено из-за жажды власти других. Ты ведь маг, Ри, ты отлично понимаешь, каково это недостаток силы. — со значением усмехнулся он. Повернулся обратно к Йин. — Однажды о твоем существовании узнают, и тогда начнется настоящая охота. Много другим эркастам помогли альвы? Они могут только ходить кругами да воспевать частичку древней крови в вас. Когда доходит до настоящей защиты, они совершенно беспомощны. Оставайся. Ты будешь жить в столице и я никому не позволю тронуть тебя.
Йин перевела взгляд с мага на Риана, а потом на Севэриана.
Вряд ли вер Нарран решит задержать их силой, особенно после заявления Риана, тогда это будет открытый конфликт с альвийским кланом. Но если Йин решит остаться сама…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
