это? – спросил Имва, принюхиваясь.
– Тыквенный сок. Говорят, полезен для кожи. Я бы предложил вина, но оно уже давно закончилось. Антар, не хочешь сказать, что привело тебя ко мне?
Гуго присел в кресло и сделал несколько глотков, поморщился, а потом сделал еще несколько. Виктория все пыталась понять, сколько ему лет и чем он занимается. Похоже, они с Антаром примерно одного возраста. Лицо у Гуго вялое, слегка поседевшие волосы проредили серьезные залысины. На вид ему не меньше сорока. Или он просто плохо выглядел.
– Теперь меня зовут Рантар, слышал?
– Приходилось. В Истрии о тебе знают все. Тем более я удивился, увидев тебя на улице Фанрайта.
– Ты единственный человек, к которому я мог обратиться.
– Выходит, у тебя настоящие неприятности. Хотя когда их у тебя не было? Скажи честно, Антар, я похож на человека, который может тебе помочь?
Антар молча обвел взглядом покосившиеся стены. Шляпу он не снял даже теперь, и Виктория отметила, что Гуго не сводит с нее взгляда.
– Дому нужен ремонт, но зато здесь можно спрятаться.
– Этому дому нужно, чтобы его кто-то снес, а потом утрамбовал обломки, как следует попрыгав на них.
– Но где вы тогда жить? – удивился Имва, отвлекшись от напитка.
– Все равно это не дом, а хлев. Серьезно. Я очень рад, что вы притащили сюда этого зверя, – Гуго ткнул пальцем в прогуливающегося петуха. – Теперь образ упадка завершен.
– Хватит паясничать, Гуго. Мы не станем долго прерывать твое драматическое одиночество: переждем пару дней, и ты нам кое-что расскажешь. Ты ведь по-прежнему любишь собирать слухи?
– А чем еще заниматься в такой дыре? – Гуго отхлебнул еще глоток и снова поморщился.
Виктория тоже решила попробовать напиток. Тот оказался теплым, вязким и сладковатым. Не так уж и противно, она сделала еще пару глотков и удовлетворенно заметила, что чашка вроде бы была чистой. Насколько это было возможно. Тогда она допила до самого дна и провела языком по стенкам. Амеван уже расправился со своей порцией и осторожно поглядывал на чашку Антара, к которой тот не торопился приближаться.
– Тогда расскажи пару вещей. Первое, как город отнесся к недавней битве? Много ли тут героев королевы или сбежавших мятежников?
– Так-так, я думал, о героях нужно спрашивать тебя. Что, дела совсем плохи? Похоже, есть все-таки на свете справедливость.
– Не обольщайся, ее нет. Иначе я был бы уже мертв.
Гуго фыркнул, а у Виктории поползли наверх брови. Это явно не было похоже на обычный разговор старых приятелей, и она и думать забыла про свой допитый тыквенный сок.
– Ладно, я расскажу вам все, что знаю, если ты сделаешь мне одно одолжение. Убери свою шляпу подальше, у меня от этой безвкусицы скоро нервный тик начнется.
Антар не торопился выполнять просьбу, буравя собеседника взглядом. Тот начал елозить на кресле и отводить глаза, но здоровяк все-таки снял головной убор. Девушка удивилась. Антар оказался куда привлекательнее, чем она думала. Пара небольших шрамов, проглядывающих сквозь темную щетину, нисколько не портила его, а глаза стали меньше напоминать раскаленные угольки. Седина в темных волосах смотрелась очень импозантно.
– Доволен?
– Ха! Я буду доволен, когда люди перестанут носить жалкие севарские обноски. Сейчас я лишь слегка удовлетворен. Теперь о твоих вопросах. Фанрайт до недавнего времени оставался вдали от севарской политики, но с приходом к власти графа Корнелиуса все изменилось.
– Корнелиус – севарец. Его назначила королева?
– Конечно. Как и всех остальных. Сначала никому не было дела до Фанрайта. Будто он был той самой таверной на месте стоянки лесорубов, как в стародавние дни. Севарцы оставили город без всякой поддержки после войны, не хотели, чтобы местные ремесленники составляли им конкуренцию, но потом на севере Севарии нашли залежи серебра, тут, недалеко от границы. Сюда потянулось еще больше гоблинов, только вот в Севарию никто ехать не захотел, они не очень любят северные территории. А ты их знаешь, севарцы привыкли получать все, что хотят. Королева пригнала сюда своего ставленника, который не замедлил первым делом отгрохать себе дворец. Сюда потекло серебро из рудников, и начался новый торговый и ремесленный бум. Местная знать, почувствовав большие деньги, не замедлила отполировать своими языками не только всю обувь графа Корнелиуса, но и его жопу.
– Как же тут нашлась целая армия желающих скинуть севарцев? – Скрестил руки на груди Антар.
– А откуда Семер всегда их берет? Богатые становятся богаче, а бедные – беднее. Это правило никогда не меняется, можешь хоть на меня посмотреть. Крестьяне и мелкая знать стонут от непомерных налогов. Как-никак королева любит роскошь и любит воевать. Так что у простых истрийцев всегда найдется длинный список претензий. Ну, ты наверняка в курсе. Я слышал пару историй.
Виктория заметила, как на мгновение во взгляде Антара что-то вспыхнуло, и ей показалось, что он набросится на Гуго. Но вспышка исчезла так же неожиданно, как и появилась. Антар заговорил, но чуть глуше, чем раньше.
– А про Семера ты что-нибудь знаешь?
– Что этому сукину сыну пора успокоиться, а то скоро вся Истрия превратится в пепелище.
– Он может быть тут, в Фанрайте?
– Здесь, на другом конце мира, в спальне королевы-матери – он может быть где угодно. Но вряд ли местным захочется, чтобы он был тут. Ты понимаешь. Это серьезные проблемы. И необходимость объясняться с королевой.
– И что, совсем никого нет, кого достали эти севарцы?
– Ну-у, может, кроме Адалины Фанрайт. Видишь ли, ее отец не сошелся характерами с Корнелиусом, ну и его отправили на рудники, где, как говорят, он вскоре и умер. Его брат оказался куда сговорчивее, а вот Адалина могла затаить обиду. Я бы затаил. При дворе ее принимают редко, она тут в статусе прокаженной. Никто не хочет заразиться духом недовольства. Хотя явно она никак свою позицию не афиширует.
– Громкие новости были?
– Кроме последнего сражения? Все меркнет на его фоне. Ничего особенного здесь не происходит, Фанрайт – ремесленный город. Скоро будут праздновать именины этого прыща Корнелиуса. Правда, некоторые местные мастеровые всполошились. Говорят, в столице у главного королевского изобретателя Мафенаса Гармского какие-то проблемы. Взорвалась мастерская. Уверяют – грохнуло так, что снесло пол-улицы.
Виктория уже слышала это имя – Мафенас. Она знала его, как и многие другие. Вспышка памяти показалась знакомой, но тут же угасла.
– Мафенас меня не волнует. Что насчет героев?
– Парочка есть, но не шибко именитых. Так, мелочь после битвы. Валентин увел войско на юго-восток. Все считают, что Семер ушел туда. Да и до Монфора там ближе. Война все никак не закончится, и
